Глава 2: «План в плане»

В чертогах Демонического Императора прямо в воздухе парил исполинский зеркальный диск, на котором отражался парящий Небесный Город, а также битва между новым городом Линьхай и народом призраков.

На возвышении восседали пятеро правителей. Трое из них смотрели на происходящее с полным равнодушием, словно на театральное представление; лицо женщины в алых одеждах оставалось ледяным, и лишь Черный Император в ярости скрежетал зубами.

— Каков подлец, как все рассчитал! — ругался Черный Император.

Из всей пятерки правителей именно он питал к Сяэ Сяоюю самую глубокую ненависть.

Сейчас в зале было далеко не так многолюдно, как прежде: собралось всего несколько тысяч демонов, из которых около трех сотен теснились у самого помоста, невольно выстроившись в защитное оцепление. Не оставалось сомнений, что эти триста с лишним демонов были великими мастерами стадии Слияния, подчинявшимися напрямую императорскому клану. Остальные же являлись вождями подвластных императору племен, и среди них стоял Золотой Драконий Князь.

В прежние времена Золотой Драконий Князь ни за что бы здесь не появился.

Хотя клан Золотого Дракона обрел статус главной ветви драконьего народа лишь благодаря поддержке Демонического Императора, гордость драконов не позволяла им по-настоящему склонить голову перед правителями. Но сейчас у князя просто не было выбора: его народ только что понес тяжелейшие потери, на восстановление которых уйдут десятки тысяч лет.

Однако больше всего Золотого Драконьего Князя тревожило то, что некогда забитый и полуживой клан Лазурного Дракона теперь явно зашевелился. Внутри самого драконьего народа поползли разные слухи: и хотя никто из Золотых Драконов еще не переметнулся на сторону Лазурного, кое-кто уже вовсю перемигивался с ними за спиной князя. В таких обстоятельствах ему оставалось только крепче держаться за императорский трон.

— Ну, что скажете? Есть дельные предложения? — спросил Черный Император, указывая на зеркальный диск.

Тут же вперед выступил низкорослый демон и доложил:

— Ваше Величество, этот так называемый Небесный Город – вовсе не чудо высокой магии, а всего лишь раздутый воздушный пузырь. А любой пузырь лопается от одного щелчка. Нам нужно лишь…

Договорить он не успел: Владыка Заповедей громогласно прервал его:

— Мерзавец! Пусть Мо Кун строптив и дерзок, пусть он пошел против верхов, но сейчас он сражается за весь демонический народ! Благодаря этому удару призракам точно будет не до похода на юг.

— Почтенный старец, не слишком ли громко сказано – «сражается за демонический народ»? Не забывайте, что Мо Кун давно спелся с Демоническими Вратами, — возразил другой демон, выступая вперед.

— А вот почему он спелся с Демоническими Вратами – нам с вами должно быть прекрасно известно, — Владыка Заповедей бросил взгляд наверх, и на этот раз он даже не пытался скрыть свое глубокое недовольство.

Мальчик в желтом одеянии, богатырь в белом и старец в лазурных одеждах никак не отреагировали. Они и раньше не вмешивались в дела управления: если двое других принимали решение, они просто плыли по течению. Так что гнев Владыки Заповедей предназначался не им.

Мужчина в черной мантии и женщина в алых одеждах заерзали на своих местах, собираясь оборвать дерзкого советника, но Владыка Заповедей заговорил еще громче:

— В случившемся есть и моя вина, но дело сделано, и локти кусать поздно. Раз уж Мо Кун сам вызвался преградить путь призракам, пусть воюет. Пусть они с призраками обескровят друг друга, а еще лучше – сгинут вместе.

Эти слова звучали жестоко, но на самом деле Владыка Заповедей просто пытался выгородить Сяэ Сяоюя и его соратников.

Черный Император и слушать ничего не желал:

— И мы просто позволим этому Мо Куну бесчинствовать? Позволим ему и дальше топтать достоинство императорского клана?

— Ваше Величество, неужели вы планируете отправить кого-то, чтобы прикончить его? Если это возможно, я буду только рад. В конце концов, этот мальчишка порвал с нами все связи и стал смертельным врагом. Чем растить змею на груди, лучше уничтожить ее одним махом, — Владыка Заповедей ловко загнал Черного Императора в угол.

Лицо Черного Императора потемнело еще сильнее: советник наступил на его самую больную мозоль.

Сам по себе Сяэ Сяоюй, хоть и был силен, не представлял для Черного Императора угрозы. Он ни во что не ставил даже Ли Тайсюя, Девять Светил или Кунчаня, но непреодолимая преграда между мирами связывала его по рукам и ногам.

Была и другая причина для уныния: среди пятерых правителей не было согласия. Только он один ратовал за немедленный поход, трое предлагали повременить, а один и вовсе держался нейтралитета. В такой ситуации, реши он действовать напролом, ему пришлось бы посылать собственных бойцов.

Триста шестьдесят пять великих мастеров Слияния, служивших императорскому клану, делились на шесть корпусов. Пять из них насчитывали по семьдесят два мастера и подчинялись пяти правителям соответственно. Последний же корпус состоял из пяти сильнейших мастеров стадии Слияния – генералов-хранителей, которые несли важнейшую службу по охране рубежей и не подчинялись приказам отдельных владык.

Тех десятерых мастеров, что отправились в прошлый карательный поход, правители выделили поровну – по двое от каждого. В итоге каждый из пяти правителей лишился по два места Слияния. Если теперь Черный Император решит воевать в одиночку, ему придется отправлять мастеров из своего личного корпуса в семьдесят два человека. Ладно, если они победят, но в случае поражения он просто не перенесет такой утраты влияния.

— И что ты предлагаешь? Просто смотреть, как этот мальчишка творит в мире смертных все, что ему вздумается? Ждать окончания Великого Бедствия и бессильно взирать на то, как он вознесется в Мир Демонов? Позволить ему основать там собственное независимое царство демонов? — бушевал на возвышении Черный Император, срываясь на крик.

После провала второго похода они собрали лучших советников, чтобы разобраться в причинах случившегося и понять, с какой стати в дело вмешались Демонические Врата. В итоге они пришли к пугающему выводу: Демонические Врата переманили мальчишку к себе с одной целью – сделать его вторым Демоническим Императором. Когда тот вознесется в Мир Демонов, он прорубит новый канал вознесения, который позволит демонам возноситься напрямую к Демоническим Вратам. В таком случае мятежным кланам больше не придется бояться расплаты со стороны императора, ведь у них появится альтернатива. Демонические Врата тоже получат огромную выгоду от притока свежей крови, и только императорский клан останется у разбитого корыта, оказавшись в роли одураченных простофиль.

Видя ярость правителя, Владыка Заповедей мысленно вздохнул, вышел вперед и почтительно сложил руки:

— Ваше Величество, раз уж у нас нет решения, не лучше ли разбудить Его Величество Демонического Императора, чтобы он сам рассудил это дело?

На самом деле Владыка Заповедей давно думал об этом: нынешнее положение дел в демоническом народе вызывало у него лишь глубокое разочарование.

Однако это предложение не встретило восторга. Лицо Черного Императора вмиг перекосилось от злости, а Дан и многие другие великие мастера Слияния испуганно опустили головы.

— К чему тревожить Предка по таким пустякам? — поспешно вмешался Алый Император.

Он незаметно подмигнул сидевшему рядом старцу в лазурных одеждах, но тот продолжал притворяться глухим и немым.

Пусть пять правителей считались равными, на деле Цин-ди принадлежал к старшему поколению. Он входил еще во второй состав пяти правителей и был назначен лично Демоническим Императором перед тем, как тот погрузился в сон.

Великие мастера стадии Слияния обладали лишь относительным бессмертием: над ними висело бедствие угасания, ограничивавшее их активную жизнь шестьюстами тысячами лет. По истечении этого срока им приходилось погружаться в глубокий сон.

Старец в лазурных одеждах уже почти исчерпал свой лимит: ему оставалось от силы пятьдесят-шестьдесят тысяч лет бодрствования. Именно поэтому с его мнением давно никто не считался, его влияние угасало, а реальная власть почти полностью перешла к другим.

Мальчик в желтом одеянии и богатырь в белом тоже хранили молчание. Мальчик был слишком мал и находился в том же положении, что и Цин-ди; богатырь же был полностью поглощен совершенствованием и не стремился к власти. Впрочем, он не был дураком и прекрасно видел, как Черный и Алый императоры пытаются отодвинуть его от дел, так что сейчас он ни за что не позволил бы втянуть себя в эту авантюру.

— Это дело мы обсудим позже, — Черный Император махнул рукой. — Сейчас важнее восстановить порядок. Пусть в мир смертных нам пока не дотянуться, но в самом Мире Демонов мы обязаны навести порядок. Кланы Драконьего Воробья и чжулуань открыто помогали Мо Куну – доказательства налицо. К тому же они бросили вызов императорскому клану и силой захватили места Слияния. Давайте обсудим, как нам отправить войска для их усмирения.

— Постойте! — громко прервал его Владыка Заповедей, чье терпение окончательно лопнуло. — Ваше Величество, соблаговолите объяснить, на каком основании вы делаете такие выводы? Где ваши доказательства?

— Доказательства? — Черный Император расхохотался. — Разумеется, они у меня есть.

Он сделал знак рукой в сторону выхода, и в зал тут же вбежал мужчина средних лет в доспехах военачальника. Исходившая от него аура ясно указывала на то, что он является мастером стадии Слияния.

Владыка Заповедей уставился на вошедшего, и в его глазах вспыхнул особый свет.

Это была уникальная способность Владыки Заповедей, позволявшая ему видеть истинную суть вещей, включая происхождение и чистоту крови.

— Так это ты… — прошептал Владыка Заповедей, мгновенно узнав вошедшего.

Его охватил бурный гнев. Повернувшись к Черному Императору, он с позеленевшим от ярости лицом произнес:

— Сын этого человека из-за своей подлой натуры устроил заговор и пытался убить Лань, чтобы прибрать к рукам ее власть, но его заговор раскрыли. Из-за этого случая князь Фэйлянь окончательно разочаровался во всей этой семейке. Даже если бы клан Драконьего Воробья и решился тайно присвоить себе место Слияния, они ни за что не отдали бы его этому предателю!

Владыка Заповедей еще старался выбирать выражения, хотя прекрасно понимал, что это грубая подстава.

Раньше в императорских темницах томились чуть больше тридцати плененных мастеров Слияния. Чтобы снарядить карательный поход против нового города Линьхай, правители умертвили десятерых из них, освободив десять мест Слияния – именно это и было обещанной союзникам наградой. В итоге они и эти десять мест упустили, и своих десять мастеров потеряли. Чтобы восполнить личные потери, им пришлось казнить еще десятерых пленников, так что в темницах оставалось чуть больше десяти узников.

Владыка Заповедей не сомневался, что за последние дни ряды узников поредели еще на пару человек: одного использовали, чтобы подставить клан Драконьего Воробья, второго – чтобы обвинить чжулуань, а может, припасли долю и для Лазурного Дракона.

От этих мыслей у Владыки Заповедей опустились руки.

Черный Император, упрямо гня свою линию, буркнул:

— Откуда мне знать, почему Фэйлянь принял такое решение? Может, старик просто выжил из ума.

Последними словами он явно намекал на самого Владыку Заповедей – мол, старик совсем ослеп и не видит, на чьей стороне должен быть.

Несмотря на подступившее уныние, Владыка Заповедей предпринял последнюю попытку образумить правителя:

— Ваше Величество, кланы Драконьего Воробья и чжулуань наверняка предвидели такой исход. Если они решат увести всех своих сородичей в мир смертных, там начнется великий хаос!

— Если они так поступят, это лишь подтвердит их вину и докажет, что за всеми кознями стояли именно они! — отрезал Черный Император.

Видя непреклонность правителя, Владыка Заповедей все понял.

Черному Императору просто нужно было найти козла отпущения за прошлые неудачи, и он твердо вознамерился повесить всех собак на кланы Драконьего Воробья и чжулуань, а заодно, вполне возможно, притянуть к делу и Лазурного Дракона.

Владыка Заповедей лишь мысленно вздохнул. Демонический народ окончательно покатился в пропасть, и хаос из мира смертных неизбежно перекинется на Мир Демонов.

* * *

В то же самое время в Мире Демонов, на покрытом буйной зеленью континенте, посреди величественного города на крепостной стене стоял старик, без умолку раздавая приказы:

— Запускайте межмировой портал и переправляйте детей на ту сторону, пусть наши их там встретят!

— Забирайте все, что можно унести, ничего не оставляйте! Если надо – перекопайте землю на три чи вглубь, но вывезите все до последней горсти земли!

— Созывайте подвластные племена, пусть немедленно собираются здесь! Если кто посмеет ослушаться – активируйте запреты, сотрите их души в порошок!

— Дайте им три часа, ровно три часа! Как только время выйдет – запускайте формацию, а те, кто не успел, пусть пеняют на себя!

Распоряжения раздавал не кто иной, как сам князь Фэйлянь. Как и подозревал Владыка Заповедей, клан Драконьего Воробья подготовился заранее: они собирались бежать в мир смертных.

Все действия были отточены до мелочей, ведь они давно знали, что этот день настанет, и все спланировали заранее. Лучшим доказательством тому служил огромный межмировой портал, высящийся у городских ворот.

Клан Драконьего Воробья при всей своей силе не мог в одиночку построить такое сооружение, но недавно при тайной поддержке Лазурного Дракона и чжулуань им удалось втайне возвести этот портал, и сейчас площадка вокруг него была завалена горами добра.

Они действительно перекапывали землю вглубь, забирая с собой абсолютно все. Помимо редких сокровищ и ресурсов, они тащили груды овощей и фруктов, столы, стулья, черепицу, деревянные балки и даже мешки с песком и землей…

За пределами города то и дело раздавался оглушительный грохот: это несколько десятков исполинских драконьих воробьев вырывали с корнем вековые деревья. Они вытаскивали их вместе с огромными комьями земли и тащили к порталу, оставляя на месте лесов лишь глубокие воронки. Все это добро они намеревались переправить в мир смертных.

Обычные межмировые порталы имели жесткое ограничение на пропускную способность, но в этот портал была встроена особая реверсивная формация, способная на мгновение напрямую соединить два мира.

У такого метода был огромный минус – срок службы формации сокращался в разы.

Впрочем, для спасающегося бегством клана Драконьего Воробья это не имело значения: им нужно было воспользоваться порталом лишь один раз, после чего он им больше не понадобится.

— Предок, мы успеем по времени? — спросил стоявший за спиной князя Фэйляня Малый Князь – младший брат Лань.

— Не переживай. Императорский клан слишком неповоротлив. Чтобы просто сдвинуться с места, им нужно кучу времени потратить на подготовку пышного выезда: провести молебны, окропить знамена кровью, принести клятвы, назначить воевод, раздать оружие… На все это у них уйдет никак не меньше половины дня.

Князь Фэйлянь всегда с презрением относился к верхам и их нелепым церемониям. Сейчас его гораздо больше заботило положение дел в мире смертных, и он спросил:

— Как там дела у мальчишки? Все готово?

Малый Князь тут же ответил:

— Все готово, ждут только нашего сигнала. Правда, они смогут удерживать проход не больше получаса.

— Этого достаточно, — князь Фэйлянь махнул рукой. Силами одного лишь клана Драконьего Воробья они не смогли бы противостоять императорскому войску, так что им оставалось уповать лишь на хитрость.

Единственным оружием князя Фэйляня были настроения среди демонов. Сейчас, когда императорский клан дал слабину, у многих проснулись амбиции.

Клан Драконьего Воробья первым подставился под удар. Если император сотрет их в порошок одним махом, это станет плохим знаком для остальных. Поэтому другие кланы больше всего хотели бы, чтобы Драконий Воробей уцелел, пусть и потрепанным, – тогда император сосредоточит все внимание на них, а остальные окажутся в безопасности. А значит, многие тайно будут вставлять императорскому войску палки в колеса.

Князю Фэйляню нужно было лишь вырыть для императорского клана яму, а затем с помощью недовольных засыпать её землей. Даже если не удастся похоронить самих правителей, они по крайней мере прикопают тех, кто громче всех ратует за императора.

Время шло, к порталу стаскивали все новые груды вещей, под конец дело дошло до огромных валунов и целых холмов.

Портал давно превратился в зияющую черную бездну, которая мгновенно поглощала любые объемы груза.

Внезапно на горизонте показалось огромное облако, на котором теснились бесчисленные фигуры.

Князь Фэйлянь бросил взгляд в ту сторону и, улыбнувшись, заметил:

— А эти ребята не так глупы, быстро сообразили, чью сторону занять.

Прибывшие были вассалами клана Драконьего Воробья, решившими последовать за своими покровителями в мир смертных. И дело было вовсе не в страхе перед запретом в душе – его накладывали лишь на вождей да нескольких старейшин. Настоящей причиной была та самая идеология, которую проповедовал Сяэ Сяоюй.

Слухи о его порядках давно докатились до Мира Демонов: равенство всех кланов, отсутствие притеснений – для низших сословий демонов это звучало как рассказ о настоящем рае земном.

Вождей же и старейшин больше всего привлекала возможность для великих демонов совершить прорыв и стать небесными демонами.

В обычных условиях у них не было ни единого шанса на такое возвышение, но теперь перед ними забрезжила надежда.

Облако опустилось на землю, и прибывшие демоны дружно пали ниц перед стоявшим на стене князем Фэйлянем. Возглавлявшие их вожди в священном трепете произнесли:

— Мы опоздали, просим Предка пощадить нас!

— Пришли – и ладно. Людей у нас сейчас не хватает, так что принимайтесь за работу, помогайте таскать вещи, — махнул рукой князь Фэйлянь.

Вассалы тут же повскакали с мест и бросились помогать грузить добро.

С притоком свежих сил работа закипела еще быстрее.

Незаметно пролетели три часа.

Раздался протяжный удар колокола, и всех суетившихся демонов окутало белое сияние, после чего их принудительно перенесло внутрь городских стен.

Над городом медленно поднялся исполинский световой купол. В то же мгновение со всех сторон повалили густые струи дыма, которые стремительно расползались, за считаные минуты укутав весь континент.

Это был не обычный туман: вопреки яростным порывам ветра, он не рассеивался, а вздымался до самых облаков. В клубах мглы то и дело проступали очертания великолепных дворцов и беседок, в которых кружились в танце прекрасные девы, услаждая слух чарующим пением.