68. Вода

— Это не настоящий медальон, — оцепенело выдал Гарри.

Позади остались труды, риск и опасность, и они не продвинулись ни на шаг, остались там же, где и находились до того, как началась эта ночь. Фактически, даже отдалились от цели.

Кто-то забрался сюда до них и подменил медальон фальшивкой. Не слишком похожей на упущенный ими медальон, Дамблдор, едва увидев его, немедленно опознал подделку.

— Автор заявляет, что намерен уничтожить крестраж, — заметил Дамблдор. — Возможно, что все уже сделано за нас.

— Хотите рискнуть судьбой мира, основываясь на догадке? — спросил Гарри. — Сочтем медальон уничтоженным и отправимся за остальными крестражами, а потом окажется, что мы ошибались…

Дамблдор рассудительно кивнул.

— Теперь все будет особенно сложно, так как мы не имеем понятия, кто такой Р.А.Б.

— Предполагая, что это не псевдоним и не прозвище, то он может оказаться кем-то из британских волшебников, их всего-то десяток тысяч.

Гарри насупился, уставившись на огонь в камине перед собой. Порадовался, что они отбыли уже после того, как все уснули — ему совершенно не хотелось встречаться с Гермионой после такого поражения.

— Даже меньше, — заметил Дамблдор. — Если припоминаешь, однажды я беседовал с маггловским частным детективом, и он немного поведал мне о своей деятельности. Полагаю, что здесь мы можем прибегнуть к таким же рассуждениям, дабы уменьшить число подозреваемых.

Гарри заинтересованно вскинул голову.

— Полагаю, что всех, кто еще не закончил школу, можно исключить, — начал Дамблдор. — Так как, по моему мнению, лишь у немногих хватило бы силы совершить то, что он сделал. Более того, полагаю, что никто из них в первую очередь не располагал сведениями о жизни Тома, чтобы найти то место.

— Стало быть, слизеринец, — добавил Гарри. — Пожалуй кто-то, находившийся рядом с ним в ходе последней войны.

— Возможно, кто-то из ближайшего окружения предал его, — сказал Дамблдор.

Гарри обмяк в кресле.

— Если он обнаружил предательство, то, возможно, уже убил совершившего его и переместил крестраж в более безопасное место.

— Или, возможно, все обстоит так, как сказано в записке, где провозглашено, что одна часть души Тома уже уничтожена.

— Не зная наверняка, мы не можем продолжать, — отозвался Гарри и нахмурился. — А я уж уверился, что мы почти закончили.

— Терпение, мальчик мой, — произнес Дамблдор. — Спешка приведет лишь к тому, что тебя убьют… опять.

Гарри раздраженно взмахнул рукой. Он устал от всей этой истории и ощущал готовность покончить с ней тем или иным способом. Когда же он уже, наконец, освободится?

* * *

— Пока Дамблдор выяснит, кто такой Р.А.Б, пройдет масса времени, — заявил Гарри. — И это означает, что мы застряли тут надолго.

Сириус, Невилл и Гермиона сидели за столом, внимательно глядя на него. Они только что позавтракали, и со стола все убрали, оставив их наедине.

— Не знаю, о чем думал Дамблдор, беря тебя с собой, — проворчал Сириус. — За вами обоими охотятся… и я знаю, каково это. Если ты считаешь, что у Амбридж не осталось в запасе нескольких дементоров, то ты глубоко ошибаешься.

— Именно поэтому мне и нужна твоя помощь, — пояснил Гарри. — Мы не можем просто сидеть здесь и бездельничать. Нужно трудиться и дальше, становиться сильнее.

До Гермионы, похоже, еще не дошел тот факт, что они не смогут вернуться в школу, пока все не разрешится. На лице ее вдруг промелькнуло смятение, быстро исчезнувшее, едва она заметила, что Гарри смотрит на нее.

— И что ты предлагаешь? — спросил Сириус.

— Тренироваться, конечно, — ответил Гарри. — Но есть две вещи, которые мне особенно хотелось бы изучить.

Он долго и упорно размышлял о том, что попросит. Обе вещи граничили с нарушением закона, по крайней мере для кого-то его возраста, но Гарри сомневался, что Сириус придаст этому значение. Гермиона, возможно, начнет жаловаться, но в конечном итоге уступит.

— Полагаю, что одна из них аппарация, — заметил Сириус. — Но вторая?

Судя по виду лица Сириуса, Гарри заподозрил, что тот и так знал, но все равно вынуждал его озвучить просьбу вслух.

— Я хочу научиться превращаться, как ты, — ответил Гарри. — Научи меня, как стать анимагом.

Сириус покачал головой.

— Ты не многовато ли просишь, а? Анимагия незаконна, редко бывает полезна и чертовски трудна в освоении. Как ты думаешь, почему большинство волшебников даже не берутся за ее изучение?

— Потому что за ними не гоняется весь волшебный мир и им не требуются все без исключения уловки, чтобы выжить? — спросил Гарри в ответ.

— Незаконно, только если он незарегистрированный анимаг, — вяло заметила Гермиона.

— Никто не регистрируется, — возразил Сириус. — Ведь это противоречит самому смыслу становления анимагом. Полезно только, если никто о том не знает.

За прошлый век зарегистрировалось только семь анимагов. Тем не менее, Джеймс Поттер, Питер Петтигрю и Сириус Блэк освоили анимагию еще будучи школьниками, и это означало, что она не так редка, как гласили официальные записи.

— Что же, если Гарри собирается изучать анимагию, то я тоже ей займусь, — сказала Гермиона.

Гарри удивленно уставился на нее. Он не слишком-то возражал против такой идеи, но удивился, что Гермиона готова заняться чем-то столь явно незаконным. Одно дело, когда ей обучался Гарри, он и без того уже беглец. Совсем другое, когда за подобное бралась Гермиона.

Сириус посмотрел внимательно на них обоих, затем на Невилла, который вскинул руки.

— Я до сих пор даже с окклюменцией не справился. Если начну возиться с трансфигурацией самого себя, то все закончится головой утки на заднице или чем-то в таком духе.

Так оно, пожалуй, и к лучшему. Невилл был храбр, но не юное дарование, как Гермиона, и у него отсутствовали секретные преимущества Гарри. Лонгботтом, пожалуй, даже не осознавал, что именно, поэтому в глазах Гарри он и выглядел храбрее их всех. Бессильный в сравнении с тем, чему они противостояли, и все равно готовый встать на защиту друзей.

— Да, такое бывает, — согласился Сириус. — Все может пойти наперекосяк и если зайдет достаточно далеко, то вернуть прежний облик уже не выйдет.

Гарри бросил взгляд на Гермиону. Стоил ли риска маленький шанс сбежать, если их снова схватят?