Глава 28

«Так вы хотите узнать про Баржевые Драки, а? Опасное дело.

Идея проста, конечно. Звучит гладко на бумаге. Снять щиты, успокоить системы обороны, нейтрализовать команду.

Получить груз. Получить деньги. А на практике?

Вот тут всё идёт наперекосяк.»

– Олан Стрен, о приграничных стычках

Воздушные корабли плыли друг навстречу другу, неизбежно сокращая дистанцию между собой.

По сравнению с сестринским, мостик Форвардной Сделки в целом придерживался стиля Корпуса. Ровные чистые линии, олицетворение порядка. Они служили под началом Бравика, делали это с отличием, но капитан Леонид Собил держал корабль строгим, почти свободным от столь любимых Бравиком полукровных извращений.

Собил был высоким, худым как палка человеком с усиками и практичной терпеливостью, которая хорошо служила ему на рубежах. Он предпочитал холодную логику необдуманному риску. У баржевых сражений существовал свой порядок. Свод неукоснительных правил, которые нужно было изучать и применять. Собил знал его хорошо.

“Повторите наше предупреждение. Пусть остановятся, деактивируют оружейные системы и подготовят груз к передаче без дальнейших возражений.”

Офицер связи исполнил. Затем он поднял голову и покачал головой, глядя на Собила:

“Сэр, нет ответа.”

Собил холодно кивнул и бесстрастно сел обратно в кресло. Он облизал губы и отдал приказ ясным и ровным голосом:

“Оружие к бою. Приготовьтесь стрелять.”

***

Инженерный отсек на борту Выходного был хаотичной свалкой извилистых труб и рассыпанных кабелей, над которой в центре душного помещения возвышалось энергоядро. Команда отсека заметно вспотела от избыточного тепла. Они были одеты в замасленные спецовки и покрытые пятнами смазки жилеты.

Несмотря на хулиганскую внешность, здесь собрались технически подкованные люди, хорошо разбирающиеся в той помеси Корпусо-Гринирской техники, которую Выходное за свою долгую службу поглотило, переработало и слепило вместе.

Каэль следовал за Спэндриком, который всё ему показывал. Несмотря на свой небольшой рост и робость, техник санитарных систем знал о корабле больше, чем могло показаться на первый взгляд. Каэль слишком хорошо понимал причину: мужчина был на самом низу иерархии экипажа. Оттуда, с самого низа, он видел, как всё работает.

Тэнно внимательно слушал Спэндрика, порой задавая вопрос или уточняя техническую деталь.

“Главная загвоздка в щитогенере”, – говорил Спэндрик, указывая на цилиндрическую колонну, расположенную сразу за центральным ядром.

“Он прав”, — сказала подошедшая техник, вытирая руки рабочей тряпкой и тыкая пальцем в Спэндрика. Она была мускулистой женщиной, с плечами, которые заставляли устыдиться половину экипажа. Она казалась заворожённой Варфреймом и смотрела на него, как жаждущий дорогой игрушки ребёнок.

“Лорна. Главный Инженер”, – она протянула руку.

Рука Варфрейма пожала её:

“Каэль.”

Лорна повела их за собой в обход ядра, указывая на конструкционные повреждения и вытяжные трубы тут и там.

“Один раз систему накрыло слишком сильно. Мы вернули её в строй, но не можем выжать больше тридцати процентов ёмкости. Термоядерные стержни взорвало. Придётся всё заменять.”

Каэль-Вольт кивнул, особенно внимательно осматривая ядро щитогенератора.

“Покажи мне.”

“Одеваемся! Надеть маски!” – гаркнула Лорна. Прозвучала сирена.

Комбинезоны застёгивали на молнии. Накидывали капюшоны, оснащённые защитными масками. Спэндрик растерянно стоял и смотрел, пока Лорна не огрызнулась и не всунула ему в руки запасной комплект. Она заметила взгляд, который бросил на неё Тэнно.

“Что? – ответила она дребезжащим из-за маски голосом, пожав плечами. – Здоровье и Безопасность, не согласен?”

Экранирующий заслон реактора был поднят, открывая дикое сочетание топливных ячеек Корпуса и Гринир. Большую часть из них разорвало, оставив после себя просто почерневший шлак. Они услышали из-за маски Лорны расстроенный вздох.

“Так что да, вот оно. На большее она сейчас не способна, разве что у тебя есть лишний генер в плаще.”

Вольт ничего не сказал, с огромным интересом изучая ядро щитогенератора.

“Все на выход.”

***

“Шестьдесят секунд!” – объявил Тэйко напряжённым голосом.

“Щиты вперёд, – приказал Тэлин, спокойствие его голоса шло в разрез с электрическим напряжением в позвоночнике. – Орудия к бою”.

“Орудия заряжены!” – прокричал Стрен.

“Таймер обратного отсчёта, пожалуйста”, – попросил Тэлин. Тэйко послушался, взмахом пальца выводя таймер в воздух над собой. В ходе жаркого планирования команда накидала примерные расчёты. В зависимости от их точности, они будут жить или умрут.

Польд потел на штурвале, поправляя ход корабля постоянными микрокоррекциями. Тэлин наклонился в командном троне, сложив перед лицом пальцы домиком, нервно барабаня по носу. В его желудке словно скрутился извивающийся угорь, когда на мониторе выросли две баржи, стол же чудовищные и покрытые струпьями, как Выходное.

Пора. Польд ожидающе посмотрел на Тэлина.

Руки Тэлина Восса прекратили дёргаться, вдруг полностью замерев.

“Сейчас.”

***

В инженерном отсеке, спрятавшись в безопасности противовзрывных экранов, Спэндрик и Лорна наблюдали, как Тэнно подошёл ближе к ядру. Вся инженерная команда задержала дыхание, загипнотизированные.

Вольт опустил руки на выемки в ядре щитогенератора. Упёрся.

Была яркая вспышка. Плащ Тэнно пошёл волнами и захлопал от огромной волны энергии, вырвавшейся из самого Варфрейма, дугами проходившей по его коже и циркулируя сквозь ядро. Было так ярко, что им пришлось отвернуться.

Каэль в ядре взревел, давая волю воющей ярости самой Бездны.

***

“Сэр, они ускоряются.”

Капитан Собил встал со своего кресла, на его лице застыла маска удивления. Выходное было побито и уступало в численности и особенно – в вооружении. Это отрицало здравый смысл, всю логику. Все правила, которые он твёрдо усвоил, начали терять силу.