Глава 467

— Хочешь использовать меня как нимб?

— Да. Все четыре сверхдержавы соберутся там и каждую будет представлять влиятельный человек.

— Поэтому я и не хочу туда идти.

— Ты идешь в любом случае. Отправляйся после помощи Гилли… Я подготовлю для тебя различные фразы, которые надо будет использовать в различных ситуациях на архипелаге.

— Фразы? О чем ты?

— Расскажу позже.

***

Место, где собралось столько влиятельных людей, являлось отличной возможностью для создания благоприятных слухов.

Необходимо, чтобы для народа двенадцатый знаменосец и его дракон-хранитель уже сейчас обладали силой достаточной для завоевания трона Ранкандела.

Слово «нимб» было использовано не просто так. Муракан уже обладает частью необходимых аспектов: признание, поскольку его почитали как хранителя Ранкандела, достойным прошлым и уникальностью — черной чешуей.

Не хватает только одного – нынешнего достоинства. Недавно, тем не менее, инцидент наемников Черного Короля уже частично создал нужную репутацию.

Если он проявит свое мастерство еще несколько раз, Муракан станет самым ярким ореолом.

«Ситуация несколько иначе сложилась, так как я не думал, что Амела будет сражаться со сверхдержавами… к тому же моя техника получила мощное усиление. Думаю, лучше все разрешиться не могло»

Как и в случае с Черным Королем, сейчас идеальное время для создания нужных слухов. Мальчику даже показалось, что он не зря придумывал все фразы.

— Третья?

Дракон приподнял бровь.

— Да, третья фраза!!!

Джин поднял три пальца и прищурился, после чего его друг энергично кивнул, будто прекрасно все понял.

Затем он произнес тихим, но величественным тоном:

[Ничтожные люди, желающие власти…]

Как только Муракан открыл рот, желание Джина схватить его за шею резко увеличилось.

Это была не та фраза.

— Муракан, не тридцать третий, а третий!

Тридцать третий предназначался на случай, если враги ясно заявят о своей капитуляции и присягнут на верность. Он, естественно, не подходил в данной ситуации.

Свист…

Адское пламя достигло своего пика, поэтому отчаянные крики, смерти и разрушения тоже.

Поэтому ошибка черного дракона была скрыта громким шумом. Джин радовался от мысли о том, что тридцать третья фраза не требовала громких речей.

«К счастью, похоже, никто его не услышал»

Такой промах вполне мог опустить все достоинство на дно.

Мальчик коснулся своей груди. Муракан, заподозрив неладное, моргнул, смотря на него.

Он снова обратил внимание на три поднятых пальца и, осознав ошибку, заговорил:

[Теперь архипелаг Гайфа является моей землей]

На этот раз голос был величавым и полным силы. Даже среди ужасного беспорядка все отчетливо слышали его.

— Его земля? Младший убил Амелу?