Глава 154

Канна бесстрастно на него взглянула.

Разумеется, он хочет поговорить о завтрашнем выезде на остров Ривен, где Канна хочет подлечить здоровье.

—Да. Вы тоже скоро уезжаете в храм?

Вы.

С того дня она впредь не называла его отцом.

Возможно, такое обращение немного неловко слушать от человека, которого воспитывали всю жизнь как дочь, однако Александр без колебания кивнул.

—Быть может, там я увижу твоего отца.

—…

—Ты бы хотела что-то ему передать?

Канна сморщила переносицу.

—Вы серьезно?

—Тебе решать.

—Можете передать, что драгоценная и милая дочь находится в плену у безумцев, так что не могли бы вы прийти и спасти ее?

На миг глаза Александра сверкнули. Канна удивилась изменению эмоций.

Неужели ты усмехнулся?

—Забавная шутка, Канна.

Нет.

Это тоже заблуждение. Его лицо, как и всегда, было настолько сухим, что выглядело опустошенным.

—Странно. Почему вы приняли это за шутку?

—Если не шутка, то ты говоришь всерьез?

Канна не ответила. Сжав губы, она только выразила свое раздражение.

Это было сказано и не в шутку, и не всерьез.

Потому что она не собиралась идти к Божеству.

Она не могла выносить удушающий контроль храма, и больше всего не могла довериться человеку, своему биологическому отцу.

Божество. Лишь от одной о нем мысли по спине пробегает дрожь, словно от встречи с призраком.

Он прожил более 500 лет.

Канна не догадывалась, что таится в его голове.

`Кстати, люди тоже становятся божествами?`

Канна посмотрела в лицо Александра Эдиса.

Он не менялся на ее памяти. Он всегда будет сиять, как сверкающий камень.

Подобно вечности.

Вечная жизнь для него будет благословением или проклятием?

В какой-то момент, когда их взгляды тесно переплелись, он первым зашевелил губами.

—Это странно.

Александр на шаг приблизился.

Канна неосознанно отступила, ощущая давление, охватившее ее.

—Почему ты так тиха?

—….Вы о чем?

—В последнее время ты тише воды, ниже травы.

Канна мысленно выругалась на его проницательное чутье.

—Не поймите неправильно. Я не веду себя безбурно.

И она намеренно его спровоцировала, дабы отвлечь внимание.

—Ваша жена очень активна. Как вы знаете, чтобы причинить мне боль, она цеплялась за благополучие семьи.

Как только она это сказала, то разозлилась. Почему пришлось так себя оправдывать?

—Но вы, должно быть, не успели вовремя это распознать и жалеете? Что бы ни случилось — неважно, но драгоценная семья едва не попала в опасность.

Он промолчал.

При близком рассмотрении он не очень интересовался этим разговором. Возможно, ему уже наскучило.

‘Зачем останавливаете и разговариваете с прохожим, когда вам неинтересно?’

В таком случае лучше вообще не разговаривать! Канна крепко сжала руки.

Такое происходит не впервые.

Он часто проявлял щедрость, вел себя так, будто заботился. Но Канна ни на минуту не поверила его непостоянству.

И это было мудрое решение.

Если бы была малейшая на него надежда, то сейчас она вкусила бы горесть, обрушившуюся под ногами.

Размышляя так, она ненавидела мужчину перед собой.

Она не могла этого терпеть. Искренне ненавидела.

—Я вправду вас ненавижу.

Импульсивно она высказала.

—Это того не стоит. Намного лучше умереть.

Она пересекла черту.

Она думала,что он, возможно, рассердится.

Однако на этом все.

Александр вновь отступил.

Глядя на нее с бесстрастным лицом, он прошел, не попрощавшись.

Пришлепывая.

Так и ушел.

Канна тоже, глядя ему в спину, обернулась.

‘Это конец’.

Но, в отличие от Александра Эдиса, она обычный человек. В ней забурлили пестрые эмоции.

Недавно она считала его отцом.

И еще до этого, давным-давно…

Будто любила его.

День, когда впервые преуспела в алхимии.