Глава 63

Один признавал, что он не идеален. Он заботился о своих детях, внуках и, порой, даже о правнуках. Но когда родословная шла дальше вглубь, он редко обращал внимание.

Если бы он злился каждый раз, когда кто-то из его потомков страдал или погибал, он бы тратил слишком много времени на их судьбы.

Но этот случай был иным.

Он находился под надзором греков и был по сути похищен ими. Казино входило в сферу влияния Олимпа, а значит — они отвечали за происходящее. Один прекрасно знал, что это место считается «нейтральной» зоной греков, что означает прямое управление.

Гордость и высокомерие были не только у греков.

Было оскорбительно для их собственного достоинства знать, что одного из их удерживают в плену под присмотром тех, кого Олимп должен был контролировать.

— У него глаза Магни, — тихо произнёс Тор, но его гнев был не меньше отцовского.

Гордость бога — не то, что можно топтать без последствий. И хотя они были гораздо более открытыми, их божественное достоинство не знало компромиссов.

У Одина не было новой вспышки гнева после первой. Он оставался спокойным и сосредоточенным, анализируя ситуацию.

Он заметил ещё несколько деталей. Полубог из индуистской традиции? Возможно, и японский тоже, если он правильно распознал знаки.

Синтоисты очень оберегали своих, даже больше, чем большинство других пантеонов, как и индуисты. Чёрт, Один даже заметил среди толпы потомка египетского фараона — по сути, египетский аналога полубога.

Большинство, конечно, были греками и римлянами, но тот факт, что так много полубожественных детей происходили из других пантеонов, означал лишь одно: греков ждала грандиозная головная боль.

И Один с удовольствием собирался подлить масла в огонь.

Один и Тор наблюдали с одобрением и определённым уважением за Циклопом, который сражался за свободу всех остальных, рискуя своей собственной свободой.

Один даже не моргнул, когда заметил, как богиня Стикс смотрит на него через ворон, сидящих поблизости.

Всебог не придавал этому значения; он знал, что и богиня Стикс не станет вмешиваться — она была одной из самых замкнутых богинь подземного мира.

Один встал, видя, как Циклоп завершает свое дело, и кивнул ему, хотя Песнь Океана и не подозревал, что за ним наблюдают.

— Куда ты идёшь, отец?