Последний урок

Мы сели на край моей кровати рядом друг с другом. На улице уже стемнело, но лампа на тумбочке давала достаточно света в комнате, чтобы все было прекрасно видно. Я оставила дверь открытой, так как в доме не было никого, от кого нам следовало бы спрятаться. Мы еще ничего не делали, но щеки уже пылали, так как я не могла выбросить из головы мысль о том, что мы одни в огромном доме, и поэтому можем шуметь сколько угодно. Все равно нас никто не услышит.

Я посмотрела на Брамса.

— Итак… — начала я, — Чему именно ты хотел бы научиться?

Я увидела, что неповрежденная щека Брамса тоже стала розовой, а глаза — слегка растерянными.

— Все, что, по твоему мнению, мне нужно знать, Элисон, — ответил он.

Ситуация начала становиться немного неловкой. Сердце билось в горле, я нервничала и вдруг начала скучать по старому чувству «накала страстей».

— Ладно… — пробормотала я и встала с кровати, усаживаясь на колени Брамса так, чтобы мы оказались лицом друг к другу. Он машинально взял меня за бедра, когда наши взгляды встретились. Я погладила пальцами его щеки, а затем потянулась глубоко в его кудри, продолжая смотреть ему в глаза.

— Я могу научить тебя, как доставить женщине удовольствие, — мой голос был тихим и непроизвольно соблазнительным.

Я почувствовала, как дыхание Брамса стало резким и тяжелым, он переместил одну руку вниз, на мое бедро, слегка сжав его.

— Если у тебя есть вопросы, ты можешь их задать, — продолжила я, — Ты можешь спросить меня о чем угодно.

— Вообще-то у меня есть один вопрос, — он сказал это довольно робко, возможно, даже нервно.

— Какой? — спросила я.

— А женщины… — начал он, его голос был смущен, — А женщины тоже удовлетворяют себя самостоятельно?

— Да, конечно, — я улыбнулась ему, не удивляясь тому, что он интересуется этой темой, — Мы все иногда трогаем себя. Ну, некоторым это, может быть, не очень нравится, но да, женщины тоже это делают. А почему ты спрашиваешь?

Его левая щека из светло-розовой превратилась в почти багровую, и я вдруг поняла, почему он спрашивает об этом.

— Брамс… — начала я, и мое лицо приобрело такой же оттенок, как и его, — Ты… Ты видел, как Гретта… трогала себя таким образом?

По выражению его лица я поняла, что это так. Я старалась не представлять себе, как он наблюдает за ней изнутри стен, это было слишком тревожно. Хотя, с другой стороны, я должна был признаться себе, что если бы я была на его месте, застрявшей в стенах и отделенной от остального мира, я бы сделала то же самое. Любопытство и желания были бы, наверное, слишком сильны, чтобы не сделать этого.

— Я чувствовал себя очень странно, — Брамс нахмурился, — Я не знал, что девушки могут делать так же. Я не осмеливался пошевелиться… Я просто стоял там. Я не видел ничего особенного, на ней было нижнее белье, но… Это было чертовски шокирующе.

— Но ты же знаешь, что нехорошо тайком наблюдать за тем, как кто-то делает что-то подобное? — спросила я.

— Я знаю, — он выглядел так, как будто искренне хотел сказать это, а его лицо было красным от смущения.

Я пыталась выкинуть эту картину из головы, хотя меня нисколько не удивлял тот факт, что произошло нечто подобное.

— Эли… — голос Брамса вывел меня из задумчивости, — Может быть, ты покажешь мне, как ты это делаешь?

— Зачем? — спросила я, сразу же пожалев о том, что позволила ему спрашивать меня о чем угодно.

— Чтобы научить меня доставлять тебе удовольствие, глупышка, — он сказал это так, как будто это был самый очевидный ответ.

Он был прав, это был бы отличный способ для него научиться. Щекочущее чувство в животе вернулось, когда моя плохая сторона обдумывала его просьбу, постоянно пытаясь заглушить во мне «хорошую девочку», которая хотела сказать твердое «нет». Но я уже знала, какая из моих сторон победит на этот раз.

— Ну, Брамс… — мой голос был игриво соблазнительным, — Тогда ты должен возбудить меня настолько, чтобы я не смогла удержаться от прикосновения к себе.