Глава 32.4

— Шурин, почему ты так взволнован?

Цзи Ицзюнь спокойно посмотрел на Линь Чэна и впервые за долгое время обратился к нему «шурин».

— Можешь считать этой моей виной. Когда дедушка Руан заговорил со мной о завещании, я почувствовал, что мы, как старшее поколение, не должны ничего отнимать у молодежи. Поэтому я просто предложил дяде Руану, чтобы наследство не касалось нас обоих. Мы уже не молоды, мы можем выжить и собственными силами, верно?

Руан Чжи Ин впервые слышала подобные слова от Цзи Ицзюня. Что касается возраста, Цзи Ицзюню едва ли исполнилось сорок лет в то время, как Линь Чэну уже было за пятьдесят.

Руан Чжи Ин не была удивлена, услышав решение Цзи Ицзюня отказаться от наследства. Цзи Ицзюнь ушел из семьи Руан после того, как достиг совершеннолетия. Даже после смерти Руан Шэнвэня он не вмешивался в дела компании «Руан» и, по-видимому, не проявлял особого к ней интереса.

Линь Чэн сжал кулак. Его лицо вспыхнуло, он нахмурился и возразил:

— Но Цзинфэй тоже его внучка. Как он может оставить 30% своих акций этой девушке?

Цзи Ицзюнь улыбнулся и тихо рассмеялся:

— Линь Чэн, ты забыл? Из 40% акций дедушки Руана 25% принадлежали брату Шэнвэню, они в любом случае равно должны были перейти к ИнИн.

Точно так же и Руан Линфэй оставила 10% акций своей дочери Линь Цзинфэй.

Компания «Руан» была основана, когда Руаном Шэнвэнь был все еще жив. Когда дедушка Руан захотел передать свою компанию сыну, он также разделил часть акцией между дочерями.

Однако, поскольку Руан Шэнвэнь и его жена скончались до того, как Руан Чжи Ин вернулась в семью Руан, акции, принадлежавшие им, перешли к дедушке Руан.

Таким образом, 25% изначально должны были перейти к Руан Чжи Ин, и дедушка Руан просто разделил оставшиеся 15% между Руан Чжи Ин и остальными наследниками. Нельзя было сказать, что он был предвзят.

Линь Чэн, все еще не желая признавать завещание, указал на Чэн Юэ Линя и нахмурился.