Глава 150

— Проходи, Канна.

Амелия, широко улыбнувшись, встретила ее.

— Рада видеть тебя у себя во дворце. Как ты поживаешь?

— Хорошо, вы как?

На чайном столе лежали подготовленные чай и печенье.

ʾНо можно ли пить?ʾ

Императрица бы точно сотворила какую-нибудь глупость, но вот в случае Амелии подобное вряд ли могло случиться.

ʾНу, прикинусь, что пьюʾ.

Канна взяла чашку, притворившись, что отпивает глоток, и после чего ее опустила.

— Полагаю, Канна очень занята. За все это время я отправила множество приглашений, но ты так и не ответила.

Амелия посетовала, будто опечалилась, и Канна тихонько рассмеялась.

— Мне так жаль. Я немного…

— Немного?

— Хм, была занята. Были дела.

— А, прости. Сглупила.

Амелия с обеспокоенным видом извинилась.

— Я прекрасно знаю, что за это время многое случилось. Даже не подумав, выпалила такую чушь. К тому же недавно…

Амелия с осторожностью подбирала слова.

— Я слышала, ты столкнулась с бандитами. С тобой все в порядке?

Глаза Амелии, не знавшей ничего, выглядели весьма невинно.

— Благодарю за ваше беспокойство, но я в порядке.

— Ох, какое облегчение. Я хотела бы кое- что обсудить с Канной.

Наконец-то она попытается выпросить лекарство для императрицы?

Канна кивнула, выбирая отказ.

— Да, так о чем же?

— Я думаю, скоро матушка выдаст меня замуж.

Брак?

Не лекарство?

— Она настаивала на повторном браке с герцогом Сильвиеном Валентино. Разумеется, герцог отказался.

— Вот оно что.

— Да, но, честно говоря, если я и выйду замуж, то хочу связать свои узы с представителем королевства Ялден.

Канна, удивившись, сохранила свое бесстрастное выражение лица.

— На самом деле, если присмотреться, мощь страны Ялден не уступает империи Аслан. Конечно, народ империи не желает этого признавать.

— Правда? Не знала о таких вещах…

Последнее время Канна усердно копалась в книгах, стараясь изучить страну Ялден. Она нацепила личину равнодушия.

— Ялден — поразительное государство. Судя по тому, что я слышала, простолюдины придерживаются той же образовательной политики, что и аристократы. Подобное немыслимо на территории империи.

— Вправду? Впервые слышу.

— Ты знаешь, что сейчас правит королева? В том государстве женщины в равной степени получают право наследования престола. Это тоже невообразимо для империи.

Лицо Амелии отражало странное глумление. Похоже, она не очень-то и трепетно относилась к своей стране.

ʾЖизнь Амелии была непростой, оно и понятноʾ.

Сияющая Амелия вновь ярко улыбнулась.

— Но самое прекрасное –это лицо принца. Тебе когда-нибудь доводилось видеть его портрет?

— Нет, никогда.

— Неужели? Тебе показать? Он правда прелестный мужчина…Ах, но не думаю, что Канне он понравится.

— Да? Почему же вы так считаете?

— Твоим бывшим мужем был герцог Валентино. Так разве кто-то еще сможет тебе прийтись по душе?

На эти слова Канна невольно улыбнулась.

— Я так не думаю. Он тот мужчина, что от его вычурной красоты порой пробирает дрожь. Разве он похож на человека?

— Знаю, ты права. Герцог Валентино больше напоминает не человека, а существо, прибывшее из другого мира. Он словно Бог для глаз.

— О, боже упаси.

Канна недовольно вздохнула.

— Амелия, я не так давно развелась с этим человеком. Прошу, не используйте столь поэтичные высказывания.

— Ах, извини.

— Да, простите за бестактность.

Канна шутливо ответила и подняла чашку. А прикоснувшись губами к краю чашки, она от испуга замерла.

ʾАхʾ.

Едва не выпила.

И тогда поняла.

На короткий момент она позабыла об осторожности.

ʾНельзя такое допускать. Нужно быть начекуʾ.

Всегда, когда она теряла бдительность, в нее прилетало лезвие. Всегда.

ʾТак что нужно быть осторожнойʾ.

Канна притворилась, что вновь пьет чай, и после поставила чашку.

И когда она подняла голову, ее глаза вновь стали бесстрастными и ледяными, как и всегда.