Глава 238

Й’ха-нтлей, город Глубоководных, походил на исполинский замок из обсидиана, затянутый коралловыми наростами и водорослями. Его колоссальные залы, рассчитанные на пребывание самих Гидры и Дагона, населяли не только сами Глубоководные.

По бесконечным коридорам бесцельно перемещались шогготы, подобно живой протоплазме. С потолков, точно гигантские летучие мыши, свисали найтгаунты. Массивные гуги охраняли входы и проходы, а бьяки лениво скользили в воздухе, охотясь на причудливых морских тварей, что падали из странных кораллов с нечеловеческими глазами и щёлкающими зубами.

Наруто двигался по извивающимся коридорам, отмечая, как внутреннее пространство дворца постоянно менялось. Можно было выйти из комнаты, тут же вернуться — и оказаться в совершенно другом месте, с новыми проходами, которых не существовало мгновение назад. Без Зела он бы давно затерялся в этом лабиринте искажённой реальности.

Они спустились по тёмному коридору, освещённому лишь жутковатым биолюминесцентным свечением водорослей. Влажный воздух пропитался запахом гниющей рыбы. Путь привёл их в просторную круглую палату без единого угла — видимо, чтобы не допустить появления Гончих Тиндалоса, тварей, что приходят из углов времени.

В дальнем конце помещения располагались круглые камеры. В самой большой из них, за решёткой, испещрённой причудливыми символами и печатями, томились пять фигур, удерживаемые кроваво-красными щупальцами, растущими прямо из стен. Уилбур Уэйтли и его копии испепеляли Наруто взглядами. Щупальца плотно обвивали их рты, не позволяя произнести ни единого заклинания.

Зел указал на стоящий неподалёку стол, заваленный эзотерическими фолиантами. Наруто замер, пораженный находкой. Среди них была не только книга заклинаний.

Первой его внимание привлекли разрозненные страницы из Книги Эйбона — гримуара, созданного чародеем из Гипербореи. Листы описывали путешествие Эйбона на планету Шаггай, но не более того. Впрочем, даже эти обрывки знаний высоко ценились оккультистами. Наруто порадовался, что Уэйтли не заполучил более опасные записи Эйбона, особенно формулу уничтожения потусторонних созданий — она бы сейчас очень пригодилась.

Ещё более неожиданной находкой оказался английский перевод первых глав Пнакотических манускриптов. Текст повествовал о восхождении Великой расы Йит и начале их войны против Ми-го, Древних, Звёздного отродья и Глубоководных. К сожалению, записи обрывались до появления шогготов и вторжения Летающих полипов.

Третья и четвёртая книги содержали комментарии к Некрономикону. Их автор, возможно сам того не осознавая, раскрыл несколько ритуалов, включая призыв существ из пустоты.

Последним фолиантом оказалась копия Песнопений Дхола, переписанная рукой самого Уэйтли. Страницы пестрели заклинаниями и ритуалами, в том числе тем самым, что позволял вызывать человеколицых саранчеподобных тварей.

Наруто вспомнил, что при Уэйтли было ещё две книги, которые тот никогда не снимал с пояса. Одна — его неполный Некрономикон, вторая — неизвестный жёлтый том, чей цвет намекал на его истинную природу.

— Где остальные две книги? — Наруто повернулся к пленнику.

Щупальце слегка ослабило хватку, но не отпустило рот Уэйтли. Тот попытался начать заклинание, но тут же был принудительно заткнут.

— У тебя были ещё два тома. Некрономикон и жёлтая книга. Где они? — Наруто повторил вопрос, когда щупальце снова ослабило хватку. На этот раз Уэйтли промолчал.

— Отвечай! — Наруто с силой ударил по прутьям решётки.

— Проклятый Ньярлатхотеп украл мой Некрономикон. Мне нужна была новая книга заклинаний, — процедил Уэйтли, прежде чем щупальце вновь запечатало его рот.

Наруто понял — больше информации не добыть. Уникальная физиология Уэйтли делала бесполезными попытки извлечь знания из его разума, они принесли бы больше вреда, чем пользы. К тому же символы на стенах камеры требовали вывести пленника наружу для проведения ритуала, что давало шанс побега. Рисковать этим Наруто не собирался, даже в Й’ха-нтлее — кто знает, не найдёт ли Уэйтли способ покинуть город. Собрав фолианты и страницы, Наруто растворился в тенях, оставив полукровку-колдуна в его клетке.

***

Рей и доктор Шинно продолжали исследовать руку Шино. Их реакции были схожими.

— Это невозможно! Биология так не работает, — возмущалась Рей.

— Расскажите это Орочимару, — хмыкнул доктор Шинно. — Вы бы видели его эксперименты.