Глава 1107. Искусство убеждения
Тайшан Лао-цзюнь, ступая по лазурным облакам, бесшумно появился над Дворцом Линсяо, рядом с Юньсяо. Его внезапное присутствие заставило девушку вздрогнуть, и по её телу невольно пробежал холодный пот. Тем не менее, она нашла в себе силы поклониться и произнести: «Приветствую дядю-наставника».
«Я так и знал, что какой-то иллюзорный Боевой строй мечей Чжу Сянь не может быть вашей единственной опорой», – произнёс Лао-цзюнь, окидывая взглядом пространство вокруг. – «Оказывается, под этим строем мечей скрывается ещё и Великая Формация Девяти Изгибов Хуанхэ».
Тайшан Лао-цзюнь покачал головой, его взгляд стал строгим. «Такие выдающиеся ученики, как ты, Юньсяо, редко встречаются во всех трёх школах. Во время войны обожествления ты уже однажды встала на неверный путь, и я пощадил тебя. Неужели ты действительно не раскаялась? И теперь снова восстаёшь против Небес?»
Юньсяо, собрав всю свою решимость, ответила: «Только так я смогу вернуть истинные души старшего брата и двух младших сестёр. Я не жалею о своих нынешних действиях».
«Хорошо, раз ты так упорствуешь в своих заблуждениях…» – Тайшан Лао-цзюнь вздохнул, его голос стал холодным. – «Я не убью тебя, но ты снова отправишься под утёс Кирина и проведёшь там пять тысяч лет!»
Сказав это, он взмахнул рукой, собирая облако энергии, чтобы окутать Юньсяо и отправить её обратно под утёс Кирина на горе Куньлунь для повторного заточения. Юньсяо, не желая такой участи, уже готовилась сопротивляться, когда внезапно появилась новая фигура, прорезав пространство.
Держа в руках серебристо-белый топор, Ло Чжи встал перед Юньсяо и произнёс: «Небесная дева, продолжай создавать формацию. Этим старцем займусь я». Юньсяо с облегчением вздохнула и вернулась к работе над формацией.
Ло Чжи посмотрел на стоящего перед ним Лао-цзюня, и в его глазах промелькнула серьёзность. Этот Тайшан Лао-цзюнь действительно был силён. Одной лишь своей культивацией он достиг позднего этапа седьмого ранга, и при этом он не был богом, а значит, не подвергался воздействию профессии и божественной силы Ло Чжи. К тому же, у Лао-цзюня было множество магических сокровищ, что делало его самым трудным противником Небесного Двора на данный момент. По сравнению с ним даже Ян Цзянь с Нефритовой лампой уступал.
Ещё страшнее было то, что это был всего лишь аватар Лао-цзюня, а его истинное тело — Патриарх школы людей, мудрец Лао-цзы — всё ещё спокойно совершенствовалось за пределами тридцати трёх небесных уровней.
Столкнувшись с Ло Чжи, Лао-цзюнь тоже стал серьёзнее. Он достал меч Семи звёзд и сказал: «Хорошая культивация, хорошая духовная сила. Жаль только, что ты сбился с пути. Чэнь Сян — хороший мальчик, и даже если бы он в порыве хотел восстать против Небес, он никогда бы не вызвал такого большого переполоха».
Ло Чжи, не отступая ни на шаг, ответил: «Поднебесная давно страдает от Нефритового Императора. Если бы не Чэнь Сян, рано или поздно появился бы кто-то другой, кто поднял бы знамя восстания против Небес, и за его призывом последовали бы многие, чтобы штурмовать Дворец Линсяо!»
«Чушь!» – воскликнул Лао-цзюнь, и меч Семи звёзд в его руках засиял ослепительным светом.