Глава 20.2
Чи Вэнь икнул. Наконец, он не смог устоять перед детским позывом и вскоре увлекся представлениями. Он не мог отвести глаз и даже забыл плакать.
Заметив это, Фу Юаньруо, державшая Вэнь-Вэня на руках, наконец-то почувствовала облегчение. Затем она присоединилась к трем старикам, развлекавшим ребенка.
— Баобао нравится? Бабушка и дедушка сделали это для Баобао! Они такие добрые, правда? Баобао нравится лошадка или щеночек?
Когда Вэнь-Вэнь услышал этот голос, он повернул голову и внезапно, увидев лицо Фу Юаньруо, остолбенел. Он долго смотрел на нее пристальным взглядом, и его глаза опять стали наполнять слезы.
Фу Юаньруо тупо моргнула. П… почему он опять плачет?
— У-у…
Тут зазвучал новый крик. Не Вэнь-Вэня. Фу Юаньруо.
Вэнь-Вэнь икнул и от удивления прекратил плакать. Слезы все еще виднелись в уголках его глаз, когда он посмотрел на Фу Юаньруо, которая громко всхлипывала.
— У-у, Баобао, ты больше не любишь мамочку? Почему ты плачешь, когда ее видишь… мамочка так расстроена, ее сердце разбито… Баобао, ты больше меня не любишь? У-у… У-у… Баобао больше не любит мамочку…
У Фу Юаньруо было разбито сердце. Знал ли Вэнь-Вэнь, что он заболел вчера потому, что она не заботилась о нем как надо, поэтому и стал плакать в знак протеста, увидев ее?
Неужели он всегда будет помнить об этом? Неужели он всегда будет ее теперь ненавидеть?
— Баобао, мамочке жаль… пожалуйста, не злись на нее…
Чи Вэнь был так взволнован, что забыл плакать. Он быстро протянул короткие ручки к глазам Фу Юаньруо, пытаясь, чтобы она прекратила плакать.
— Нет! Нет!
Не… плачь!
Чи Вэнь отчаянно попытался выразить свои чувства, слово за слово. Количество слов, которые он произнес на этот раз, чуть ли не превысило количество слов, что он произнес с тех самых пор, как научился разговаривать в этом месяце.
— Мама, мама, ах! Ах! Ах! Мама!
Встревоженный сын долго успокаивал Фу Юаньруо, прежде чем, наконец, она прекратила всхлипывать. Затем она прижалась своим лбом к его лбу и улыбнулась.
— Мамочка так сильно любит Баобао. Мамочка будет с Баобао рядом, пока он не вырастет и больше не будет в ней нуждаться..
— Нет!