Глава 192

Хуанфу Янь все еще была в простом белом платье с белой же нефритовой заколкой, украшающей ее волосы. Она словно была сделана из снега, излучая белое мягкое мерцание. Родившаяся с утонченной и очаровательной внешностью, девушка вызывала странное сочувствие и желание пожалеть ее, когда была одета в подобный наряд скорбящей.

Однако брови ее хмурились, а глаза выглядели красными и распухшими. Бледное лицо переполнял гнев, а тонкие губы плотно сжимались. Ее глаза сияли ледяным холодом, заставляя ее разительно отличаться от привычного образа застенчивой молодой девушки.

Хуанфу У Шуан, все еще лежавший на боку на кровати, подпер подбородок рукой, холодно прищурил глаза и лениво поинтересовался:

— Янь Эр, почему ты здесь?

Хуанфу Янь ответила сердито, наградив брата яростным взглядом:

— Пришла своими глазами посмотреть, как другие искушают вас на вред другим людям!

Каждое слово было словно нож, направленный на Хуа Чжу Юй. В этот момент принцесса совершенно забыла о манерах, выглядя сердитой и раздраженной.

Хуанфу У Шуан нахмурился, и его холодный взгляд стал пронзительным, словно острый кинжал.

— Янь Эр, тебе следует уйти. Просто взгляни на себя… Кто для тебя Цзи Фэн Ли, что ты ради него оделась в траурный наряд?

— Я всего лишь хотела… Королевский брат, вы не можете продолжать оставаться здесь, рядом с этим злодеем искусителем! Он должен быть убит как скорее. Вы не должны позволять ему вредить другим, вредить вашим людям! – зло усмехнувшись, Хуанфу Янь шагнула вперед и ее яркие глаза окинули Чжу Юй ледяным презрительным взглядом.

— Какая наглость! – прокомментировал Хуанфу У Шуан.

Атмосфера стала тяжелой и неприятной. Хуа Чжу Юй оглянулась на кровать, обнаружив, что теперь император на самом деле находился в неподдельной ярости.

Его реакция явно испугала принцессу. Хунфу Янь побледнела.

— Ваше Величество… мой… королевский брат принял его сторону… — шокировано произнесла она, а затем закрыла лицо руками и выбежала прочь.

Хуа Чжу Юй подошла к окну и выглянула наружу, на белое покрывало снега. Слушая, как медленно исчезают вдали шаги третьей принцессы, она поинтересовалась:

— Ваше Величество, вы довольны?

— Сяо Бао Эр, о чем ты говоришь?  — с невинной улыбкой спросил Хуанфу У Шуан.

Повернувшись, Чжу Юй посмотрела прямо в лицо мужчины, медленно произнеся:

— Вы сознательно выбрали меня в качестве надзирателя во время казни Цзи Фэн Ли. Вы намеренно заставили меня стать объектом всеобщей критики и ненависти. Зачем?

Хуанфу У Шуан жалобно посмотрел на нее.

— Сяо Бао Эр, о чем только ты думаешь? У меня не было никаких других намерений, я просто не хотел, чтобы ты покинул меня! Я просто хотел, чтобы ты разорвал отношения со всеми остальными, чтобы поддерживал только меня и был моим Главным Евнухом всю свою жизнь.

Быть его главным евнухом всю жизнь?

Хуа Чжу Юй молча закрыла глаза. Она ощущала разочарование. Помолчав почти с минуту, она снова открыла глаза, обнаружив Хуанфу У Шуана тихо лежащим в ее постели, уперевшим голову в кулак и с невинной улыбкой наблюдающим за ней.

Когда он вел себя так, она просто не могла заставить себя злиться на него.

Но Хуа Чжу Юй прекрасно понимала, что этот человек не так прост, как хочет казаться. Его методы оказались куда более крутыми и жестокими, чем она себе представляла. Чжу Юй снова повернулась к окну. Хотя снегопад прекратился, ветер, проникающий в окно, по-прежнему был ужасно холодным. Ее сердце сжалось от бесконечного горя.

— Сяо Бао Эр… — медленно позвал Хуанфу У Шуан.

— Хм? – не отрываясь от окна, отозвалась девушка.

— Можешь ли ты пообещать мне кое-что? – спросил мужчина.

— Пообещать что?

— Быть моим Главным Евнухом всю жизнь, — отозвался Император, серьезно глядя на Хуа Чжу Юй. Его брови вскинулись вверх, словно бы он намекал на то, что хотел бы услышать ответ как можно быстрее.

Чжу Юй не ответила, лишь молча сжала губы.

— Так можешь? — умоляющим тихим шепотом переспросил Хуанфу У Шуан.

— Этот слуга выполнит все, что бы не повелел Ваше Величество, — наконец, спокойно ответила Хуа Чжу Юй.

— С каких это пор ты стал так послушен? – произнес мужчина, встал с кровати и неспешно подошел к ней.

Хуа Чжу Юй все еще смотрела в окно, разглядывая раскинувшийся снаружи живописный пейзаж. Карниз крыш, засыпанный светящимся на солнце снегом, отражался от ледяной корки внизу и слепил глаза.

Во дворе суетился маленький евнух, расчищающий дорожки. Старая слива все еще росла на своем месте, ее цветы мягко алели в белоснежном окружении. Все было таким же, и в то же время стало совершенно иным. Рассматривая эту прекрасную сцену с другим состоянием ума, девушка ощущала, словно весь мир вокруг нее пропитала меланхолия.

Но так больше продолжаться не может.

Закрыв глаза, Хуа Чжу Юй восстановила самообладание. Как только она снова открыла их, ее брови больше не были нахмурены. Ее глаза стали спокойными и тихими, блестящими, как кусок нефрита, преодолевшего долгие и тяжелые времена. Хотя шероховатые края и были изношены, сам камень демонстрировал оригинальный блеск и прочность.

Откинув прядку волос с лица, девушка с улыбкой обернулась:

— Ваше Величество, когда такое было, что этот слуга не слушался ваших приказов? Сейчас этот слуга приведет себя в порядок, а затем сопроводит Ваше Величество в Зал Цинь Чжэн.

— Хорошо! Тогда Чжэнь запомнит твое обещание и заберет его с собой, куда бы не пошел! – ответил Хуанфу У Шуан и глаза его ярко сияли.

Отойдя к порогу двери, мужчина прислонился к косяку и оттуда молча наблюдал за тем, как Чжу Юй умывается и расчесывает волосы. Закончив с процедурами, девушка последовала за ним в зал.