Часть 53

Наруто странным образом молчал в ту неделю, которую он покинул из Страны Вихрей. Кушина простила его, используя свое дзюцу, чтобы быстрее вернуть их в деревню, чтобы он мог собраться с мыслями. Наруто действительно не нравилось дополнительное время для себя, но Кушина и Юрий были более чем любезны с ним. Дни они шли, он проводил в своих мыслях, а ночи ворочался в своей палатке.

В те недели, вернувшись в Коноху, Наруто не разговаривал ни с Шизуне, ни с Эбису, и оба чувствовали, как энергия Наруто дико кружится вокруг его тела, как будто бушующий ад проник в его тело. Ему казалось, что он с трудом сдерживает боль, гнев и печаль, которые он чувствовал в эти моменты. Возможно, единственная причина, по которой он не портировал и прямо потребовал от Цунаде признать эти вещи, заключалась в том, что Юрий и Кушина помешали ему сделать это. Наруто был уверен, что ему придется поблагодарить их обоих за это позже, но сейчас он с трудом сдерживал свой гнев. Он сомневался, что назовет это ненавистью, но в его духе определенно было чувство предательства. Это было чувство, которое могли почувствовать все, не больше, чем Кушина и Юрий.

Шаги Кушины топтались по земле, когда она тихо шла рядом с Наруто с Юри по другую сторону от него. Как и ее такой… жених, Кушина также была полна гнева, и ей постоянно было больно, что Наруто боролся с таким количеством мыслей и эмоций, но Кушина знала, что ее жених был сильным, потому что Наруто был ее телом, и ей пришлось бы начать доверять что он поступит правильно, даже если он будет таким же вспыльчивым, как она. Однако Кушина ни в коем случае не собиралась допускать этого. Кушина собиралась получить на это более четкие ответы. Наруто чуть не выгнали из Конохи… дважды. Кушина НЕ оставит этого. Отнюдь не.

Несмотря на все это, Юрий взглянул на обоих, и, честно говоря, она почувствовала себя более чем немного противоречивой. Конечно, она никогда не была в Конохе давно, поэтому у нее не было много привязанностей к этому месту, но это было место, где вырос Наруто. До этого момента он рассказывал ей множество историй о Конохе, и он никогда не слышал ничего плохого из его уст. Юри ценила Коноху, так как это было место, которое воспитало ее брата, но, узнав об этих произошедших событиях, Юрий рассердился, смутился и опечалился из-за того, что Наруто так близко подошел к изгнанию из места, которое он так любил. много. Это честно заставило Юрия задуматься, за что она и все остальные борются. Но что болело больше всего? Шизуне и Эбису скрывали это от нее.

Со временем группа наконец увидела Коноху, и Наруто не мог не нахмуриться, когда увидел деревню, которая была его собственным домом последние шестнадцать лет. Он не знал, что теперь думать о любимом месте. Конечно, жизнь в Конохе была тяжелой для него в детстве, так почему он чувствовал себя еще более изолированным, чем раньше? Он не был уверен, что ему нравится, в чем заключаются некоторые из этих чувств.

Наруто почувствовал нежную руку на своем плече, и он повернулся, чтобы увидеть свою моль… невесту, смотрящую на него со смесью печали, но нежности. Наруто искренне любил это в ней. «Помни Наруто. Она по-прежнему Хокаге и лидер деревни, но, тем не менее, это не остановит меня, не остановит всех нас, быть рядом с тобой. Мы дали эту клятву вместе, и я знаю, что когда придет время, ты сделаю это с Юри-чаном и Юра-чаном, — сказала Кушина, и Наруто вздохнул, оглянувшись на деревню.

«Я думаю, что это отчасти моя вина, Кушина. Я поставил Коноху на пьедестал, потому что это была моя деревня. Я думаю, что почти каждый шиноби делает это для своей деревни, понимаешь? Теперь я понимаю, почему Эросеннин не смог найти ответ на мир. Думаю, я являюсь ярким примером этого. Человечество никогда не хочет ошибаться. Я думал, что Коноха была величайшей деревней в мире, в которой можно жить, от зеленых деревьев до теплого солнца, которое поднимается над деревня, но я вижу, что ошибался. Коноха такой же человек, как и любая другая нация. Я отчасти вижу, как на самом деле Коноха создавала таких людей, как Орочимару, или таких, как Итачи. Честно говоря, Каа … Кушина, впервые в моей жизни … Я думаю, что стать шиноби было ошибкой, даттебайо, — сказал Наруто, и взгляд Кушины ожесточился.

«Нет!» — воскликнул голос, отчего Наруто и Кушина обернулись и увидели, что Юрий смотрит на него. «Не… не говори этого, Нии-чан! Если бы ты не стал шиноби… мы, возможно, никогда бы не встретились. Я понятия не имею, что бы случилось со мной и Юрой-Ничан, если бы ты не спас нас. Не выбрасывайте то, что это значит для меня так легко! » — сказал Юрий, и Наруто полностью повернулся к ней лицом. Он действительно мог видеть, как она борется со слезами, которые покидают ее глаза, а Наруто просто улыбнулся. Затем он схватил Юрия за руки и поцеловал их обоих. Щеки Юри вспыхнули, прежде чем Наруто посмотрел ей в глаза.

«Да, верно, не так ли, Юри-чан? Извини за это. Я не это имел в виду. Конечно, я люблю тебя и Юру-чан больше, чем я мог бы начать описывать, даттебайо. Зная то, что я знаю. Теперь, если бы мне пришлось вернуться в прошлое и сделать это снова и снова, я бы сделал это снова и снова. Мне просто интересно, куда все это нас ведет, но я никогда не смог бы пожалеть об этом », — сказал Наруто и Юрий широко улыбнулась ему, показывая свои чистые белые зубы. Затем она быстро поцеловала Наруто в щеку.

«Так лучше. А теперь пошли! Я хочу пойти домой и посмотреть, как поживают Гурен-сан, Фука-сан и Юкимару-кун», — сказал Юри, и Наруто быстро согласился, в то время как Кушина слегка улыбнулась. Она видела улыбку на лице своего сына / жениха и знала, что Наруто будет в порядке. Хотя она ни на секунду не думала, что это что-то изменит в Конохе, потому что на это будут ответы.

Все пошли к деревне, в которой Шизуне и Эбису затаили дыхание. Стены становились все выше и выше. Впервые Шизуне действительно почувствовала, как ее вина становится все больше и больше вместе со страхами перед Цунаде и тем, что ждало впереди, но как куноичи она должна была подавать пример для других, и это даже встретило ее, подарив ей жизнь. Шизуне и Эбису были готовы к тому, что это значило. Хотя это им не сильно помогло, так как оба чувствовали, что их грудь становится все сильнее и сильнее.

Наруто заметил это краем глаза и нахмурился. Затем он повернулся налево, удивив всех. «Иди сюда. С таким же успехом мы могли бы войти в другой вход Ба-чана», — сказал Наруто, и все подняли брови при этом. Кушина не получила известий о другом входе, но она и остальные последовали за Наруто, когда они кружили по массивной арке деревни.

Шизуне потребовалось немного времени, но она поняла, куда Наруто их ведет, и была удивлена, что Наруто каким-то образом обнаружил это, поскольку она никогда не слышала, чтобы Цунаде когда-либо упоминала этот вход в команду Хинокен.

«Наруто, куда ты нас ведешь?» — спросила Кушина, и Наруто быстро отодвинул ветки деревьев, и все заметили дверь в дальнем конце стен Конохи. «Я помню, как Какаши-сенсей однажды говорил со мной об этой двери в наше свободное время. Он сказал, что Анбу не могут позволить себе роскошь пройти через парадные ворота, как стандартные шиноби. Очевидно, Ба-чан планировал дать нам этого для такой миссии, — ответил Наруто, и Кушина медленно кивнула, прежде чем все подошли к двери.

Наруто схватился за ручку и открыл дверь. Все вошли в дверь снаружи и, не сказав ни слова, стояли перед тремя членами Anbu Black Ops. Наруто мог сказать по их стойке, что они были готовы атаковать в любой момент. «Член Хинокен, Узумаки Наруто, возвращается в Конохагакуре с капитаном Хинокен, Узумаки Кушиной, для миссии… эээ… эээ…», Кушина покачала головой, наблюдая, как ее сын пытается вычислить числа, но, по правде говоря, она этого не сделала на самом деле все равно.

«Миссии E-DR345GF. Просто дайте нам пройти, чтобы мы могли увидеть Годайме Хокаге», — сказала Кушина стальным тоном, который удивил Анбу. Трио молчало на мгновение, оценивая слова Кушиной своими собственными мыслями. Глава Анбу наконец отмахнулся от своей команды, и двое Анбу, стоявшие рядом с ним, ушли, чтобы заняться своими делами.

«Принято, команда Хинокен. Вы можете войти», — сказал Анбу и смотрел, как Кушина вместе с Наруто сопровождают остальных через дверь. Анбу пришлось признать, что ему действительно показалось странным, что, когда Эбису и Шизуне прошли мимо него, на их лицах было похоже, что на их лицах было более тысячи лет сожаления. У него не было времени высказывать свои мысли, поскольку группа уже исчезла из его поля зрения.

Пройдя по длинному коридору залов и комнат, Наруто открыл одну из дверей, которые вели во внутреннюю часть деревни. Остальная часть его группы прошла вместе с ним, и Наруто закрыл дверь. Все они стояли по краям ограды, деревня под ними. Это давало им такой широкий обзор мест, которые они могли видеть.

Он повернулся к своей деревне. На этот раз он не мог сказать, счастлив ли он вернуться в Коноху или нет. Он посмотрел на дома и увидел, что некоторые жители прошли мимо, ничего не подозревая о его возвращении в деревню. Они понятия не имели, как упорно он и другие боролись, чтобы обезопасить себя. Наруто был уверен, что мирные жители и даже большинство шиноби никогда не узнают, что на самом деле означает определение жертвы. «Хех, я начинаю думать как Саске-теме», — Наруто не мог не поддаться этой мысли. Он только покачал головой.

«Давай. Пойдем к Баа-чану и покончим с этим. У нас утром тренировка Юри-чана», — сказал Наруто. Юрий быстро кивнул и улыбнулся, хотя все могли сказать, что ее улыбка была не такой довольной, как ей хотелось бы. «Да! И Эро-одзи даст мне мою награду, когда я выиграю даттебайен!» — объявил Юрий.Наруто и Кушина моргнули, прежде чем взглянуть на Эбису, и Эбису выглядел немного смущенным, когда начал вспоминать, что мог сказать что-то подобное.

К счастью для него, никто не решил прокомментировать, поскольку Наруто просто счел нужным продолжать движение вперед. Было поздно для Конохи, когда они возвращались, поэтому Наруто и Кушина пошли впереди команды. Эбису и Шизуне, возможно, все еще выздоравливали, поэтому Наруто и Кушина решили облегчить им путь. Прыжки с крыш во время прогулки не совершались.

Со временем глаза Наруто сосредоточились на особняке Хокаге. Наруто мысленно усмехнулся, что разбудило Кьюби от его мягкого сна. «Вы, должно быть, думаете, что я сейчас настоящий идиот, верно? Все эти утверждения, что я Хокаге, и все такое. Теперь я чувствую, что все, над чем я работал, было брошено мне прямо в лицо», — сказал Наруто и Кьюби. медленно ворчал про себя. Затем он встал на четвереньки и потянулся.

« Ну, я всегда думал, что ты идиот. На самом деле, ты все еще идиот», — сказал Кьюби, и Наруто подавил желание нахмуриться на меховой комок из-за его ненужных слов. «Тем не менее, ты один из тех немногих людей, которые, как я считаю, принесли много пользы многим людям, каким бы отвратительным оно ни было. То, что ты испытал, — это все еще вещь, называемая Жизнью, дружище. Это никогда не изменится. Хммм , если вы спрашиваете мое мнение по этому поводу … позиция Хокаге всегда была слишком маленькой целью для кого-то вроде вас, Наруто, «

Наруто запнулся, что не осталось незамеченным для всех. Наруто медленно остановился. «Слишком маленькая цель? О чем ты говоришь? Это одна из самых важных позиций не только в Конохе, но и в мире шиноби. Что вы имеете в виду?» — спросил Наруто, и Кьюби тяжело вздохнул, слегка раздраженный необходимостью давать объяснения.

« Не заставляй меня повторяться, ты идиот! Это означает то, что я сказал! У тебя слишком большой потенциал, чтобы быть ограниченным этой деревней, и я уверен, что все вокруг знают это, и если есть что-то в истории, или люди истории, всегда делается для тех , кто слишком большим потенциалом, Наруто, это две вещи,» сказал Кьюби и Наруто нахмурился, он привел свой ум , чтобы вспомнить всю эту информацию , как мог. «люди либо пытались стереть человек ушел, потому что он боится этого потенциала, или они его принимают, и похоже, что ваша деревня решила выбрать первое. Все люди такие, и это никогда не изменится, брат. Потому что человечество ВСЕГДА будет бояться перемен, — сказал Кьюби перед тем, как замолчать, когда Девятихвостому Лису хватило этого разговора на день.

Наруто просто стоял посреди улицы. Он понятия не имел, что когда он остановился, все остальные тоже и наблюдали за ним. Эбису и Шизуне действительно было любопытно, что Наруто остановился в их продвижении, но ни один из них не собирался смотреть подаренному коню в рот, поскольку это дало бы им время, чтобы помочь успокоиться.

На противоположном конце Юрий и Кушина могли видеть, как Наруто сосредоточился на земле, или, точнее, его мысли. Казалось, он отключил их всех, пока мысли его блуждали. Юрий не мог начать выражать свое беспокойство при виде поведения ее брата. «Нии-чан?» Юрий проверил, окликнув Наруто, и все наблюдали, как Наруто смотрит на них. Он широко улыбнулся им: «Ах, извините за это. Я просто слишком много подумал. Давайте двигаться!» — сказал Наруто, проходя мимо группы, но нежная рука Кушины остановила ее сына.

«Есть ли что-нибудь, о чем вы хотели бы поговорить?» Она спросила, и Наруто вздохнул, прежде чем повернуться к ней: «В доме, Кушина. Я расскажу тебе и Юри-чан. Давай, пойдем к Баа-чану», — заметил Наруто, и Кушина решила бросить это. эти слова. Она знала, что лучше не давить на сына, когда он не хотел, чтобы на него давили. Он сказал ей, что объяснит, когда они вернутся домой, и ей просто нужно будет удержать его от этих слов.

Итак, группа продолжила прогулку, а Наруто слегка отвлекся на прогулку во время прогулки. Юрий время от времени тревожно поглядывал на Наруто. Ей действительно не нравилось, когда Наруто скрывал от них свои мысли. Ей особенно не понравилось это сейчас, когда ее заметили эти новые… разоблачения. Единственное, за что ей нужно было держаться, это то, что Наруто сказал, что объяснит им это, когда они вернутся домой. Юрий ничего не мог поделать, но чувствовал, что это будут минуты испытаний. « Что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой, Нии-чан!» — сказал Юрий, пока вся группа продолжала идти. Юрий бросил последний взгляд на особняк Хокаге, который становился все больше и больше. Юрий не мог понять, откуда исходит это внезапное чувство страха.

-Икс-

Цунаде вздохнула, ущипнув переносицу. Она все еще пыталась заполнить последние остатки своих документов, и все шло не так гладко, как ей хотелось бы. За последние пару недель она не могла полностью сосредоточиться, так как потеря Шизуне привела Цунаде в своего рода спад. На этот раз Цунаде была благодарна за работу, поскольку она отвлекла ее от мыслей. Она не трогала свою коллекцию сакэ, поскольку была уверена, что это просто освободит ее разум, чтобы вспомнить то, чего она не хотела.

За этим последовали сообщения о том, что команда Наруто поймана. Цунаде предположила, что это спасительная милость, что Гурен и остальная часть ее команды вернулись, по крайней мере, с некоторыми удачными новостями, но, очевидно, только Наруто и Кушина будут возвращаться членами из Хинокена, поскольку остальные были прикованы к постели на Узушио. Цунаде не знала, кто заботился о команде, но она была уверена, что Кушина решила это наиболее подходящим образом. Рыжая была вспыльчивой и темпераментной, но у нее все еще оставалось чувство долга, которое она всегда выполняла. Это была лишь одна из многих причин, по которым Цунаде любила Кушину.

Тем не менее, в этот момент Цунаде честно теперь чувствовала то же самое, что, по ее мнению, чувствовали некоторые из ее пациентов. Она чувствовала себя бессильной. Она даже не могла быть там, чтобы спасти Шизуне, только надеясь, что боги одарит ее какой-то неизвестной милостью и одарит ее своей милостью, чтобы вернуть ей Шизуне, и если случайно они … они этого не сделают … тогда Цунаде была уверена, что когда придет ее время, она никогда не сможет смотреть Шизуне и Дэну в их глаза из-за ее полной неудачи.

Цунаде не была уверена, что сможет справиться с этим, потому что не могла не вспомнить все те времена, которые они с Шизуне провели вместе. Цунаде в то время невесело усмехнулась, когда поняла, насколько Шизуне действительно значила для нее. В этом отношении ее даже удивило, насколько она временами воспринимала Шизуне как должное. Из-за нее у Сидзуне никогда не было стабильных отношений. Шизуне не могла создать семью, которую, как знала Цунаде, хотела женщина.

Цунаде вздохнула, перестав писать и массируя виски. Было уже поздно, и ей придется вставать рано, чтобы продолжить выполнение следующих заданий. Цунаде глубоко вздохнула и потянула спину. Потом в дверь постучали. «Что теперь? Разве мне не о чем беспокоиться?» Годайме спросила себя, но она знала, что не может отказаться от своих истинных обязанностей. Так что, к ее большому огорчению, она заговорила. «Вход разрешен»

Дверь открылась, и Цунаде расширила глаза, когда мимо ее глаз проплыла большая копна светлых волос, за которыми последовало море рыжих волос. Каждый человек заполнял комнату, и глаза Тсунаде становились все больше и больше, прежде чем появился главный кандидат, что, по признанию Цунаде, чуть не довело ее до слез.

Группа встала перед Хокаге. «Хинокен возвращается с миссии, Хокаге-сама. Миссия по обоим счетам завершена», — услышала Цунаде, как сказала Кушина, когда все стояли перед ней. Цунаде не могла долго смотреть на одного человека, когда смотрела на Эбису, затем на Юри, затем на Кушину, Наруто, а затем… Шизуне. Цунаде взглянула на Шизуне, но она не знала, почему не может улыбнуться. Взгляд Шизуне и крайний стыд, который видела Цунаде, не наполнили Годайме обнадеживающей уверенностью. Также не помогло то, что Шизуне продолжала смотреть в пол.

Цунаде встала со своего места и вышла из-за стола. Это привлекло внимание Кушины, Наруто, Юрия и Эбису на них обоих. Цунаде стояла перед Шизуне, и помощник Хокаге дрожащим вздохом подняла глаза и посмотрела в глаза своему хозяину. «Привет, Цунаде-сама. Я вернулась», — прокомментировала Шизуне. В ее голосе была дрожь, которую Цунаде не смогла уловить, но она подумала, что это всего лишь Шизуне, которая… Шизуне.

Шизуне на мгновение посмотрела в глаза Цунаде, и это, возможно, был еще один из многих случаев, когда она не могла сказать, о чем думает ее хозяин, и это сильно ее нервировало. Шизуне ждала, затаив дыхание, поскольку Цунаде еще не ответила на ее комментарий. Шизуне чувствовала, как ее грудь сжимается от чувства вины, и она была уверена, что скоро начнет гипервентиляцию.

Однако дыхание Шизуне остановилось, когда все ее тело было покрыто теплом. Она расширила глаза, когда Цунаде притянула Шизуне ближе к своему телу в крепких объятиях. Шизуне вздохнула, когда Цунаде нежно массировала свои волосы. «С возвращением», — сказала Цунаде, и Шизуне плотно закрыла глаза, не позволяя слезам пролиться вперед. Шизуне подняла руки и обняла их вокруг туловища Цунаде в небольшом, но крепком объятии.

Для Наруто, несмотря на то, как он был зол, он не мог сдержать улыбку, которую одарил этим зрелищем. Он всегда знал, что Сидзуне была важна для Цунаде. Возможно, он просто недооценил насколько. Рядом с ним Юрий и Кушина нашли улыбку Наруто заразительной, и они наблюдали за общением.

На мгновение было тихо, прежде чем все увидели, как Шизуне схватила Цунаде за плечи, и она осторожно оттолкнула Хокаге назад. Цунаде казалась удивленной этим действием, когда Шизуне провела рукой по глазам, прежде чем выпрямиться и отсалютовать Цунаде. «Джонин Сидзуне Като возвращается! Ожидает наказания и суда на рассмотрении Совета! Изгнание из Сил Шиноби должно быть санкционировано с крайним предубеждением, Хокаге-сама!» — твердо сказала Шизуне, отчего у Цунаде вылетел воздух из легких.

Наруто, Юрий и Кушина почувствовали, как слова жалили их щеки, когда они пытались осмыслить то, что только что услышали. «Шизуне-нечан, я не говорила тебе…!» — начал Наруто, но голос Шизуне легко заглушил его собственный. «Причина исключения из сил шиноби: предоставление неизвестным вражеским силам знаний о внутренних и внешних деталях Конохи! Готовы быть переведены в тюремную камеру вместе с Джонином Эбису-саном! В худшем случае, если совет пожелает этого, то для рассматриваемого шиноби вполне вероятно быть исполненным…, «

«НЕИ-ЧАН ЗАКРЫТЬ СЕЙЧАС!» — прорычал Наруто. Его голос был наполнен божественной духовной властью, и рот Шизуне быстро и эффективно остановился. Ее рот на мгновение повис в воздухе, прежде чем она закрыла его и промолчала. Наруто тяжело дышал, когда он одарил Шизуне очень резким взглядом, от которого смирялись пожилые женщины.

Цунаде сделала небольшой шаг назад, прежде чем взглянуть на Эбису, который тоже не мог смотреть в глаза своему Хокаге. Затем Цунаде повернулась и увидела Наруто, который успокаивающе дышал. Цунаде, весьма благодарная за время на размышления, обработала все слова, которые она услышала. В комнате воцарилась мощная тишина. Слышался только стук каблуков Цунаде, когда она медленно возвращалась к своему столу. Она села в кресло и положила руки себе на лоб. Она закрыла глаза, чтобы никто не увидел в них разочарования. Она только что вернула своего… лучшего друга, и ей уже пришлось снова играть Хокаге.

«Кушина, Брат… о чем говорит Шизуне? Объясни мне миссию. Прямо сейчас», — ледяным тоном сказала Цунаде, что заставило Наруто и Кушину повернуться к ней лицом. Наруто отбросил гнев и вздохнул. Он потер голову. План, который был у него в голове, был разрушен небольшой вспышкой Шизуне. Он планировал, чтобы Цунаде знала постепенно, а не выпаливанием, как это сделала Шизуне. Конечно, если бы он был самим собой, Наруто был уверен, что, вероятно, сделал бы то же самое, но дело было не в этом.

«Я могу вам сказать», — все повернулись и посмотрели на Юрия, который вышел вперед. Шизуне и Эбису посмотрели в сторону, а взгляд Тсунаде сузился. «Шизуне-нечан и Эро-одзи-чан… подверглись пыткам. Я знаю, потому что… я видел, как они умерли прямо у меня на глазах», — сказал Юри, и у Цунаде остановилось дыхание. Анбу, которые были вокруг комнаты, почувствовали, как с их лиц стекают капли пота, которые окрашивают внутреннюю часть их масок.

Цунаде ущипнула себя за переносицу, пока Шизуне хотела что-то сказать в данный момент, но, с разрешения Наруто, ее рот оставался закрытым. Эбису от стыда опустил голову. Кушина бросила взгляд на Наруто, но тот оставался настолько твердым, насколько мог. Тем не менее, Кушина чувствовала тяжесть внутреннего смятения в своем сыне / женихе. Цунаде протерла глаза и спросила: «Откуда ты это знаешь?»

Юри проглотила ком в горле, прежде чем взглянуть на Наруто. Оба посмотрели друг на друга, и Юрий вздохнул. «Потому что то же самое случилось со мной. Они схватили нас, и я чуть не утонул более двадцати раз, когда они меня допросили. Только из-за Исобу-чан я сейчас жив. Я… дрался с одним из их главных офицеров. Их Группа каким-то образом знала о статусе Нии-чана и Кушины-сан. Они … похитили всех нас. Они заставили некоторых людей работать в грязи и мрачно повернули два колеса к большой подземной двери, других заставили копать, пока стены истощали нашу чакру неделями «,

Цунаде чувствовала, как ее сердцебиение увеличивается с каждым словом, слетавшим с губ Юри, и определенно казалось, что Юрий еще далек от завершения. Цунаде не могла даже отрицать, что одно лишь известие о смерти Шизуне чуть не довело ее до слез. «Когда я дрался с одним из их главных офицеров, я был зол. Она издевалась надо мной. Она пыталась заставить меня усомниться в моей любви к Нии-тян…», — Цунаде остановилась на этом и посмотрела на Юрия. Затем она взглянула на Наруто.

Это было первое, что она услышала о… кровосмесительных мыслях, особенно в семье Узумаки. От этой самой мысли у Тсунаде как у практикующего врача и лидера почти во всех областях медицины скрутило живот, но как Хокаге… она придерживалась своих мыслей по этому поводу. «… Потом я сражался с Сидзунэ-чан и Эро-одзи-чан. Им промыли мозги. У меня не было ничего хорошего, и… она… убила их прямо на моих глазах. Я смотрел, как она пронзила грудь Сидзунэ-чан. Я был зол на нее за то, что она забрала их у меня. Я был зол на Шизуне и Эро-одзи за то, что поставили меня в такую ​​ситуацию. Я был зол … на себя за то, что не спас их. Я был зол на все, а потом … как синигами объяснили это, я, в своем гневе, связал их души со своей, и я получил все их воспоминания. Я … я испытал то, что они пережили. Я … я не могу вам сказать.

Наруто нежно обнял Юрия. Он почувствовал, как она почти задыхается, и прижал ее голову к своей груди. «Полегче, Юри-чан. Полегче. Просто дыши со мной, хорошо?» — спросил Наруто, и Юрий медленно кивнул, пока они синхронизировали свое дыхание. Юрий вздохнул и успокоился. «Спасибо, Нии-чан», — сказал Юри, и Наруто ответил поцелуем в ее щеку, что подтвердило подозрения Цунаде, но она снова решила, что это разговор в другой раз.

«Тогда пропустите эту деталь. Похоже, мне придется попросить Иноичи осмотреть их тогда. Продолжайте… пожалуйста», — дрожа сказала Цунаде. Юрий кивнул. «Я победил ее, используя силу Сидзунэ-чан и Эро-одзи вместе со своей. Я … ничего не помню после этого, когда потерял сознание. Но … я знаю, что то, через что они прошли … было невозможно для любого человека , — сказал Юрий, прежде чем отступить на шаг.

Цунаде не сводила глаз с стола. Ее пальцы сжались. Цунаде зарычала, почувствовав, как ее зубы скрежещут друг о друга. Она плотно закрыла глаза и не могла перестать слышать образы о том, что эта группа сделала с Шизуне. Она не могла перестать представлять Шизуне, взывающую к ней о помощи, чтобы спасти ее. Она могла помешать своему воображению представить Шизуне плачущей, кричащей, привязанной к стулу, вынужденной терпеть… слишком много вещей, с которыми Цунаде не осмеливалась противостоять.

Шизуне в отчаянии наблюдала, как Цунаде молчала. Как бы ей хотелось, чтобы хозяин сказал что-нибудь, что-нибудь веселое. Шизуне не пожалела, что высказалась так, как она это сделала. Она и Эбису должны были служить примером. Им приходилось учить будущие поколения тому, что произошло, когда один из них подвел их родную деревню. Это было то, что пришлось пережить каждому. Шизуне это было нормально.

Прошло несколько мгновений, и Цунаде подняла глаза. Внезапное покраснение ее глаз никого не удивило. Цунаде покачала головой, прежде чем резко взглянуть на Сидзуне, которая застыла. «Это правда, Шизуне? Вы и Джонин Эбису рисковали безопасностью, безопасностью и гражданами Конохи? Были ли вы оба действительно… скомпрометированы?» — спросила Цунаде, и хотя все могли слышать сталь в голосе Цунаде, они также могли слышать, как ее горло хрустнуло, как будто она пыталась не подавиться своими словами.

Слова Шизуне застряли в ее горле, и она обратилась к Наруто за любой помощью. Она умоляла Наруто позволить ей ответить, дать ей разрешение говорить, но Наруто оставался непоколебимым, и он не отменил свой приказ, исходящий из его уст. Шизуне задрожала, схватившись за край своей одежды. Ее глаза наполнились водой.

Цунаде повернулась к Наруто и, если честно, была рада, что Наруто крикнул Шизуне, чтобы она держала рот на замке. Цунаде не была уверена, что сможет принять это, если бы эти слова исходили из уст Шизуне. Цунаде глубоко вздохнула в тишине и снова встала. Она подошла к дрожащей Шизуне. Цунаде смотрела, как хныкает Шизуне, как ребенок, который боится своих родителей. В третий раз в своей жизни Цунаде по-настоящему почувствовала бремя положения Хокаге и то, что оно влечет за собой. Цунаде тяжело вздохнула и выдохнула.

Затем Цунаде подошла к Эбису. «Этот паршивец не ограничил твою способность говорить, верно? Тогда ты отвечаешь мне! Эбису, ты и Шизуне были скомпрометированы?» — спросила Цунаде. Эбису стиснул руки достаточно, чтобы заставить их кровь из них. Казалось, что его рот наполнился песком с тех дней в Сунагакуре. Эбису затаил дыхание и уставился в глаза своему Хокаге. Он знал, что ждет впереди… и он смело пойдет. Для своей деревни. «Х-ХАЙ Хокаге-сама!» — воскликнул он, и Цунаде нахмурилась еще больше.

Без колебаний Цунаде щелкнула пальцами, и четыре Анбу быстро упали на землю и удерживали Эбису и Шизуне. Ни один из них не сделал попытки сопротивляться, и Цунаде с очень усталым и тяжелым сердцем сорвала повязку Эбису с его головы. «Вы оба будете заперты и допрошены Ибики Морино. Джонин Яманака проведет психологические оценки. В течение шестидесяти дней вы будете находиться в тюрьме. A-Любая попытка бежать или сопротивляться приведет к смерти на вершине Каменных Лиц Хокаге. «Учитывая, что ты не сбежал… будут приняты меры, но больше не совершай ошибок. ДГ… Твоя карьера шиноби фактически прекращена», — сказала Цунаде, нанося удар Эбису и Шизуне. Оба держали головы опущенными, и Юри почувствовала боль в груди, когда слезы Шизуне залили пол.

« Шикё-сама, я умоляю вас! Не позволяйте Цунаде делать это! Шизуне этого не заслуживает! Пожалуйста!» Наруто слышал, как Дэн умолял Шизуне о жизни через свой клинок. Наруто на мгновение наблюдал, и у него действительно было сердце Дэна. Наруто одарил легким взглядом. Наруто заметил выражение боли на лице Юри, и Наруто знал, что он не может позволить этому продолжаться. Ему просто не хватило духа увидеть это выражение лица Юрия. Наруто задержал дыхание.

«Я не могу позволить тебе сделать это, Ба-чан. Они больше не твои шиноби. Ты не можешь решать, что с ними произойдет», — сказал Наруто. Это заставило почти всех остановиться и удивленно взглянуть на Наруто. Эбису и Шизуне посмотрели на Наруто в полном шоке и замешательстве. Юрий не мог сдержать улыбку на ее лице. Кушина только удивленно посмотрела на сына, но ничего не сказала. Она хотела увидеть, что он имел в виду.

Цунаде бросила на Наруто самый резкий взгляд, который она когда-либо знала. «Я смирилась с твоим неуважением перед Братом. Но как мой шиноби, ты не имеешь права говорить со мной об этой ситуации. Я все еще твой Хокаге. А теперь молчи, Брат», — сказала Цунаде. Цунаде действительно была удивлена ​​взрывом Наруто, но Цунаде решила, что сейчас хорошее время для Наруто, чтобы по-настоящему узнать, кем еще был Хокаге. Цунаде знала, что Наруто стремился занять положение Хокаге. Наруто был молодым человеком, который заботился о друзьях и семье. Пришло время Наруто узнать, что в деревне одни члены семьи важнее других.

Цунаде повернулась лицом к Шизуне и Эбису, но все почувствовали спокойное, но зловещее присутствие, заполняющее комнату. Воздух был холодным, но очень холодным. Это был тип холода, от которого дрожишь в попытке согреться. «Хорошо, Ба-чан. Тогда я говорю не с тобой как с твоим подчиненным. Я говорю с тобой как с призывателем. Все вопросы, связанные с призывателем и их вызовом, подпадают под их юрисдикцию, верно? -сан больше не твои шиноби. Теперь они под моей властью, и я собираюсь решать, что с ними происходит », — сказал Наруто.

Шизуне и Эбису были сбиты с толку. Они оглянулись на Цунаде и заметили в ней смущение, гнев и недоверие. Цунаде была призывательницей, и она знала о законах, касающихся призывателей и тех, кто находится в их подчинении. Учитывая, как прошла миссия, Цунаде не знала, что Сидзуне, стоявшая перед ней, больше не шиноби и одна из ее лучших подруг. Сидзуне перед ней была воскресшей душой, и она была павшим воином Конохи.

Цунаде знала, что не может бросить вызов Наруто в этом. Она также знала, что совет попытается оспорить это, но сейчас не было повода для споров. Цунаде повернулась к Наруто, и она пошла, пока не оказалась прямо перед ним. Очевидная разница в росте между ними была очевидна по ее каблукам. Она посмотрела на него. «Ты ведешь опасную игру, брат. Ты знаешь о последствиях этого?» — спросила Цунаде. Наруто взглянул на Шизуне и Эбису.

«Думаю, я позабочусь о том, чтобы ты не совершил самой большой ошибки в своей жизни, Ба-чан». Наруто ответил. Цунаде нахмурилась, но отвернулась. Затем она взглянула на Шизуне и Эбису. «Возьми их и выйди из моего офиса. Недавние события не приносят мне пользы», — сказала Цунаде. Наруто нахмурился еще больше, но он тоже устал. Он и все остальные видели, как Цунаде врезалась телом в кресло и выглянула в окно.

Наруто перевел дыхание. «Мы возвращаемся домой. Шизуне-неечан и Эбису-сан будут предоставлены отдельные комнаты, но я хочу, чтобы вы оба были передо мной и Кушиной первым делом утром. Понял?» — спросил Наруто. Ни Эбису, ни Шизуне не произнесли ни слова. Они просто поклонились, пока Юрий проводил их прочь. Наруто повернулся, чтобы выйти за дверь. Затем он похлопал Кушину по плечу. Кушина обратилась к сыну / будущему мужу. Двое переглянулись, и Наруто попросил свою невесту оставить этот вопрос на другой день.

Кушина зарычала, но она сделала, как попросил Наруто и кивнул. Затем Кушина повернулась к Хокаге. «Вы сходили сейчас, Тсунаду, но будет получить мои ответы. Я получу каждую унцию истины из уст ваших,» подумал Kushina , прежде чем она повернулась и вышла из двери.

Это действие оставило Цунаде одну, когда она выглянула в окно. Она надеялась, что она не так больна, как чувствовала. Цунаде, вероятно, никогда не сказала бы это вслух, но она не могла сказать Наруто, что она безмерно благодарна за то, что он только что сделал, не только для Шизуне, но и для нее самой. Цунаде, честно говоря, почти подумала, что ее вырвет от слов, которые продолжали выходить из ее рта. Однако, независимо от того, насколько кто-то был близок, Хокаге… не мог проявить фаворитизм. Цунаде не могла относиться к Шизуне иначе. Цунаде закрыла голову руками. На этот раз Цунаде была благодарна за тишину.

-Икс-