Глава 96

Дедал выплюнул ещё одну порцию крови.

★★★

Перси медленно выдохнул, уперев руки в колени, пот струился по его лицу. Не от усталости — он даже не задыхался — а от абсолютной странности того, что он только что сделал.

Он посмотрел на кратер в песке, потом на Малкольма, который стоял с блокнотом в руках и скрещёнными на груди руками, совершенно невозмутимый.

— Это было… что это вообще было? — спросил Перси.

Малкольм не поднял глаз. — Второй уровень.

Перси уставился на него. — Серьёзно? Я просто почувствовал себя воздушным шариком, в который закачали слишком много воздуха, а потом — покалывание в странном месте.

— Не спрашивай меня, я сам всё ещё пытаюсь во всём разобраться, — сказал Малкольм, пожав плечами. — Песнь Океана говорил что-то о том, что селезёнка накапливает «младшую эссенцию», и когда она гармонирует с почками, внутренние меридианы начинают перестраиваться. И ещё какие-то туманные фразы о том, что тело — это целая вселенная… я потерял нить на этом моменте.

Перси моргнул. — …ну ладно. Звучит абсолютно надёжно. Но, эй, я верю в Чувака с понтами.

— Он разрубил монстра размером с здание одним взмахом меча с десятка ярдов. Я тоже склонен верить всему, что он говорит, — сказал Малкольм тоном человека, который давно уже смирился с безумием.

Он наконец закончил запись в журнале. — Не пытайся это понять. Просто продолжай дышать так, как я показал, сосредоточься на той части тела, где чувствуешь тепло, и… не взорвись.

— Обнадеживает.

Малкольм перевернул страницу. — Ты уже кому-нибудь рассказал?

Перси покачал головой. — Нет. А надо было?

Малкольм тоже покачал головой, медленнее. — Нет. Так будет лучше.

Малкольм с самого начала скептически относился к лагерю. Это было далеко не «безопасное убежище», как ему говорили. Он — сын Афины, и он видел, как на его глазах тренируют солдат детей. Солдат, которых бросят в любую войну, что боги сочтут достойной жертв.

Вот почему Малкольм всегда держался в тени и не выделялся. Его «братья и сёстры» едва ли знали его имя. Для них он был тем парнем, что любит сидеть у озера, и не более того. Он почти каждый день исчезал возле озера. В основном потому, что только там находил немного покоя и тишины для своих занятий.

До тех пор, пока не появился Перси.