Глава 1393. Расплата за содеянное
Полгода минуло с тех пор, как в Великой Тан, в недрах пагоды Большой Дикий Гусь, Танский монах завершил свой труд. Десятки раз он переписывал и правил сутры, прежде чем наконец остался доволен результатом. Теперь он бережно разложил священные писания, чувствуя, как груз ответственности давит на плечи.
«Наконец-то закончено», — выдохнул монах с облегчением. — «Этот метод совершенствования откроет людям путь к силе через праведные деяния. Теперь каждый сможет обрести мощь, уничтожая демонов и изгоняя злых духов, творя добро и накапливая добродетель. Больше не придётся рисковать, поглощая нечистую ци. Распространение этого учения вдохновит людей нашего мира стремиться к лучшему, полностью избавившись от тлетворного влияния нечистой энергии».
Внезапно в окно ловко вскарабкалась обезьяна, нарушив торжественность момента.
«Учитель, ты наконец закончил писать сутры?» — воскликнула она. — «Вся Великая Тан уже месяц на ушах стоит, все только и ждут, когда ты закончишь!»
Танский монах ответил с ноткой усталости в голосе: «Я только сегодня поставил последнюю точку, Умный. Но их ещё нельзя распространять повсеместно. Сначала нужно найти нескольких добровольцев для испытания метода». Он помолчал, а затем спросил с тревогой: «Скажи, не случилось ли чего важного в Великой Тан, пока я был в уединении, работая над сутрами?»
Сунь Укун бросил быстрый взгляд наверх и тихо произнёс: «Эх, учитель, с тем, кто наблюдает сверху, разве могло случиться что-то действительно серьёзное?»
Танский монах лишь тяжело вздохнул в ответ, не проронив ни слова. Оба понимали, о ком идёт речь, когда Сунь Укун упомянул «того, кто наблюдает сверху».
В это самое время над просторами Великой Тан, укрытый пеленой облаков, парил величественный дворец. Внутри, скрестив ноги, восседал Небесный Владыка Шанцин Линбао, облачённый в белоснежное даосское одеяние. Его божественное сознание, подобно всевидящему оку, охватывало весь Южный континент Джамбудвипа, не упуская ни единой детали.
Полгода назад произошло событие, потрясшее основы мироздания — буддийская школа была уничтожена. Но те, кто совершил это деяние, оказались самозванцами, дерзнувшими использовать священное имя Небесного Владыки Шанцин Линбао. Гнев истинного Владыки был столь велик, что он немедленно отправил своих подчинённых расследовать это кощунственное преступление. Лишь тогда открылась ошеломляющая правда — враг начал плести свою паутину интриг ещё сто тысяч лет назад, готовя почву для полного уничтожения буддийской школы.
Небесный Владыка, ведомый яростью и жаждой истины, схватил Да Пэна и его сообщников для допроса. Однако действия загадочного Ло Чжи оказались настолько искусными и скрытными, что пленники не смогли раскрыть его истинную сущность. Единственная крупица информации, которой они обладали, — Ло Чжи, возможно, принадлежал к даосской школе.
Не имея иного выбора, Небесный Владыка Линбао был вынужден отпустить их. Но это решение было продиктовано отнюдь не милосердием, а холодным расчётом — он намеревался использовать этих людей как приманку, чтобы выследить неуловимого Ло Чжи.
Да Пэн и его соратники оказались в отчаянном положении: дорога в буддийскую школу была для них закрыта навсегда, даосская школа отвергла их, а прочие силы, страшась гнева Небесного Владыки Линбао, не осмеливались принять изгоев. В итоге они приняли единственное возможное решение — вернуться в третий слой мира, в Великую Тан, чтобы попытаться начать новую жизнь.
Именно поэтому Небесный Владыка Линбао воцарился в небесах над Великой Тан, неусыпно наблюдая за происходящим внизу. Время от времени он пронзал своим божественным сознанием каждый уголок империи, выискивая малейший след своего неуловимого врага.
Его могущественная и грозная аура наводила ужас на всех демонов, призраков и чудовищ третьего слоя мира. Ни одно из этих существ не осмеливалось даже приблизиться к границам Великой Тан. Благодаря этому в империи воцарились невиданные доселе спокойствие и безопасность.
«Надеюсь, что господин никогда не будет пойман Небесным Владыкой Линбао», — мысленно произнёс Танский монах, и эта мысль была продиктована отнюдь не благодарностью. Он прекрасно осознавал, что теперь их судьбы с Ло Чжи неразрывно связаны — все они стали лишь приманкой в грандиозной охоте Небесного Владыки. И если Ло Чжи попадётся в эту ловушку, Небесный Владыка Линбао, без сомнения, уничтожит и их, ставших ненужной наживкой.
Таково было Тёмное Путешествие на Запад — беспощадное и непредсказуемое.
В то же время в одном из скромных домов Чанъаня Ло Чжи безмятежно отдыхал в кресле-качалке, прикрыв глаза. Его расслабленная поза и умиротворённое выражение лица никак не выдавали человека, за которым охотился один из сильнейших в этом мире.
Внезапно Ло Чжи открыл глаза, словно почувствовав что-то.
«Похоже, время пришло», — промелькнула мысль в его голове.