Глава 110
Глава 110
Два силуэта в ярких желтых одеяниях медленно приближались к остальным гостям. Их окружало сопровождение из нарядных дворцовых горничных. Увидев это, чиновники и императорские наложницы быстро покинули свои места и встали на колени, воздавая должное своему правителю. Последовав примеру Хуанфу У Шуана, Хуа Чжу Юй тоже опустилась на колени на красной дорожке. Краем глаза она заметила, что Сяо Инь и Ван Дой Цянь воздали должное Южному Императору неглубоким поклоном.
Когда все вставали, Чжу Юй поймала на себе внимательный и тяжелый взгляд северного принца.
Девушка нашла это странным. Что не так с ее спиной? Миленько выглядит, что ли? К счастью, сейчас она была всего лишь евнухом, поэтому подобные взгляды беды навлечь не могли. Вот если бы она была служанкой, то другие вполне могли посчитать, что Сяо Инь ею заинтересовался. Сейчас же, скорее всего, все подумают, что он наблюдает за Хуафу У Шуаном. В конце концов, они оба были наследными принцами, и однажды станут владыками соседних королевств. Так что внимание друг к другу подозрительным не казалось.
— Вы можете подняться! – послышался голос Императора.
Поднявшись на пару мгновений позже Хуанфу У Шуана, как и пристало прислуге, Чжу Юй незаметно огляделась, сохраняя на лице равнодушный вид. Сяо Инь теперь смотрел на Императора, и тяжелое давление, вызванное его взглядом, наконец, исчезло. Она могла расслабиться. Девушка выдохнула.
Но тут же буквально кожей ощутила еще один горячий взгляд, явно направленный на нее. Разгневанная, Хуа Чжу Юй обернулась, чтобы одарить Сяо Иня свирепым взглядом. И какого фига он так неосторожно себя ведет?
Однако ее взгляд был встречен парой глубоких, бездонных глаз, не фиолетовых, а довольно прозрачных, напоминавших мягкую осеннюю реку. Хотя расстояние между ними казалось весьма приличным, Чжу Юй почувствовала, как отражается на поверхности двух этих глубоких водоемов.
Девушка была в ярости.
В тот момент, когда Сяо Инь и Ван Дой Цянь обменивались традиционными приветствиями с Императором, за ней наблюдал никто иной, как Цзи Фэн Ли.
И как она могла забыть, что чертов Цзи сопровождал Сяо Иня? Впрочем, кто вообще мог ждать, что он будет так нагло на нее пялиться?
Однако она не пожалела, что поймала этот взгляд. Ее нефритовое лицо повернулось в его сторону с некоторой надменной торжественностью. Глаза сузились, взгляд приобрел заметные ноты презрения и холодности. Между ней и Цзи Фэн Ли пропала любая потребность притворяться. Их конфликт был очевиден и известен практически всем.
Он сам это начал.
Видимо, канцлер не ожидал, что его небрежный взгляд на маленького евнух будет им же перехвачен. Кроме того, неожиданно пришел ответ. Сяо Бао Эр выглядел так, словно уже готов шкуру с него спустить и на барабаны натянуть. Если вспомнить о той ночи, когда они оба видели друг друга полуголыми, то какой смысл в том, чтобы соблюдать формальную вежливость? В конце концов, разве они оба не мужчины? Или у этого евнуха вконец крыша съехала, и он возомнил себя женщиной, манерно запрещая кидать на себя даже лишний взгляд?! Впрочем, его самого будто бес попутал. И зачем только смотрел на этого евнуха с отрезанным рукавом?
Увидев, что взгляд Цзи Фэн Ли ушел в сторону, Хуа Чжу Юй и сама перевела внимание на другой объект. Ей уже доводилось однажды видеть Императора Лун Янь вживую и вблизи. Тот выглядел столь же торжественно и властно, хотя, когда разговаривал с Сяо Инем и Ван Дой Цянем, на его губах появилась слабая улыбка.
С другой стороны, Императрицу Не Чжу Юй видела впервые. С тех пор, как девушка попала во Дворец, такой возможности ей ни разу не представлялось. По словам Хуанфу У Шуана, его мать всегда пребывала в буддийском храме при Дворце, что освобождало его от необходимости посещать ее каждый день, чтобы отдать дань уважения. Она почти никогда не посещала никаких праздников и мероприятий, поэтому ее появление на банкете казалось довольно странным.
Императрица Не была очень красива. Ей должно было исполниться уже около сорока, но она все еще выглядела так, будто лишь недавно переступила порог тридцатилетия. Было заметно, что она хорошо заботится о себе. Хуа Чжу Юй всегда думала, что Императрица, Мать Земли под Небесами, должна обладать выдающейся красотой, достойной сравнения с небесными цветами. Однако Императрица Не казалась иной. Все ее существо буквально источало безразличие. Холодное лицо, будто рисованное акварелью, выглядело очень красивым и элегантным, но при этом очень апатичным. Только когда она смотрела на свою маленькую дочь, Хуанфу Янь, уголки ее губ поднимались в улыбке.
Третья принцесса Хуанфу Янь сидела рядом с императрицей Не. Сегодня она была одета экстравагантно. Светло-желтое, богато украшенное вышивкой платье, тянулось по земле, словно весенний туман, подчеркивая ее красоту и выделяя тонкую талию. Темные волосы были зачесаны в сложную прическу, украшенную золотистой болтающейся шпилькой, великолепной и изысканной.
Хуанфу У Шуан тоже посмотрел на эту парочку. Его глаза застыли. Юноша стиснул кубок в побелевшей руке и одним махом его опорожнил. Где-то в глубине его глаз появилась тень одиночества и грусти.
Кажется, темперамент Хуанфу У Шуана все же был результатом пренебрежения другими, а не того, что его баловали, как императорского наследника. Поистине, несчастный ребенок, еще более жалкий, чем она сама. Ее мать умерла, когда Чжу Юй еще была совсем маленькой, но, к счастью, с ней оставалась любовь ее отца и бабушки. Хоть генерал Хуа Му и умел быть довольно строгим.
Хуа Чжу Юй едва заметно вздохнула.
Банкет начался.
Со всех сторон начали доноситься звуки стука чаш с вином и палочек для еды.