Глава 6 — l

Есть мнение, что тонут мирно.

Предположительно, после того, как ваши лёгкие наполняются водой и вы теряете над телом контроль, это на самом деле довольно простой способ уйти. Не очень приятный, разумеется, но и не причиняющий безумную боль.

Тони может подтвердить (0 из 10, не рекомендовал бы), что вышеупомянутое мнение является полным и абсолютным бредом.

Ему не очень-то и нравится думать о террористическом акте в Афганистане. Да и при распределении всех случившихся с ним вещей и испортивших ему жизнь, (начиная с червоточины, Говарда, Роуди, падающего с неба, Заковии и почти каждого другого крупного события от его рождения), зачастую и в своём большинстве они были так или иначе связаны с водой, потому она определенно входила у него в пятёрку самых травматичных вещей.

Он все ещё помнит чувство беспомощности. Руки за его шеей, заставляющие голову опускаться в таз с водой. Они не допрашивали его. Они просто хотели, чтобы он знал — ситуация под их контролем.

Возможно, ему это не нравилось, потому что его лёгкие никогда не «наполнялись» водой. Потому что, когда вода подступала к лёгким, застилала глаза и уши, они вытаскивали его на поверхность, и он на краткий миг, но вспоминал, каково это — дышать.

Он был бы счастлив никогда больше не испытывать этого чувства. К сожалению, удача никогда не была на его стороне.

Его день начинается нормально. Он просыпается рядом с Пеппер. Готовит ей завтрак в своей футболке с Человеком-пауком. А за окном ливень.

— У тебя сегодня две встречи, одна с акционерами, другая — с Россом, — сообщает Пеппер, клюнув его на прощание. — И если ты пропустишь хотя бы одну из них, я лично прослежу, чтобы тебя кастрировали.

Тони протягивает ей тост и обещает быть хорошим мальчиком.

Он так и не появляется ни на одной из встреч.

На часах около десяти, когда он получает предупреждение — Питер в костюме. Сигнал тревоги внезапно и одновременно появляется на всех экранах его лаборатории, означая: жизненные показатели Питера зашкаливают. Его кровяное давление безумно высокое, и Тони беспокоится, что стань его сердцебиение выше, случился бы сердечный приступ.