Глава 13.8

— Хорошо. А теперь иди собирайся, завтра тебе предстоит долгое путешествие… очень долгое путешествие, — отпустил он меня.

Я кивнул и повернулся, используя нити чакры, я схватил каждый кинжал за рукоятку и вложил их в свою руку, где на обоих моих предплечьях я создал печать хранения. В тот момент, когда мои кинжалы коснулись моих ладоней, я использовал печать хранения и спрятал их все.

Я кивнул Асуме-сенсею и исчез во вспышке голубого электричества, вернувшись к кинжалу, который оставил в своей комнате.

Хокаге остался стоять с сыном.

Хирузен улыбнулся:

— Я никогда не думал, что увижу день, когда Вспышка возродится.

— Ты серьезно собираешься позволить ему использовать это дзюцу? — Асума повернулся к отцу. — Ты знаешь, сколько ненависти Минато получил из-за этого дзюцу! Сколько людей пришло за ним! Сколько жизней ему пришлось отнять! Что заставляет тебя поверить, что ребенок, едва начавший свою карьеру ниндзя, способен справиться с этим?!

Хирузен посмотрел на сына и улыбнулся:

— Асума… Я когда-нибудь рассказывал тебе о том, как впервые встретил этого мальчика?

Молодой человек покачал головой:

— Ты что-то говорил о лекции?

Хокаге кивнул:

— Да. Я познакомился с мальчиком во время лекции. Он был… странным мальчиком, даже тогда. Он назвал меня стариком.

— Ничего особенного, — фыркнул Асума.

Хирузен бросил на сына свирепый взгляд:

— Верно… но то, что он сказал после этого, привлекло мое внимание. Он сказал, что быть старым — это не оскорбление, а комплимент, особенно если человек стар в профессии, где люди умирают молодыми.

Глаза Асумы вспыхнули:

— Сколько ему было?

— Восемь, — улыбнулся Хокаге. — Затем я спросил его, что, по его мнению, означает быть ниндзя… и его ответ… был уникален. Он сказал, что ниндзя — убийцы и воры. Но это не те ниндзя, каким он хотел быть. Для него ниндзя — это тот, кто способен изменить мир, будь то с помощью убийства или идеи. Ниндзя может быть героем для одного человека и дьяволом для другого. Но ниндзя, которым он хотел стать, — это тот, кто может сделать этот мир менее ужасным, тот, кто может защитить людей, о которых он заботится, и сделать МИР местом МИРА.

Асума приподнял бровь:

— Это ужасно оптимистично.

— Да, но все, что он сделал с того момента, заставляет меня думать иначе, — Хирузен пыхнул трубкой, — в своей первой миссии ранга С он спас женщину, не задумываясь о последствиях, во второй он захватил трех вражеских ниндзя, не причинив им вреда, не потому, что не мог, а потому, что не хотел. Я вижу в этом мальчике идеи Минато и Джирайи… мечта в один прекрасный день разорвать порочный круг ненависти… Я верю, что если я не дам возможность тому, кто хочет попытаться сделать этот мир лучше, я буду не частью решения, а проблемой. И именно поэтому я верю в Ями… потому что он может быть именно тем ниндзя, который нам нужен.

Асума молчал, пока они возвращались в башню, он обдумывал слова, которые сказал ему отец, и в глубине души начал задаваться вопросом: «Могу ли я сделать то же самое?»

Вернемся в настоящее время.

Я пообещал ему, что буду силой, которой будут опасаться. Тем, на кого люди могли бы смотреть с восхищением или просто бояться. И прямо сейчас, Орочимару стоял в центре этого обещания.

— Вы оба готовы?! — спросил Р. — Начали!

Орочимару бросился на меня, я направил чакру в кулак, активируя свое Повышение чакры. «Активирую Силу Гиганта», — подумал я про себя.

[Пинг!

Вы набрали +20 к Силе бонусом на следующие полчаса!]

Он был прямо передо мной, когда мой кулак приблизился к его лицу. Он ухмыльнулся и поднял руку, чтобы поймать мою. Я ухмыльнулся в ответ, и его улыбка исчезла.

— ВЫКУСИ!!! — я взревел, когда удар прорвался сквозь его руку, он не ожидал, что моя сила будет настолько велика.

Удар разорвал его руку, плоть разлетелась во все стороны. Когда удар, наконец, достиг цели, он разбил его лицо, переломав его на крошечные кусочки костей и плоти.

Его тело отлетело назад к стене арены.

[Пинг!

Повышение чакры — 15*75 = 1125

Вы применили критический удар! Урон умножается на 5!

1125*5 = 5625 Урон!

Орочимару: 244 375/ 250 000]

Он не мертв, даже близко не мертв. Я попятился назад, он быстро приближался ко мне, мои руки готовились к новому дзюцу, которое я изобрел. Размытое пятно оторвалось от стены и устремилось ко мне.