Глава 1826. Выход

В глубине древнего леса…

В гробовой тишине, где-то бесконечно далеко вспыхнул малиновый столб света, поднявшийся в небеса, словно он мог пронзить весь мир.

Аууу!

В лесу трехглавый волк из рода зверей души пировал над остатками молодого душевника. Он внезапно поднял глаза и увидел малиновый луч света. Его тело задрожало, из его челюстей упали кусочки плоти. Он поджал хвост между ног, обернулся и скрылся в лесу.

Некоторое время необъяснимо ужасная аура разливалась наружу, и под её действием бесчисленные звери души бежали скрываться глубоко в древнем лесу.

В сердце этой пыльной бури в пустоте появился Линь Мин, выходивший из бесконечной бездны.

Малиновый свет в его руках медленно рассеивался.

Позади него над глубокой бездной пронесся вихрь. Бесчисленные руны сверкали мистической силой, медленно закрывая бездну.

Эта мистическая земля, которую нелегко было найти, снова погрузилась в глубокий сон.

В мистической области, куда его привела маленькая девочка в красном, Линь Мин в основном воспринимал Законы Асуры. Что касается древних сил, оставленных первым предком душевников, хотя Линь Мин узнал о них, он не смог воспринять их в полной мере. Если ему и пришлось бы подумать о причине, то он решил бы, что дело было в том, что он не понимал древних Законов, используемых этим душевником. Насколько бы талантливым Линь Мин ни был, он не мог связать себя с Законами, которые стояли на таких высотах и, таким образом, то, что он смог понять, было весьма ограничено.

— Если бы я мог просто взглянуть на истинное Священное Писание Душевников, было бы здорово… — внезапно пробормотал Линь Мин.

Все подсказки указывали на то, что Священное Писание Душевников было в руках нынешнего Императора Души душевников.

И этот человек был верховным лидером душевников. Семь Небес душевников считали его своим вождем.

Даже Шэн Мэй должна была служить Императору Души; ее считали одной из его подчиненных.

Императрица Души Шэн Мэй. Титул Императрицы было похож на титул Императора, но это не означало, что она была королевой душевников. Скорее, ее можно было счесть вторым мастером всех душевников.

Что касается статуса, Шэн Мэй далеко и на бесчисленные мили опережала Святого Сына Доброй Удачи. Это были два совершенно несравнимых существа.

— Мм?.. Почему ты все еще следуешь за мной?..

Линь Мин повернул голову. Позади него маленькая девочка в красном держала плод кирина в руках с застенчивым выражением на лице.

— Я отдал тебе плод кирина. Наша сделка выполнена, — сказал Линь Мин, но девочка долго смотрела на него с ничего не выражающим выражением лица. Она кивнула, но не отошла.

Линь Мин был удивлен. — Тебе есть, что ещё сказать?

Он чувствовал, что девочка хочет что-то сказать, но не решалась это сделать.

Маленькая девочка раскрыла губы и произнесла: — В-ваше тело очень приятно пахнет… Я… Мне очень знаком этот запах…

— Мм?

Линь Мин был ошеломлен. Он понятия не имел, что девочка хотела этим сказать.

Знакомый запах? Может, это Янь Маленькая Рыбка?

Линь Мин сразу подумал о Янь Маленькой Рыбке. Поскольку он некоторое время вступал в контакт с Рыбкой, на его теле осталась её аура. Может эта маленькая девочка была связана с Рыбкой?

Линь Мин уже собирался заговорить, но взгляд девочки в этот момент переместился на живот Линь Мина. — Там… что-то знакомое мне…

Линь Мин подсознательно погладил свой живот. Он странно изменился в лице. В его голове тут же мелькнула мысль.

Для человека эта область была областью, где находился даньтянь. Когда мастер входил в область Божественного Моря, даньтянь превращался во внутренний мир. Место, на которое смотрела маленькая девочка, было внутренним миром Линь Мина.

Хотя взгляд девочки был несравнимо чист и мягок, Линь Мин почувствовал, что ее взгляд был чрезвычайно острым, как будто она видела его внутренний мир насквозь.