Глава 5: «Достопочтенный»

— Он еще жив! — громко крикнул Сяэ Сяоюй.

Едва эти слова сорвались с его губ, как из мест срезов, оставленных черной серповидной дугой, вырвались бесчисленные тонкие нити. Сплетаясь между собой, они с силой стянули разрубленные половины монстра из лиан, вновь соединяя его воедино.

— Надо же, у него еще и такие способности есть, — лицо наследного принца Мина стало мрачнее тучи.

Лай тоже помрачнел. Холодно фыркнув, он процедил:

— А я только рад поиграть подольше!

Его силуэт снова смазался, и он в мгновение ока опять прорвался к самому телу монстра из лиан.

Монстр, казалось, пришел в ярость от такой дерзости. Одна из его огромных рук мгновенно распалась на бесчисленные побеги, которые лавиной обрушились на Лая, осыпая его градом сокрушительных ударов.

Натиск оказался столь внезапным, что былое величие Лая мгновенно испарилось. Потеряв прежний лоск, он был вынужден отчаянно обороняться.

Способ защиты Лая был весьма необычен: вокруг его тела, слой за слоем, парили бесчисленные черные диски размером с ладонь. Тонкие, словно крылья цикады, они казались хрупкими и беззащитными, однако под яростными ударами лиан оставались непоколебимыми, словно скалы.

Тем не менее земля вокруг Лая покрылась глубокими бороздами, комья грязи летели во все стороны, а поднявшаяся пыль погрузила все в радиусе сотен чжанов в кромешную тьму.

«Оказывается, силу поглощения можно использовать и так», – подумал наследный принц Мин, и на душе у него стало совсем скверно. Сейчас они с Сяэ Сяоюем были союзниками лишь временно, а в будущем наверняка снова станут врагами. Как он мог радоваться, зная, что в лагере противника есть столь грозный боец?

Сяэ Сяоюй тоже пребывал в глубоком раздумье. Он размышлял о том, что если в один прекрасный день их пути с демоническим народом разойдутся, ему, возможно, придется сойтись в бою с Лаем.

Будучи сам искусен в законах поглощения, Сяэ Сяоюй прекрасно видел, в чем сила этих черных дисков. Их предназначение заключалось в поглощении энергии: стоило лианам коснуться диска, как вся их мощь мгновенно вытягивалась без остатка, и, лишившись силы, грозные побеги безжизненно повисали, словно вареная лапша. Внезапно в воздухе снова промелькнула черная серповидная дуга. Лай, улучив момент, когда часть побегов втягивалась обратно, а другие еще не успели опуститься, нанес удар с невероятной скоростью.

Как и в прошлый раз, монстр из лиан разлетелся надвое, но теперь его разрубило вертикально.

Прежняя картина повторилась: из срезов начали тянуться тонкие нити.

Но паривший в небе Шу, вернувший свой истинный облик, был готов к этому. Широко раскрыв клюв, он изрыгнул струю яростного пламени прямо на рану, мгновенно испепелив тянущиеся нити.

Однако в следующий миг монстр из лиан полностью распался, словно развязавшийся узел, превратившись в бесформенную груду лоз, а затем мгновенно сплелся заново в совершенно нового великана.

Все застыли в ошеломлении. Сладить с этим чудовищем казалось невозможной задачей: оно обладало колоссальной силой, было практически неуязвимо для оружия, мгновенно регенерировало, да еще и умело распадаться и собираться вновь… Как вообще его убить?

Лай продолжал непрерывно взмахивать руками, посылая одну за другой черные серповидные дуги, которые крест-накрест кромсали врага.

Великан разлетелся надвое, затем на четыре части, следом его изрубило на мелкие куски… Почуяв неладное, монстр из лиан резко встряхнулся и мгновенно разделился на несколько отдельных клубков. Эти похожие на спутанную пряжу комья бросились врассыпную, на ходу вновь обретая очертания великанов.

— Ты же говорил, что они не умеют бегать! — повернувшись к Сяэ Сяоюю, крикнул Лай.

Сяэ Сяоюю нечего было возразить. Эти твари не просто бежали – они мчались с бешеной скоростью, используя свои лианы и как грозное оружие, и как тело, и как быстрые руки и ноги.

— Что ж, — Сяэ Сяоюй лениво потянулся. — Пожалуй, с этой дрянью разберусь я.

С этими словами он мгновенно бросился в самую гущу одного из клубков спутанных лоз.

В отличие от мгновенного перемещения Лая, это был обычный прыжок, но мышцы его нынешнего тела золотого цзяо были позаимствованы у прыгающей к небесам блохи, и чудовищная взрывная сила придала ему такую скорость, которая превосходила любые пространственные техники.

Внезапно с тела Сяэ Сяоюя сорвались бесчисленные тонкие нити – это была паутина.

Он всегда носил с собой множество паучьих сетей, и эта привычка не раз его выручала.

Спутанные лозы легко цеплялись за все подряд, а уж перед липкой паутиной они и вовсе были бессильны. К тому же длинное и гибкое тело цзяо идеально подходило для удушающих объятий. Сделав всего пару кувырков в куче лоз, Сяэ Сяоюй намертво переплелся с лианами монстра.

— Поглощение! — яростно взревел Сяэ Сяоюй.

Его тело мгновенно окрасилось в иссиня-черный цвет, став похожим на бездонную бездну. Опутавшие его лозы начали стремительно усыхать, словно из них в один миг испарилась вся влага. Не теряя времени, Сяэ Сяоюй бросился к следующим клубкам.

Колоссальный поток сущности и энергии устремился из лоз в его тело, а вместе с ними хлынула бесконечная, бурлящая жизненная сила. Картина была точь-в-точь такой же, как при гибели Черной Черепахи, которую когда-то высосали заживо. Разница заключалась лишь в том, что в прошлый раз Сяэ Сяоюй обладал слишком низким рангом и слабой силой, так что вся добыча лишь прошла через него транзитом и досталась Древесному Духу, а сам он едва не лопнул от избытка энергии. Теперь же все было иначе: его ранг был достаточно высок, а могучее тело золотого цзяо без труда выдерживало этот колоссальный прилив жизненных сил.

Монстр из лиан забился в безумии. Те побеги, что еще оставались свободными, принялись неистово хлестать Сяэ Сяоюя.

Видя, что удары не причиняют ему вреда, лианы снова приняли свой первоначальный облик: на их концах раскрылись усаженные острыми зубами пасти, которые принялись яростно грызть его тело. Когда и это не помогло, побеги просто обвили Сяэ Сяоюя, пытаясь задушить его в мертвой хватке.

Лианы и паутина окончательно переплелись между собой, слой за слоем укутывая их тела, пока они не превратились в один гигантский кокон.

Прошло немало времени, прежде чем некогда яростные удары лоз начали угасать. Их обугленная поверхность покрылась глубокими морщинами, былая гибкость исчезла, уступив место сухой жесткости, и по стеблям побежали трещины.

— До чего же мерзкий тип! Крадет чужие способности, забирает конечности, высасывает жизнь… Ни за что не поверю, будто его истинный облик – Хунъин. Наверняка он какой-нибудь монстр-вампир, — тихо пробормотал наследный принц Мин.

— Терпеть тебя не могу, но в этот раз я с тобой полностью согласен, — отозвался Лай.

Монстр из лиан окончательно затих, и высохшие лозы внезапно вспыхнули ярким пламенем, поднявшимся на десятки чжанов ввысь.

С оглушительным драконьим ревом Сяэ Сяоюй разорвал остатки сгоревшего кокона и выбрался наружу. Он буквально светился от избытка жизненных сил. Его длинное тело цзяо начало стремительно уменьшаться, пока снова не приняло человеческий облик.

— Похоже, ты полностью подчинил себе это тело, — с явной завистью в голосе заметил наследный принц Мин.

Сяэ Сяоюй ничего не ответил. Ему сейчас было не до разговоров: в глубинах его души снова пробудился Древесный Дух, и выглядел он теперь гораздо более окрепшим.

Из того колоссального объема жизненных сил и сущности, что Сяэ Сяоюй только что поглотил, большая часть ушла на укрепление тела золотого цзяо, но благодаря их тесной связи малая доля досталась и Древесному Духу.

«Жаль, что ты так далеко от меня», – с легкой грустью отозвался Древесный Дух.

— Так перебирайся сюда, в чем проблема? — мысленно ответил Сяэ Сяоюй. В конце концов, этих монстров из лиан вокруг было предостаточно – хватит, чтобы насытить их обоих.

Древесный Дух внезапно замолчал и лишь спустя долгое время тихо произнес: «Нет, пожалуй, не стоит. Я лучше сам, потихоньку восстановлюсь».

— Почему? — удивился Сяэ Сяоюй.

«Это совсем другое…», – поспешно отказался Древесный Дух, хотя в его голосе и чувствовалось легкое колебание: искушение было слишком велико.

В этот раз, помогая Сяэ Сяоюю слиться с телом золотого цзяо, Древесный Дух едва не истратил все свои силы без остатка. Однако позже выяснилось, что в этом был и свой плюс: восстанавливаемая им теперь сила становилась гораздо чище и качественнее, чем раньше.

Долго колеблясь между быстрым восстановлением и качественным ростом силы, Древесный Дух в итоге решил положиться на собственные силы и даже вознамерился вернуть ту малую часть жизненной энергии, что успел поглотить.

Впрочем, выбрасывать ее Древесный Дух не собирался: эти силы можно было пустить на подпитку окрестных лесов, которые взамен начнут источать чистейшую духовную энергию.

«Кажется, эта тварь еще не совсем мертва», – вдруг произнес Древесный Дух.

Сяэ Сяоюй слегка опешил и тут же внимательно осмотрел кучу обгоревших лоз. Действительно, в самых глубинах еще теплилась едва заметная искра жизни.

«И еще… мне кажется, откуда-то издалека ее кто-то зовет», – добавил Древесный Дух.

Сяэ Сяоюй тут же схватил одну из сухих ветвей и применил технику Поиска Души. Пусть этот монстр и был растением, он разительно отличался от обычных деревьев, имея много общего с призраками и зомби, так что этот прием сработал.

В следующий миг Сяэ Сяоюй почувствовал, насколько слаб разум монстра из лиан: его душа трепетала, словно гаснущая свеча на ветру, и в то же время он отчетливо ощутил неведомую силу, которая непрерывно звала тварь к себе.

— Неужели это и есть колесо перерождений? — пробормотал Сяэ Сяоюй.

— Очень похоже на то, — поспешно подтвердил Древесный Дух.

— Судя по ощущениям, это очень далеко, где-то в самых глубинах Крайнего Северного Ледника, — Сяэ Сяоюй взглянул в ту сторону. Это было направление на север, с небольшим уклоном к западу.

— Разве так трудно узнать точное место? Нужно просто найти еще одного такого монстра, — с воодушевлением предложил Древесный Дух.

Сяэ Сяоюй и сам думал об этом. Даже если отбросить поиски колеса перерождений, ради одной только колоссальной жизненной силы этих монстров ему определенно стоило отправиться туда.

Сяэ Сяоюй повернулся к наследному принцу Мину и спросил:

— Я собираюсь отправиться на выручку другим отрядам. Хочешь пойти со мной?

Немного помолчав, он с усмешкой добавил:

— Или мы можем для начала заглянуть в твои владения. Все равно я сейчас в облике цзяо, так что никто ничего не заподозрит.

— Это было бы просто замечательно, — наследный принц Мин только этого и ждал.

— Телепортационная формация на твоей стороне ведь открыта? — уточнил Сяэ Сяоюй.

— Для нас с тобой она открыта всегда, — заверил принц Мин, стараясь казаться как можно более любезным. Недавняя битва не на шутку его напугала, да и сила Лая внушала опасения, так что пока он не обретет абсолютную уверенность, лучше было поддерживать дружеские отношения.

***

В дзенском лесу Троеграда великий жрец Лагексири медленно открыл глаза и устремил взор на север.

Вокруг него кругом сидели многочисленные ученики. Заметив перемену в лице учителя, старший из них поспешно спросил:

— Наставник, что-то случилось?

— Кажется, колесо перерождений наконец найдено.

Лицо великого жреца Лагексири оставалось совершенно спокойным, словно эта весть его ничуть не волновала, однако его ученики мгновенно пришли в неописуемый восторг.

— Учитель, прикажете немедленно собрать все наши силы и начать общее наступление? — старший ученик едва сдерживал нетерпение.

— В этом нет нужды, — великий жрец Лагексири небрежно махнул рукой. — Толпа там бесполезна, я отправлюсь туда один.

— Учитель, прошу вас, подумайте еще раз! Это слишком опасно!

— Наставник, вам нельзя идти в одиночку, вдруг что-то случится…

— Даже если армия не нужна, мы не можем отпустить вас одного. Позвольте мне сопровождать вас! — наперебой запричитали ученики.

— Довольно! — повысив голос, строго оборвал их великий жрец Лагексири.

Нравы в Демонических Вратах были весьма прагматичными, здесь не было той душевной теплоты, что царила во Вратах Будды. Все эти слащавые речи и показная забота учеников были лишь обычной лестью. Великий жрец прекрасно это понимал и в обычное время закрывал на это глаза, но сейчас, когда предстояло важное дело, слушать эту пустую болтовню у него не было никакого желания.

С этими словами великий жрец Лагексири медленно поднялся, повернулся к растущему позади баньяну и аккуратно отломил небольшую ветку. Опершись на нее как на посох, он сделал шаг вперед.

В воздухе словно распахнулась невидимая дверь, и фигура великого жреца Лагексири начала медленно таять. В следующий миг он возник в десяти тысячах ли от этого места, затем снова исчез – и при следующем появлении оказался еще на десять тысяч ли дальше.

Один шаг – десять тысяч ли. Великий жрец неторопливо продвигался на север. Все эти россказни о том, что пространственные законы здесь ослабли и перемещения ограничены, для него словно не существовали.

Он действительно оправдывал свое имя Воплощения Предка Демонов и одного из Десяти Достопочтенных, живших десять тысяч лет назад. Даже великие мастера стадии Слияния с Дао не смогли бы тягаться с великим жрецом Лагексири, хотя формально его ранг соответствовал лишь уровню Небесного Бессмертного.

Словно прогуливаясь по собственному саду, великий жрец Лагексири всего за полчаса пересек весь континент Посо, миновал пустыню Молодцов и оказался посреди бескрайних ледяных просторов Крайнего Северного Ледника.

Внезапно он остановился и повернул голову в сторону.

В сотне шагов от него стоял старый даос. На вид ему было чуть за пятьдесят, одет он был в изношенное, потрепанное даосское одеяние с несколькими заплатами, а в руке держал изумрудно-зеленый бамбуковый шест, словно только что срезанный в лесу.

— А, это ты, — с улыбкой произнес великий жрец Лагексири.

— Почти семь тысяч лет не виделись, — поприветствовал его старый даос.

Великий жрец Лагексири громко рассмеялся:

— Ты, как я вижу, так и не отправился в Мир Бессмертных.

— А зачем? Какой смысл выбираться из одной клетки, чтобы тут же залезть в другую? — старый даос бросил равнодушный взгляд на небо.

— Та клетка по крайней мере побольше, там есть где развернуться, да и надсмотрщики не такие лютые, — возразил великий жрец Лагексири.

— Что же ты помалкиваешь о том, какие там бушуют распри? Про ваш Мир Демонов и говорить нечего: сначала передрались до полусмерти, потом разбежались кто куда, а напоследок еще и прокопали ход во внешние миры, выпустив изначальных демонов исполнения желаний. У демонов в их мире дела обстоят не лучше: тамошний Демонический Император, перед тем как слиться с Миром Демонов, запечатал всех соплеменников рангом выше Слияния с Дао, не пощадив даже пятерых собственных детей. В Мире Бессмертных на первый взгляд тишь да благодать, но за право первородства они грызутся уже сотни тысяч лет, Куньлунь Восточный и Куньлунь Западный сошлись не на жизнь, а на смерть, и любому новичку первым делом приходится выбирать сторону. Во Вратах Будды вроде бы царит мир и покой, но внутри скрыто бесчисленное множество течений, да еще и ты приложил руку: Махаяна теперь берет верх, противоречия между Махаяной и Хинаяной нарастают с каждым днем, так что раскол там – лишь вопрос времени.

Старый даос говорил спокойно, то и дело покачивая головой и вздыхая.

— Но разве это не весело? Если бы все оставалось неизменным, мир давно бы погряз в унынии и застое. Какой смысл в такой жизни? — великий жрец Лагексири явно ничуть не расстроился, скорее даже злорадствовал.

— У меня нет желания спорить с тобой. В красноречии мне с тобой все равно не тягаться, — покачал головой старый даос.

— Ну ладно, оставим это. Ты ведь тоже пришел ради того, что там? — великий жрец указал посохом вдаль.

Старый даос не ответил, лишь слегка покачал своим бамбуковым шестом.