Глава 96

Глава 96

Стоя на палубе корабля, Хуа Чжу Юй ощущала бриз, освежавший ее лицо, приносивший приятные прохладные ароматы. Воздух свободы и живописные пейзажи, проплывавшие мимо, хоть немного, но все же успокаивали тот бурный хаос, который воцарился в ее сердце. Глядя за горизонт, где виднелись очертания далеких зеленых гор и синих морей, она то и дело ловила взглядом проплывающие белоснежные облака. Это напоминало скорее картину невероятно талантливого мастера, чем обыденный и привычный окружающий мир.

Иногда они проплывали мимо излучин, впадавших в небольшие кристально чистые озера, или водопадов, где брызги разбивающейся о камни воды напоминали вечный снег.

Но если не считать живописных пейзажей, в целом на корабле было достаточно скучно. В первый день Чжу Юй воспринимала путешествие с неким затаенным восторгом, но с каждым последующим часом этот энтузиазм угасал. В непосредственной близости от корабля была лишь вода и ничего кроме нее.

Скука привела к тому, что девушка стала все больше времени проводить за играми с другими евнухами. Правда, она была не особенно знакома с местными карточными играми, поэтому первые несколько раз проигралась просто в пух и прах. Так что тот факт, что Летний Дворец находился не так уж далеко, вдруг обзавелся дополнительным приятным плюсом.

Они прибыли на место на третий день путешествия.

За Дворцом возвышались башни, а фасад императорской резиденции был обращен к реке. Хотя внешним своим видом и пышностью украшений Летний Дворец значительно уступал столичному, он казался более мирным и красивым. Здания, составлявшие его, утопали в деревьях, цветущих и плодоносящих. Встречались здесь и настолько старые, вековые зеленые великаны, что за их кроной не видно было неба. Но самым, пожалуй, приятным свойством Дворца были его вездесущие тени, жару в которых разгонял прохладный ароматный бриз, доносящийся с реки. Летние дни в этом месте определенно могли приносить куда больше удовольствия, чем страданий.

Императорская семья вела весьма комфортабельный образ жизни. В разгар летнего пекла они могли приезжать в эту резиденцию и наслаждаться жизнью, пока остальные жители королевства умирали от жары. С другой стороны, близость к государственной границе имела и свои очевидные минусы. Здесь всегда могли поджидать враги, да и не только они. Любая неприятность в удалении от столицы, со всеми ее плюсами, могла привести не только к слезам, но и к самым настоящим страданиям и крови. А еще постоянно приходилось ограничивать себя и соблюдать безопасность, таскать за собой или постоянно иметь на виду вооруженную стражу, что также не могло не повлиять на ощущение комфорта или расслабленности.

Кстати говоря, следовало задуматься и о более прозаичных вещах. Без маски, которая защищала Хуа Чжу Юй в ее путешествиях раньше, от всего этого солнца ее лицо грозило надолго приобрести неприятно темный, загорелый цвет.

Ну и, конечно, нельзя не упомянуть еще один момент, о котором и вовсе не хотелось думать. Здесь, в таком отдалении от столицы, любой проступок и любая ошибка куда чаще и заметно проще решалась обычной казнью. И действительно, зачем соблюдать протоколы и правила приличия, если никто не видит?

Хуа Чжу Юй сопровождала Хуанфу У Шуана достаточно долго, прежде чем они, наконец, не дошли до той части Дворца, которая должна была стать его личными покоями. Небольшая группа зданий располагалась в западной части Дворца и считалась официально личной летней резиденцией наследного принца.

Эта часть Дворца немного отличалась от окружающего ее пространства. В первую очередь тем, что кроны почти всех деревьев и особенно крупных были выстрижены по форме летящих птиц, а все остальное свободное пространство занимали самые разнообразные цветы, источавшие такой аромат, что кружилась голова.

Долгое путешествие оказалось весьма утомительным, и практически все были заняты лишь мыслями об отдыхе. Летний Дворец утопал в тишине, нарушаемой лишь пением птиц, казавшимся особенно громким. И только два часа спустя после прибытия, резиденция потихоньку начала оживать.

По Дворцу разошелся слух, что Император пребывает в отличном расположении духа, и созывает всех домочадцев, включая также охрану и слух, принять участие в развлечении – Цуцзюй*.

(прим.пер.: Цуцзюй — Cuju или Tsuu Chu древняя китайская игра в мяч, напоминавшая футбол. Соревнование, в котором нужно ногами загнать мяч в отверстие в сетке. Использование рук не допускается).

Услышав это, Хуанфу У Шуан настолько загорелся затеей, что не мог и секунды усидеть на месте. Прежде он был не особенно сильным поклонником подобных развлечений, но в последнее время он решил стать более дисциплинированным. А эта игра, и другие, подобные ей, как считалось, как раз помогали развивать это качество. С другой стороны, новость о том, что Император сам собирается принять участие в развлечении, дополнительно стимулировала и мотивировала принца. Не принимая никаких возражений и не медля более ни мгновения, Хуанфу У Шуан и пять его верных евнухов, включая Хуа Чжу Юй и Цзисяна, вышли на поле для Цуцзюй.

Желтые флажки окружали игровую площадку, на которой в этом момент собралось более дюжины людей. Они выстроились в линию. Большинство из них было евнухами Его Величества и императорскими гвардейцами. Почти все министры и придворные, последовавшие за правителем в Летний Дворец, были слишком стары для подвижных игр, поэтому годились разве что в качестве зрителей.

Под пышным деревом был сооружен желтый навес, где на мягкой подстилке возлежал Император. Рядом с ним неподвижно замер мужчина. Это был Цзи Фэн Ли.

Хуанфу У Шуан подошел к отцу и склонился, выражая ему свое почтение. Безразлично скользнув глазами по фигуре Цзи, кронпринц поинтересовался, провоцируя мужчину:

— Левый Советник, а вы почему не в наших рядах? Как правило, вам приходится вести себя достойно, соответственно всем приличиям, принятым при Дворе. Но сейчас вы можете позволить себе хоть немного расслабиться. К тому же вы единственный молодой придворный здесь, вам сами Боги велели выступить в защиту чести подобных вам.

Цзи Фэн Ли продолжил спокойно обмахиваться своим веером. Казалось, реплики молодого наследника трона не произвели на него ни малейшего впечатления. Даже наоборот, на лице канцлера появилось умиротворенное выражение, расцвела элегантная и деликатная улыбка.