Глава 159

После спасения Изабель от бандитов Орсини кое-что заметил.

Лес, погруженный в беспорядок, жизнь в хаосе, мать Хлоя, утопающая в потоке безумных слез, и императрица, притворяющаяся ко всему безразличной.

А также Канна, которая неторопливо наблюдала за всем происходящим.

Орсини, глядя на ее профиль лица, невольно рассмеялся.

Не было никаких доказательств, ни чего-то еще, но Орсини был убежден.

Этот сценарий создан именно Канной.

Все играли на ее шахматной доске.

—Канна разрушит Эдис на части. Как и ее мать, эта сучка посеет семя раздора между Эдис.

Внезапно фраза, услышанная от матери в детстве, всплыла в уме.

Было ли это предсказанием?

Это вправду случилось.

Между Орсини, Калленом и Изабель возник разлад, которого прежде не было, а Александр и Хлоя развелись.

И в центре всего вырисовывалась фигура Канны. Все попали в ее сети, скрупулезно сотканные.

Когда он осознал реальность, затылок закоченел.

‘Чем я сейчас занимаюсь? Разве я чем-то отличаюсь от того ублюдка? При этом насмехаясь над Калленом, который виляет хвостом, как собака, вокруг Канны.’

Когда из-за стыда его терзали душевные сомнения, захватившие в плен, он заметил странный план Каллена.

После покупки острова он подкупил его жителей. И подарил Канне.

ʹЗдесь что-то естьʹ.

Орсини, ощутивший зловещее предчувствие, спрятался, тайно прокравшись на остров.

Между тем на острове он нашел лишь одного чужака.

Этот человек был подозрительным. Он притворялся островитянином, однако его глаз не мог обмануть.

Как и ожидалось, предположение оправдалось.

Увидев нечто тайное, он понял, что он был тем, кто должен помочь сбежать Канне.

Кто-то помогал Канне.

Но, даже покалечив тело, он так и не раскрыл личность помощника и ничего не смог выяснить.

Однако было ясно только одно. Канна планирует сбежать.

Как и ожидалось, Канна прыгнула в лодку с ним, замаскированного под лодочника.

***

—Ты в порядке?

Плечи напряглись.

—Все хорошо.

Канна очень, очень медленно повернулась. К Орсини, столкнувшегося с влажными от потрясения черными зрачками, подкралось дурное предчувствие.

Эта женщина его погубит. Его ждет погибель, как и сломленного Каллена.

ʹПока нетʹ.

Для него еще был шанс, по меньшей мере.

Прежде чем эта женщина его разрушит, у него есть возможность сделать это первым.

Как он и думал, Канна попыталась его убить. Все шло по ожидаемой схеме.

Орсини наконец принял решение.

ʹВерно, я убью ееʹ.

Никогда не оставались в живых те, кто пытается убить. Если решился, он с легкостью мог убить противника.

Так что.

ʹПокончу со всем этим здесьʹ.

Но потерпел поражение.

Полное фиаско.

***

В ужасающей боли Канна пришла в себя.

—Черт…

Ее ноги болели, будто она их обожгла. С прояснением разума она выругалась. После чего раздался голос.

—Проснулась?

Канна повернула голову в сторону звука.

Прямо рядом с кроватью Орсини, сидя на стуле, не сводил с нее глаз.

—…

‘Точно. Этот сукин сын выбросил меня в море.’

Канна стиснула зубы, вспоминая события до потери сознания.

—Сукин сын.

—Не желаю слушать это от человека, который пытался меня убить отравленной иглой.

—Захлопнись. Я должна была сразу же тебя прикончить.

—Ты озвучила мое желание.

Ублюдок. Этот противный сукин сын. Лучше бы он сдох….