Глава 147

Глава 147

Фиолетовые одежды, фиолетовые глаза, фиолетовые волосы.

Волосы?

Потрясенная, Хуа Чжу Юй присмотрелась внимательнее и поняла, что первый взгляд ее обманул. Его волосы действительно оказались восхитительно фиолетовыми, а не черными, опадая на плечи принца изумительным водопадом. Сияющий в закатном солнце пурпурный заставлял его лицо выглядеть удивительно холодным и бесстрастным.

Но ведь… волосы Сяо Иня всегда были черными, почему они внезапно сменили цвет?

Теперь он воспринимался как незнакомец, с этими его фиолетовыми волосами. А его внушительная и царственная аура заставляла ее чувствовать себя немного настороженно. Только одной этой ауры было достаточно, чтобы оказать на врага угнетающее воздействие, а в тандеме с внушительной многотысячной армией она и вовсе казалась сокрушительной.

Сяо Инь, похоже, не замечал Хуа Чжу Юй, наблюдающей за ним из окон башни.

С холодной ухмылкой, играющей на губах, он сфокусировал свой взгляд на Цзи Фэн Ли.

Северный Император резко вскинул руку и звуки барабанов и рогов немедленно растаяли в вечернем воздухе. Жуткая тишина охватила небо и землю, оставив лишь печальный пронзительный звук тоскующего ветра.

Последние лучи заходящего солнца исчезли над горизонтом, передавая власть сумеркам. Атмосфера становилась еще более зловещей и убийственной.

Хуа Чжу Юй не впервой было ощущать подобное. Но сегодняшний вечер выдался особенно напряженным. Пожалуй, главная причина заключалась в том, что на сей раз их противником были не армии Западного Ляня, а Северное Королевство, возглавляемое Сяо Инем. Человеком, который когда-то утверждал, что любит ее и будет защищать всегда.

Между тем Сяо Инь не стал отдавать приказа атаковать. Вместо этого он закричал:

— Цзи Фэн Ли, раз уж ты здесь, хватит отступать и прятаться! Пора начинать настоящее сражение!

Цзи Фэн Ли, стоявший прямо и горделиво, закинул руки за спину, демонстрируя свою надменную натуру. Рукава его белоснежного ханьфу трепетали на ветру. Глаза феникса, которые, казалось, могли охватить сразу все и всех, окружавших его, сияли зловещим блеском.