Глава 290 — Правда

После недолгих разбирательств, половина слов Чжоу Цзинцзин насчет Тредмилла подтвердилась. Сам Тредмилл рассказал свою историю: Чжоу Цзинцзин была в ванной около двух минут. Тредмиллу захотелось в туалет, поэтому он подергал дверь, но она оказалась заперта. Тогда он вышел наружу и справил свои нужды в безлюдном месте. Потом он недолго постоял в носовой части корабля, размышляя о своей жизни, и вернулся в главный зал. И как только он вошел, Худжун набросился на него с ножом. Ну а потом уже понятно, что было.

— Ты точно не лжешь? Знаешь, какое наказание тебя ждет, если ты лжешь? — допрашивал Хан Гуанмин Тредмилла.

— Командир Хан, не обращайтесь со мной, как с преступником. Я действительно не делал этого. Даже если бы эта мысль пришла мне в голову, не кажется ли вам, что я выбрал не совсем подходящее время для этого? У старейшины Лю возникло бы тогда еще больше проблем! — быстро проговорил Тредмилл.

— То есть ты хочешь сказать, что в более подходящее время ты бы пошел на это? — Хан Гуанмин придирался к его заявлению.

— Нет, я не это имел в виду. Эх… даже если бы я хотел это сделать, я бы не стал насиловать его жену! За кого вы меня принимаете? Черт! Что за невезение. Оказался в такой ситуации! Вот когда мы разбивались на команды, вы же тогда не позволили Худжуну стать лидером. Поэтому ему не очень было приятно, когда я приказывал ему что-то делать. Он все это время держал в себе эту обиду, чувствуя себя обделенным! Готов поспорить, он воспользовался этим шансом, чтобы погубить меня и раздавить. Он просто такой человек… — снова забормотал Тредмилл.

— Ладно, хватит ныть! Отведите нас на место преступления! — сказал Хан Гуанмин.

— Я ничего не делал, какое место преступления? — Тредмилл остолбенел.

— Где ты отливал… и размышлял о жизни. Посмотрим, лжешь ли ты.

Они втроем покинули каюту для допросов. По следам в ванной нельзя было определить преступника. Все из-за того, что члены команды носили новые ботинки, взятые со склада, поэтому почти все следы были одинаковыми.

Тредмилл отвел Лю Гана и Хана на место, где он «размышлял о жизни». Там тоже были точно такие же следы от ботинок. Эти следы могли сослужить Тредмиллу в качестве алиби и доказать, что он был в это время здесь, а не в ванной.