Глава 1: «Черная Черепаха»

«Гро-о-ох! Ба-бах!»

Раскаты грома заставляли сердца трепетать, а яростные вспышки слепили глаза; безумные молнии сплелись в небе в сплошную сеть белого, лазурного и пурпурного цветов.

Плотные тучи полностью преградили путь небесному свету, так что в те мгновения, когда молнии не сверкали, вокруг воцарялась кромешная тьма – хоть глаз выколи.

— Какая тяжелая демоническая аура, — Чэнь Юаньци растерял былую легкость. Его лицо стало необычайно серьезным; никогда еще он не был так сосредоточен.

Остальные чувствовали то же самое: у всех на душе стало тяжело, как в омуте.

Великий Старейшина местных дикарей Лагуто, которого никак не удавалось убить, и без того был для них сущим наказанием, а теперь явился еще более свирепый противник. Как с ним совладать?

— Живее прикончите этого типа! Тот великий демон прячется в пустоте, чтобы противостоять силе подавления Неба и Земли, и не сможет выбраться в одно мгновение! — выкрикнул Чэнь Юаньци.

Никого не нужно было подгонять – все и так ускорились.

За исключением нескольких Великих Шаманов, все присутствующие обладали широким кругозором и понимали: великий демон такого уровня стоит как минимум на одной ступени с Земным Бессмертным, а потому не может свободно разгуливать повсюду и вынужден скрываться в какой-нибудь Благословенной Обители.

В этот момент лишь Не Ган замер, словно в нерешительности.

Гром гремел всё яростнее, вспышки молний становились всё чаще.

Стиснув зубы, Не Ган быстро сложил пальцы в магические печати. Когда последний жест был завершен, в его руках медленно проявился золотой талисман.

Он походил на листок сусального золота длиной более чи и шириной в ладонь; от него исходило такое сияние, что было больно смотреть.

— Талисман Великого Инь для Убийства Богов и Заклания Душ! — Чэнь Юаньци, знавший толк в таких вещах, с первого взгляда распознал артефакт.

Вне всяких сомнений, это был изначальный талисман жизни Не Гана. Видя это, все поняли: он решил биться не на жизнь, а на смерть.

Присутствующие облегченно вздохнули, хотя кое-кто втайне и возмутился скрытностью Не Гана. Этот талисман был идеальным средством против Лагуто. Чэнь Юаньци с самого начала призывал использовать сильнейшие козыри, но Не Ган придержал свой удар и достал его лишь теперь, когда прижало.

Талисман Великого Инь сиял всё ярче. Не Ган не спешил наносить удар, непрерывно вливая магическую силу в золотой листок. Внезапно он прикусил кончик языка и брызнул на него эссенцией крови.

Артефакт издал тихий гул, мгновенно впитав кровь до последней капли. В то же мгновение киноварные рунические знаки вспыхнули, окрасив весь талисман в багряный цвет.

Луч кровавого света сорвался с места. Талисман Великого Инь не причинял вреда плоти, он был создан специально для того, чтобы разить изначальный дух.

Зажатый в ловушку Лагуто поначалу ликовал, чуя приближение подмоги, но внезапно в его сердце вспыхнула тревога – ледяной холод пробежал от пят до самой макушки.

Божественный Путь превыше всего ставил чувствительность, и едва возникло предчувствие беды, Лагуто понял: ему не устоять. Но как он мог смириться, когда помощь была уже так близко?

Кровавая вспышка промелькнула в мгновение ока; скорость её была такова, что уклониться было невозможно. Как бы Лагуто ни метался в воздухе, множа свои тени, удар пришелся точно в цель. Его алмазное тело оказалось бесполезным – оно даже не замедлило луч, который прошил его насквозь.

Вмиг все тени исчезли, явив истинное тело дикаря. Потеряв управление, он, точно метеорит, рухнул на землю, с грохотом выбив яму глубиной в несколько чжанов.

Силач, которого только что не могли убить никакими средствами, теперь был повержен с пугающей легкостью.

— Вы всё-таки прикончили Лагуто! — Акетина застыла в оцепенении. Она лучше кого бы то ни было знала, насколько он был силен.

— На таком уровне исход битвы решает уже не магия, а понимание Дао. Алмазное тело этого типа было столь крепким лишь потому, что его понимание Дао Твердости было глубже, чем у кого-либо. К несчастью для него, он не довел это искусство до предела: его плоть была несокрушима, но изначальный дух оказался не столь прочен, иначе бы в него раньше не смог вселиться темный демон. Талисман Великого Инь, бьющий точно по духу, – его природный враг, — пробормотал Сяэ Сяоюй.

Эти слова предназначались не только Акетине, юноша говорил их и самому себе. Не бывает абсолютной мощи, а «непобедимость» – лишь смехотворное утверждение. У любого метода совершенствования есть слабые места, у любой техники – изъяны.

— В строй! Нам предстоит еще один тяжелый бой!

Громовой окрик Чэнь Юаньци привел всех в чувство. Глядя на тяжелые тучи, беснующиеся молнии и ощущая демоническую ауру, массивную, точно горный хребет, все понимали: с этим великим демоном будет совладать куда труднее, чем с Лагуто.

Раздался резкий, скрежещущий звук, от которого у каждого присутствующего по спине пробежал холодок.

Внезапно край тучи разорвался, и наружу высунулась свирепая змеиная голова. Тело всё еще скрывалось во мраке, и невозможно было понять, насколько оно огромно, но одна лишь голова была размером с мельничный жернов.

— Надо же, змея. А я-то думал, будет дракон! — Чэнь Юаньци выдавил смешок, но вышло это крайне натянуто.

Драконы и впрямь сильны, но и змеи им не всегда уступают. Бывают змеи пострашнее любых драконов; в Эру Величайшей Древности среди могущественнейших существ демонического народа было немало змей.

«С-с-с…»

Великая змея, непрерывно мелькая раздвоенным языком, медленно выплывала из туч; её тело то появлялось, то исчезало в дымке.

Наконец все разглядели, что змея была черной и блестящей, словно вырезанной из обсидиана. При каждой вспышке молнии по её чешуе пробегали радужные переливы.

— Не дотягивает до ранга Истинного Бессмертного, — Чэнь Юаньци немного расслабился. Раз она не достигла этого уровня, у них был шанс; будь противник Истинным Бессмертным, он бы не раздумывая скомандовал отступление.

— Неужели это громовая змея? — пробормотал один Повелитель Дао. Поняв, что перед ними просто великий демон, люди перестали так сильно нервничать.

— Не похоже. В «Записях о Диковинах» сказано: «Громовая змея цветом пурпурна, телом тонка, под челюстью имеет усы, чешуи лишена вовсе, а на голове носит единственный рог», — Ло Юантанг, который в последнее время прочел немало разного чтива, тут же опроверг догадку.

— Я лишь хочу знать, что этот тип задумал. Почему не нападает? Чего он ждет? — Чэнь Юаньци задавал вопрос за вопросом. Чем спокойнее и неспешнее вела себя змея, тем тревожнее становилось у него на душе.

Внезапно змея широко разинула пасть, словно собираясь чем-то выстрелить.

Люди тут же пустили в ход свои способности. Воздух расцветился вспышками: на каждом засиял защитный покров – у кого-то в виде светового купола, у кого-то – туманной дымки; одни защиты казались плотными и осязаемыми, другие – зыбкими и призрачными. Это не было преувеличенной реакцией, лишь необходимой осторожностью.

Сяэ Сяоюй тоже был начеку: если дело примет дурной оборот, он собирался бежать немедленно.

Но, ко всеобщему удивлению, змея изрыгнула не ядовитый туман, не пламя и не холод, а предмет, формой напоминающий черепаший панцирь. Оказавшись на воздухе, он начал стремительно расти и в мгновение ока увеличился до размеров в десяток му, зависнув в небе подобно небольшой горе.

Внезапно из-под земли выметнулась черная тень и мгновенно нырнула внутрь панциря.

— Это тот тип!

— Он не умер!

— Изначальный дух! Этот подлец заранее вывел дух из тела и сумел нас обмануть! — вразнобой выкрикнули несколько Повелителей Дао.

Тень двигалась быстро, но не быстрее взора Повелителей Дао. Достигнув этого ранга, каждый из них так или иначе соприкасался с Дао Времени. Сяэ Сяоюй мог видеть всё в замедленном темпе – это было простейшим применением Дао Времени, и Повелители Дао обладали схожими умениями.

Однако среагировать они не успели: оставалось лишь беспомощно наблюдать, как изначальный дух скрывается в панцире.

— Немудрено, что мы полдня не могли его прихлопнуть, а потом он так легко сдулся. Оказывается, дело не в мощи талисмана Не Гана, а в том, что плоть Лагуто уже была пустой оболочкой, пока дух ускользал, — проронил один из Повелителей Дао, недолюбливавший Не Гана.

Не Ган хотел было возразить, но лишь открыл рот и промолчал.

— Помолчите! — оборвал их Чэнь Юаньци.

Его лицо становилось всё мрачнее: от черепашьего панциря начала исходить странная и пугающе мощная аура.

Внезапно из панциря высунулась голая голова, следом – четыре лапы и, наконец, хвост.

— Черепаха… Неужели этот тип изначально был великой черепахой? — пробормотал Чэнь Юаньци.

— То-то его было не убить. Оказывается, он – переродившаяся черепаха, — задумчиво произнес Ло Юантанг.

— Не факт, что переродившаяся. Может, это захват тела, — тут же вставил другой Повелитель Дао.

— Скорее всё же перерождение. Демоническому народу трудно достичь высоких рангов через захват тела, — Ло Юантанг покачал головой. Сейчас он думал о вещах куда более глубоких.

Будь то перерождение или возвращение в мир после многих жизней, прежнюю культивацию нельзя было перенести в новое тело – всё приходилось начинать с нуля. Однако накопленный опыт и понимание Великого Дао оставались при нем.

Раньше Ло Юантанг хоть и ненавидел этих «затаившихся», но не принимал их всерьез, считая лишь кучкой шпионов и соглядатаев. Но случай с Лагуто навел его на пугающую мысль.

Если демон перерождается человеком, он становится подобен людям: в три года обретает разум, в четыре – начинает совершенствование. На первых порах его скорость будет такой же, как у остальных; но на поздних этапах, особенно по достижении ранга Повелителя Дао, всё меняется. Из-за того, что в прошлой жизни он был демоном и владел врожденными способностями – а они суть отражения Великого Дао, – он обладает особым пониманием законов мироздания. Такой противник будет несравненно опаснее обычного Повелителя Дао.

От этой мысли Ло Юантанг невольно содрогнулся.

Не только он – Чэнь Юаньци и Сяэ Сяоюй пришли к тому же выводу, и лица их стали крайне мрачными.

Раскаты грома становились всё громче, ослепительные молнии били одна за другой.

Великая змея в небе медленно опустилась на спину гигантской черепахи. Черная змея, черная черепаха – слившись воедино, они стали почти неразличимы.

— Черная Черепаха!

— Так вот что это за тварь!

Теперь уже никто не сомневался, насколько серьезные у них проблемы.

— Это не может быть истинная Черная Черепаха. В лучшем случае – лишь капля её крови, — попытался подбодрить соратников Чэнь Юаньци.

И он был прав: Черная Черепаха была одним из сильнейших демонических существ Эры Величайшей Древности. По мощи она не уступала Изначальным Духам-Чудовищам и точно так же подпадала под закон истребления Небесного Дао.

Во время Второго Бедствия Эры Величайшей Древности Небесное Дао руками демонов уничтожило Изначальных Духов-Чудовищ. Впрочем, верно и обратное: те духи истребили первую, самую могущественную поросль демонического народа. Таковы были методы Небесного Дао.

Грянул гром, вспышка молнии осветила всё вокруг, и в этот миг змея с черепахой тронулись с места.

Хотя казалось, что огромная черепаха движется медленно, произошло нечто странное: в мгновение ока она оказалась прямо перед ними. Змея, обвившая хвостом шею черепахи, замерла без движения, но возникало пугающее чувство, будто она мчится с невероятной скоростью.

— Дао Скорости и Медлительности, Дао Движения и Покоя, — Сяэ Сяоюй широко раскрыл глаза.

Несмотря на готовность бежать в любой момент, он не мог заставить себя уйти – такая битва была слишком редким зрелищем.

Нельзя сказать, что он не видел подобного раньше: в бесконечной пустоте руин Троеграда битва между Вратами Будды и Демоническими Вратами была не менее грандиозной. Не говоря уже о жестоком сражении в Небесных Вратах, которое можно было описать лишь словами «Крушение Небес и Раскол Земли». Но тогда Сяэ Сяоюй был слишком слаб и не имел права даже стоять рядом.

— Вы, ханьцы, вечно любите всё усложнять. Что ни слово – то «Дао», — Акетина издала легкий смешок.

Сяэ Сяоюй, пребывавший в крайнем напряжении, услышав это, невольно отвлекся:

— А как считаете вы?

— Нам плевать на всякие Дао. Мы лишь знаем, что нам нужно: сила, или скорость, или что-то еще, — ответила она прямо.

Сяэ Сяоюй не до конца понял её мысль и не надеялся понять – их образы мышления были слишком разными. Он указал на змею с черепахой и спросил:

— К чему же стремятся они?

— Про змею не знаю. Но если та черепаха – это Лагуто, то помимо крепкого панциря его сильнейшей стороной была именно скорость, — с полной уверенностью заявила Акетина.