Глава 200

Он прислонился к стене, взглянув на нее со скрещенными руками.

—Ты.

Александр, наблюдавший за Канной, приблизился на шаг. Затем его половина лица, окутанная тьмой, засияла в лунном свете.

—На кой меня заманила?

Как и ожидалось. Он знал, что этот весь бред был попыткой с ним встретиться.

«С этого момента все важно».

Очень и очень трудно по своему желанию управлять Александром Эдис. Тем более манипуляция, дабы помочь сбежать ей, известной как черному апостолу, крайняя трудность.

«Здесь идет психологическая война».

Канна с улыбкой посмотрела на него.

—Кажется, ты мной интересуешься.

—Интерес?

На эти слова губы Александра скрутились.

—Чушь собачья. Неужели действительно хочешь, чтобы я затащил тебя в постель?

—Конечно, нет. Ты же не хотел устраивать сцену в храме?

Александр после этих слов умолк. Ответ оказался внезапным. И, скорее всего, она попала в яблочко.

—Нельзя ненавидеть храм, Алекс. Бог рассердится.

—…Алекс?

—А, вам не нравится это прозвище?

Александр не ответил. Неожиданно он протянул руку и схватил решетку. Бряц, он потянул в сторону и разом согнул.

«Безумец».

Это невероятное чудовище охладило нутро Канны. Он точно отец Орсини, ибо вытворяет то же, самое что и он!

—Это не только ненависть. Даже заключенный презирает стремление к Богу.

Мышцы всего тела начали затвердевать. Он неспешно приближался к окну, напугав настолько, что Канна отступила.

—Накажет ли Бог, если я сверну тебе шею?

Жестокая улыбка расцвела на устах.

—Лучше искать милость у самого себя, а не у Бога. Черный апостол.

—…Я.

Канна крепко схватив кулак, едва выдавила невозмутимый голос.

—Я не черный апостол.

В следующий момент мужчина сжал ее шею. Протолкнул и повалил.

—!….

Она грубо завалилась затылком на подушку, и он яростными глазами пресно пробормотал.

—Не черный апостол? Я здесь, чтобы услышать очередную чушь?

Кажется, сейчас шея сломается. Но Александр был совершенно спокоен, словно привык видеть сопротивляющуюся жертву.

—Хорошенько подумай и скажи. Если последующие слова меня не заинтересуют…

Его уголки губ поднялись вверх.

—Я отправлю к Богу.

*убью

Наконец рука ослабила шею. Канна, тяжело дыша, прокашлялась.

Она вправду думала, что умрет.

«Этот жестокий козел!…»

Она слышала, что Орсини похож на молодого Александра. Но не думала, что это правда!

—Почему храм принял такое решение? И….

Он сбавил слегка тон.

—Где ты слышала о моркови?

Во всяком случае, морковь его! Канна посмотрела глазами, полными неприязни, и погладила ноющую шею.

—Я приемная дочь, которую вы удочерили и в будущем вырастили.

—….

—Я из будущего.

—…

—Я ненадолго вселилась в это тело женщины.

Опасаясь, что он вновь начнет ее душить, Канна быстро протараторила, прикрывая шею руками.

Но это была бесполезная защита.