38. Суд

— Что это, мистер Поттер? — профессор Макгонагалл в пеньюаре хмуро взирала на собравшихся.

Как подозревал Гарри, один из портретов предупредил ее, что у входа в гостиную Гриффиндора что-то происходит. Ей едва хватило времени накинуть мантию, и выглядела Минерва недовольной.

— Это Сириус Блэк, мэм, — ответил один из авроров. — И он утверждает, что Питер Петтигрю находится внутри, с одним из ваших учеников.

— Он — крыса! — завопил Блэк. — Крыса!

Было трудно поверить в его слова, разъяренный и взлохмаченный, выглядел он полностью спятившим. Гарри определенно не поверил бы.

— Да он же явно обезумел, — сказала Макгонагалл. — Почему вы его слушаете?

Авроры переглянулись, затем посмотрели на Гарри. Они знали, что он не хочет показывать карту, и Гарри удивило, что авроры оставили решение вопроса — показывать или нет — за ним.

Гарри нахмурил брови.

— Блэк — анимаг. Мне кажется, он говорит, что Петтигрю сейчас в форме крысы. Если уж совсем точно, то крысы Рональда Уизли.

Он знал, что у Рона есть крыса, Гермиона часто на нее жаловалась. Рон несколько недель с ней спорил, доказывая, что ее книззл сожрал его крысу. Крыса исчезла лишь на время и позднее вернулась, к вящему удовлетворению Гермионы.

Сейчас Гарри гадал, чем же занимался Петтигрю во время своего отсутствия. Если действительно именно он выдал родителей Гарри Пожирателям Смерти, то тогда Петтигрю действовал заодно с Волдемортом и к тому же мог свободно перемещаться по школе.

Анимагия теперь показалась Гарри очень полезным навыком, особенно из-за возможности сбежать из Азкабана.

Макгонагалл некоторое время внимательно разглядывала их.

— Это важно, — добавил Гарри. — Жизнь человека висит на волоске.

Она фыркнула и пробормотала пароль картине, охранявшей вход в гостиную Гриффиндора. Гарри попробовал подслушать, но у него ничего не вышло.

Макгонагалл вернулась через пять минут, левитируя крысу, и с Рональдом Уизли на буксире.

— Посмотрим, что тут у нас, — заявила она.

Макгонагалл наставила палочку и пробормотала что-то, скорее всего, контрзаклинание к трансформации анимагов.

Крысу начало корёжить и изменять, превращая в мужчину, и Макгонагалл взвизгнула.

— О небеса… это и правда Петтигрю! — закричала она.

Рон Уизли уставился на крысу, которую годами брал к себе в кровать, и смертельно побледнел.

— Возможно, стоит позвать директора, — заметил Гарри.

* * *

Ночка выдалась длинной для всех, Сириуса Блэка забрали в министерство, где ему предстояло дожидаться суда.

Гарри задело то, что в первый раз Блэка упекли в Азкабан на двенадцать лет вообще без суда.

Он объяснил аврорам, что его заденет еще сильнее, если Сириуса убьют по дороге или подвергнут поцелую дементора еще до суда, в попытках избежать конфуза министерства. Очевидно, если министерство не в состоянии соблюдать собственные правила, то и Гарри тогда не поверит ни единому их слову.

Гарри начал задумываться, что же случится, если он и правда убьет Волдеморта. Не сочтет ли министерство его тогда помехой и не заставит ли исчезнуть? Возможно, Волдеморт был не единственным его врагом.

Хуже того, после победы над Волдемортом, способность перезагружать время могла и исчезнуть. Над этим стоило поразмыслить.

Он практически не сомневался, что Питер или Сириус «сбегут» в процессе перевозки, но на следующее утро Ежедневный Пророк вышел с заголовками, кричащими о поимке Блэка. Хотя о том, что он не убийца, там практически не упоминалось.

Гарри ожидал инсценированного процесса, но Дамблдор заверил его, что приложит все усилия, дабы добиться для Сириуса настоящего, честного суда.

Цинизм Гарри, кажется, удивил директора. Но Гарри уже общался с новым министром, и того больше беспокоила видимость безопасности, чем она же на самом деле.

Скримджер сердился на Гарри за отказ сфотографироваться, и Поттер подозревал, что едва переступил бы границы, очерченные министерством, как министр тут же опубликовал бы его фотографию во всех газетах, наплевав на Пожирателей Смерти.

Тем не менее, из истории с Блэком Гарри вышел без единого наказания и снятых с факультета баллов, а на следующий же день убрали и авроров, так что в итоге он победил. Гарри заявил, мол, он решил, что Блэк явится за ним в башню Гриффиндора, полагая, что тот именно там, раз уж туда попали его родители. Ложь не хуже других.

Он скучал по дополнительным тренировкам с аврорами, но точно не жалел о том, что теперь никто не засекал время, проведенное им в туалете. Из-за таких замеров он стал непомерно застенчивым.

Гарри попросил об еще одной встрече со Скримджером, и в этот раз она состоялась незамедлительно.

Он объяснил министру, как можно свалить всю вину в заключении Блэка на предыдущую администрацию, которую в те времена, по словам Гермионы, возглавляла Миллисент Бэгнолд, и как продемонстрировать великодушие, освободив Сириуса.

В кои-то веки Скримджер прислушался к его словам, вместо того чтобы относиться к нему как к ребенку, который не в состоянии сказать ничего полезного.

* * *

Судья ударил молотком, и толпа ахнула.

Сириуса объявили невиновным. У Питера Петтигрю вырвали показания, подтверждавшие слова Блэка.

Некоторые все равно считали Сириуса виновным, основываясь на том, что Петтигрю могли приложить Конфундусом, но против Питера серьезную роль сыграл факт проживания в постелях целого ряда несовершеннолетних мальчиков.

Выглядел Блэк так, словно не понимал, что произошло. Гарри подозревал, что все эти долгие годы Сириуса поддерживала лишь злость на Петтигрю, и теперь, когда первопричина исчезла, весь его запал иссяк.

Обвинитель откашлялся.