Глава 39.1: Наследие Узумаки

— Фух… — простонал Наруто, открывая глаза.

Проснувшись, светловолосый Узумаки понял, что лежит горизонтально на кровати. Вместо открытой комнаты без окон в храме Узушиогакуре, где он в последний раз сражался, он оказался в освещенной спальне. Он медленно поднялся с кровати и начал осматривать комнату.

Он был единственным присутствующим, больше никого внутри не было. Сама комната была пуста, если не считать кровати и печатей на стене, которые освещали комнату. Структура комнаты напоминала остальную часть здания в храме, намекая, что блондин все еще находился в храме Узушиогакуре. В комнате было окно, которое открывало полную луну и ближайшие звезды на небе, показывая Наруто, что была ночь.

«…Где я нахожусь? — Спросил он сам себя. — Где Таюя-ни и Карин? А что случилось со стариком?»

Наруто, все еще чувствуя боль после последнего боя, медленно подошел к двери в комнату. Он открыл ее и вошел в большую круглую центральную комнату храма. В комнате находились Таюя, Карин, Джирайя и Масакадо. Двоюродные сестры тихо беседовали друг с другом, Джирайя рассматривал обломки, которые когда-то были статуей Рикудо Сеннина, а Масакадо сидел в молчаливой медитации. Все четверо шиноби услышали, как Наруто открывает дверь, и повернулись к блондину Узумаки.

— И Спящая принцесса наконец проснулась! — С усмешкой заметила Таюя. — И шести часов не прошло.

— Шесть часов? — Глаза Наруто расширились в ответ.

— Ты в порядке, Наруто? — Спросил Джирайя. Саннин быстро отошел от осколков статуи и подошел к своему крестнику.

— … Да. Я просто очень устал. — Ответил Наруто. Его голос отражал его физическое утомление. Несмотря на собственную усталость, Наруто не смог удержаться и с любопытством посмотрел на крестного. — Как ты сюда попал, Эро-сеннин? Я думал, что только Узумаки может войти в деревню.

— Я впустил его. — Масакадо заговорил, привлекая внимание Наруто. Сандайме Узукаге встал со своего места и подошел к мальчику. — Я нашел его снаружи здания, когда он пытался проникнуть через кровавую печать, которую я поставил у входа. Поскольку я больше не сражался с вами троими и полагал, что он все еще будет снаружи, безуспешно пытаясь проникнуть внутрь, если я ничего не сделаю, я просто снял печать на мгновение.

— Знаешь, я бы в конце концов сломал твою печать. — Джирайя немедленно пробурчал в ответ, защищая свое мастерство.