Глава 1210: Пробуждение

— Ко мне… возвращаются…

Дрожащая Цзы Юэ смотрела через пальцы на размытый силуэт, таящий в себе небесную мощь. На её разум накатывали волны. Слова Ван Баолэ обрушились на неё, подобно огромному камню в тихую гладь озера, породив сильные волны. Её голову заполнили образы, похороненные в дальних уголках разума.

Она увидела себя в виде куклы, которую девочка положила на полку в своей комнате. Не было ни жизни, ни ауры, ни мыслей. Она даже не поняла, когда обрела сознание. С тех пор она рассматривала девочку и других кукол, вроде маленького тигра или старой обезьяны.

Они все наблюдали, пока не наступил день, когда девочка не перенесла их в мир своих рисунков. Там они обрели реальную жизнь и стали первыми божественными душами мира… В отличие от других душ она по непонятной причине никогда не чувствовала себя в безопасности. Может, дело в долгом одиночестве, может, всему виной был загадочный человек, чей взгляд снился ей в кошмарах. В любом случае она никогда не расслаблялась, ибо не чувствовала себя в безопасности.

Она всегда боялась, что её просто сотрут. Движимая этим страхом, она раздавала всем свои волоски в надежде так сберечь свою жизнь. Эта привычка глубоко укоренилась в её характере. Менялись миры, вселенная раз за разом перезапускалась, но она никогда не изменяла себе.

В отличие от старой обезьяны, её и маленького тигра ждала неотвратимая реинкарнация. После пробуждения она забывала почти обо всём. Исчезали хранимые в памяти образы. Она помнила только две вещи: в этой вселенной небезопасно и сложившуюся за годы привычку.

Что до дао звёздного семени, она вспомнила, что получила эту технику культивации не у убитого ей возлюбленного. Ту даосскую магию Дао конгрегацию безбрежных просторов обнаружила в загадочных руинах, в одной пещере бессмертного… правда она не могла вспомнить в какой жизни это произошло.

Одно воспоминание приоткрыло завесу тайны. Дао звёздного семени было её творением!

— Я вспомнила… — пробормотала Цзы Юэ.

В этой вселенной она много раз пробуждалась, но никогда к ней не возвращались все воспоминания.

— Ты… тот самый. Еще ты был белым олененком и душой в комнате госпожи, которая вышла через дверь!

Цзы Юэ повесила голову и вообще перестала сопротивляться. На языке появился привкус горечи. Ван Баолэ спокойно убрал руку, огляделся, а потом негромко сказал:

— Раз ты вспомнила прошлые жизни, готова отдать мне половину накопленных лет?

— Только половину?

Цзы Юэ ошарашенно уставилась на Ван Баолэ. Она думала, что теперь-то ей точно конец. После возвращения воспоминаний она больше не хотела бороться. Кто-нибудь другой попытался бы сбежать, но она понимала, что против этого человека ей ничто не поможет.