Глава вторая. Наконец свершилось

Время тянулось медленно и в то же время летело быстро. Медленно – потому что Северная Флотилия всё еще не прибыла и оставалась где-то далеко; быстро – потому что месяц с лишним пролетел в мгновение ока.

Весь этот месяц каждый был занят делом. Больше всех хлопотал Рябой: из-за непрерывного полугодового плавания на каждом судне так или иначе возникли неполадки, и без починки было не обойтись. Цзян Ханьюнь тоже не сидела сложа руки – у неё вечно была гора дел. Цилинь тоже суетилась, но её суета была скорее бестолковой.

У Сяэ Сяоюя тоже не оставалось свободного времени, он разрывался между двумя задачами.

Первая – алхимия. Му Фэйцин торопил его уже не раз, а теперь к нему присоединилась и Цзян Ханьюнь. По совету Сяоюя распределение пилюль перешло в её ведение. С тех пор как он и Сюаньнюань-цзы высказали своё веское слово, никто больше не осмеливался нагло и прямо требовать лекарства. Все сменили личину: заговорили о дружбе, начали искать связи, и отказывать им стало крайне трудно. В итоге эти двое, не в силах держать оборону, заставляли Сяоюя искать выход.

Второе дело – строительство кораблей. Сюаньнюань-цзы постоянно подгонял Сяэ Сяоюя. Глава Секты решил в скором времени уйти в затворничество, передав все внешние и внутренние дела Ло Юатангу. Его единственным желанием было увидеть начало постройки большого корабля до того, как он удалится от мира. От этого поручения тоже нельзя было отмахнуться.

Сяэ Сяоюю оставалось лишь трудиться в поте лица, чтобы покончить с этими двумя делами.

Как обычно, ранним утром Сяэ Сяоюй ждал у границы зоны тумана. Несмотря на свой особый статус, он не смел врываться внутрь без спроса. И он сам, и Сюаньнюань-цзы отдали приказ: если кто-то посмеет самовольно проникнуть в запретную зону, охраняющие её Повелители Дао должны без лишних вопросов активировать запрет и уничтожить нарушителя. Сяоюй не хотел умирать столь нелепой смертью.

Те, кто был внутри, не заставили Сяэ Сяоюя ждать долго. Спустя мгновение в тумане открылся проход.

Сяэ Сяоюй прошел сквозь марево, и проход за его спиной сомкнулся.

Промышленная и фермерская зоны тоже были отделены друг от друга стеной тумана, пролегавшей прямо посередине. На самом деле, каждый участок внутри был изолирован. В фермерской зоне места, где выращивали лекарственные травы, ценились куда выше огородов и курятников. В промышленной зоне было то же самое: верфь для больших кораблей и мастерские по изготовлению летающих колес находились на совершенно разных уровнях важности.

Место, где жил Рябой, разумеется, было самым охраняемым.

Сяэ Сяоюю потребовалось целых пятнадцать минут, чтобы миновать многочисленные посты, но последняя стена тумана преградила ему путь.

Эту преграду контролировал сам Рябой. Сейчас туман стоял плотной стеной – очевидно, Рябой не хотел никого видеть.

— Этот парень обычно встает ни свет ни заря, что с ним сегодня? — пробормотал Сяэ Сяоюй. Внезапно на его лице появилась странная улыбка. — Неужели он и впрямь окрутил драконицу?

Стоило этой мысли возникнуть в голове Сяэ Сяоюя, как из тумана показалось прелестное лицо – это была драконица.

— Что с Рябым? — поздоровался с ней Сяэ Сяоюй.

— Он в затворничестве, не смей его беспокоить, — недружелюбно бросила драконица. Она не питала симпатии к Сяэ Сяоюю. По правде говоря, она была враждебна ко всем, кроме Рябого и Су Минчэна.

— В затворничестве? Неужели он вот-вот создаст воплощение? Не слишком ли быстро? — удивился Сяэ Сяоюй.

Он одновременно обучил методу создания воплощения Ло Вэньцина, Рябого, Су Минчэна, Цилинь, Цинлань, Ван Чэня, У Вунхуа и остальных. Если судить по таланту, лучшим был Ло Вэньцин. Если по времени практики – Су Минчэн, Цинлань и Ван Чэнь проводили в затворничестве целые дни, куда больше Рябого. Как ни считай, Рябой никак не должен был стать первым.

— Впусти меня, я ему помогу, — распорядился Сяэ Сяоюй.

— Нельзя, — драконица смерила его косым взглядом, полным настороженности.

— Боишься, что я ему наврежу? — Сяэ Сяоюй едва не расхохотался. Эта самка дракона казалась ему весьма забавной; похоже, она и впрямь полюбила Рябого.

— Сказано нельзя, значит нельзя. Он велел никому его не беспокоить.

Драконица мгновенно скрылась в тумане, и тут же в стене перед Сяоюем заплясали нити электрических разрядов – верный признак того, что активировался запрет.

Несколько божественных восприятий тут же коснулись этого места. Повелители Дао, охранявшие зону, мгновенно среагировали на активацию запрета, но, быстро поняв, в чем дело, отозвали свое внимание.

Получив от ворот поворот, Сяэ Сяоюй не рассердился. Он отступил: раз уж Рябой занят практикой, стоит сначала наведаться в другие места.

Дойдя до выхода, Сяэ Сяоюй поднял голову и спросил, обращаясь к пустоте:

— Там всё в порядке? Рябой и вправду в затворничестве или эта драконица его скрутила?

— Не волнуйся, он действительно в затворничестве, — донесся из пустоты старческий голос одного из охраняющих Повелителей Дао.

— Как такое возможно? Он занят по горло, у Ло Вэньцина, Су Минчэна и Цинлань куда больше свободного времени, а у них до сих пор никакого прогресса. Как же он преуспел первым? — не удержался от размышлений вслух Сяэ Сяоюй.

— Это ли не просто? Достаточно, чтобы кто-то согласился помочь, — подал голос другой Повелитель Дао, и в его тоне проскользнули сальные нотки.

Сяэ Сяоюй не был наивным юнцом и сразу понял намек.

— Вот оно что, — кивнул он, но тут же озадачился. — Раньше он всем видом показывал, что не желает этого. Как же они так быстро сговорились?

— Не он её окрутил, а она его, — в пустоте раздался дружный смех. Очевидно, Повелители Дао вдоволь насладились этим зрелищем.

— Забавно, весьма забавно, — на лице Сяэ Сяоюя появилась лукавая улыбка.

Выйдя из промышленной зоны, Сяэ Сяоюй столкнулся нос к носу с Му Фэйцином и Цзян Ханьюнь.

— Сияешь, как медный таз. Какая радость приключилась? — издалека крикнул Му Фэйцин.

— Радость не у меня, а у друга, — Сяэ Сяоюй кивнул в сторону жилища Рябого.

— О-о… — лицо Му Фэйцина тоже приняло понимающее и лукавое выражение.

Стоявшая рядом Цзян Ханьюнь сначала растерялась, но следом тоже всё поняла, и её лицо мгновенно залил густой румянец.

— Я как раз тебя искал, — кашлянул Му Фэйцин, переходя к делу. — Сейчас все школы широко открыли врата горной обители и набрали множество учеников. За этот месяц в секты вступило немало людей. Дальше им предстоит Очищение Крови и Пронизывание Акупунктурных Точек, Преобразование Жил и Жилу, Очищение Покровов и Промывание Костного Мозга, а затем – Переплавка Костей. На каждом этапе требуется огромное количество пилюль. Для пилюль Прорыва Преград можно снизить эффективность, чтобы они прорывались только накопив достаточно сил, но с этими лекарствами так поступить нельзя. Придумай же что-нибудь!

— Нужда в них настоящая или мнимая? Вы проверяли? — Сяэ Сяоюй теперь мало доверял этим людям: все они любили поживиться за чужой счет.

— Совершенно точно настоящая, я лично всё проверила, — вставила Цзян Ханьюнь. Её было не так-то просто провести.

Затем она со смущением добавила:

— На самом деле, в моем Дворце Изумрудного Оперения тоже немало учеников уже достигли этого этапа.

— Какое везение, — выдавил кривую улыбку Сяэ Сяоюй. В свое время ему потребовалось целых два года, чтобы только достичь начального уровня. Теперь же, с методом сжатия духовной энергии и постоянным питанием духовной пищей, скорость совершенствования этого поколения была просто стремительной.

— Кроме нескольких редких видов, всё остальное – обычные травы. Разве мы не привезли огромную партию из Срединных Земель? Неужели всё закончилось? — удивился Сяэ Сяоюй. Снабжением занимался тот шпион-чужак, и надо признать, работал он на совесть.

— Нужно готовить сани летом. История с пилюлями Прорыва Преград меня уже научила, — горько усмехнулся Му Фэйцин. С теми пилюлями они вовремя не установили ограничения, а когда спохватились, было уже поздно.

— Разве мы не начали искусственное выращивание? Это же не какие-то особенные травы, им не нужны столетия выдержки, — Сяэ Сяоюй тоже понимал важность подготовки. Еще до выхода в море они обсудили множество вопросов, включая и дальнейшее развитие.

Му Фэйцин хотел что-то сказать, но замялся. Спустя долгое время он тяжело вздохнул:

— Ладно, давай сначала сходим в зону лекарственных трав, а там посмотрим.

Зона трав отличалась от прочих – она по-прежнему располагалась на корабле. В конце концов, травы были важнее провизии, а места требовали куда меньше.

Стоило ступить на палубу этого судна, как ощущения резко изменились. Густота духовной энергии здесь вполне могла соперничать с духовными источниками. Об этом месте явно заботились по-особому: даже в каютах Глав Сект и Старейшин не было такой концентрации энергии.

Сяэ Сяоюй подошел к ряду стеллажей. В лотках виднелись маленькие ростки – длиной всего в палец, с пятью-шестью листочками.

— Это Золотой Женьшень. Поскольку духовной энергии здесь в тысячи раз больше, чем снаружи, и каждый день ученики моей Секты Зеленого Древа и Долины Сотни Цветов применяют заклинания для ускорения роста, он растет так быстро. Снаружи, чтобы достичь такого размера, потребовалось бы не меньше десяти лет, — пояснил Му Фэйцин, зная, что Сяэ Сяоюй не силен в распознавании трав.

— И сколько времени нужно, чтобы он стал пригоден для использования? — спросил Сяэ Сяоюй, начиная понимать тревогу Му Фэйцина.

— Три года… три года здесь, внутри, — ответил Му Фэйцин.

— И все нужные травы такие?

— Нет, всего шесть или семь видов, с остальными проблем нет, — Му Фэйцин прикинул в уме и добавил:

— Но проблема в том, что эти несколько видов крайне важны, их нечем заменить, а расход огромен.

Сяэ Сяоюй не сразу нашелся с ответом.

— Ты спрашивал Старика Хуна и остальных?

Сейчас в Альянсе Сокрытой Единицы все мастера алхимии собрались вместе, изучая способы изготовления пилюль из самых дешевых материалов.

— Это они и велели мне найти тебя, — рассмеялся Му Фэйцин.

— Всё, что они предлагают, — лишь временные меры, не решающие корень проблемы, — добавила Цзян Ханьюнь. Она присутствовала при том разговоре.

Сяэ Сяоюй почесал затылок. Он-то надеялся перебросить эту заботу на Хун Луньхая и прочих, но те нанесли упреждающий удар.

Пока Сяэ Сяоюй ломал голову, из угла донеслось капризное детское бормотание:

— И что он может придумать?

Сяэ Сяоюю не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это говорит.

— А этот малец что здесь делает? — Сяоюй бросил взгляд в ту сторону.

Из-за стеллажа выглядывал мальчишка – ученик Ло Вэньцина, внук Ли Гуанцзуна и племянник Ли Фулу.

— У него Тело Истинного Древа, он от рождения тянется к растениям, и здесь ему самое место. Сказать по правде, он мне тут здорово помогает. Хоть его уровень и невысок, его заклинания ускорения роста действуют куда лучше, чем у других, — Му Фэйцин не скупился на похвалы. Если бы не особое происхождение мальчишки – он фактически был избран преемником Главы Секты Сюаньнюань в будущем, — Му Фэйцин непременно попытался бы выпросить его в ученики.

Сяэ Сяоюй не мог об этом не знать – ведь это он наделил мальчишку Телом Истинного Древа. Однако тот не выказывал ни капли благодарности: со всеми он был в ладу, и только с Сяоюем вел себя как с заклятым врагом.

Одним движением Сяэ Сяоюй переместился к мальчишке, схватил его за ухо и вытащил на свет.

— Недавно я видел твоих деда и дядю. Они просили меня получше присматривать за тобой, чтобы ты не слишком озорничал, — приговаривал Сяэ Сяоюй, покручивая ухо сорванца.

— Отпусти! Отпусти! — завопил тот. — Ты плохой! Очень плохой человек!

Сяэ Сяоюй просто дразнил ребенка, и, видя его надутые щеки и разгневанный вид, он весело расхохотался. Тревога на душе сразу улеглась.

— Кстати, хочешь, я проведу тебе Очищение Покровов и Преобразование Жил? — Сяэ Сяоюй взъерошил мальчишке волосы и ущипнул его за загривок. Это и было его «очищение» и «преобразование».

— Ты злой, совсем злой! Я всё маме расскажу!

Мальчишка был сообразителен: понимал, что жаловаться учителю бесполезно, поэтому призвал на помощь мать.

— Перестань, зачем ему Очищение Покровов? У него не только Тело Истинного Древа, он начал практиковать еще в утробе. В нем нет ни капли скверны, все каналы открыты от рождения, — Му Фэйцин не выдержал и вступился за ребенка.

— Ни капли скверны… — Сяэ Сяоюй внезапно замер.

Мальчишка воспользовался моментом, вырвался, изо всех сил наступил Сяэ Сяоюю на ногу и, применив перемещение, в мгновение ока исчез.

— Что с тобой? Всё в порядке? — Му Фэйцин забеспокоился, увидев, как переменился в лице Сяэ Сяоюй.

— Зачем нам травы? В Эру Величайшей Древности никаких лекарств не было, а люди всё равно совершенствовались, — пробормотал Сяэ Сяоюй. Он бывал в той эпохе и знал это лучше всех.

— Разве можно сравнивать? Тогда духовная энергия была густой, не то что нынешняя грязь. К тому же у людей тех времен кровь была мощной, а таланты – исключительными, — возразила Цзян Ханьюнь.

— Преобразование Жил и Очищение Покровов – это, по сути, перестройка тела, чтобы оно стало пригодным для практики. В Эру Величайшей Древности люди использовали для очищения саму густую духовную энергию. В Эру Далекой Древности было так же. Лишь к Эре Высокой Древности энергия поредела, и тогда додумались прибегнуть к силе трав.

— Однако в те времена пилюли были лишь подспорьем. Стоит заглянуть в древние свитки, в ранние версии «Канона Богатыря», «Канона Первозданного Хаоса» или «Канона Пяти Элементов», и вы увидите, что тогда не было этой цепочки из Очищения Крови, Пронизывания Точек, Преобразования Жил и Жилу, Очищения Покровов, Промывания Мозга и Переплавки Костей. Лишь после Великого Бедствия Божественного Пути, когда энергия стала совсем скудной, а вода, почва и воздух – грязными, практика усложнилась, и возникла нынешняя система.

Сяэ Сяоюй говорил всё увереннее. Сначала он просто искал предлог, чтобы отделаться от поручения и подумать позже, но постепенно осознал: пилюли вовсе не обязательны.

— Ты хочешь сказать, что нам нужно вернуться к методам Эры Высокой Древности? — глаза Му Фэйцина загорелись. Это не казалось невозможным: с их методом сжатия духовной энергии её плотность больше не была проблемой.

На этот раз и Цзян Ханьюнь не стала возражать, но, не до конца доверяя Сяэ Сяоюю, предложила:

— Будет лучше, если в этом деле примут участие мастер Хун и остальные.