Часть 4

Учиха Саске совсем не удивился, что его свалил жар.

Голова кружилась, ломило виски, тело было тяжёлым, словно налитым свинцом.

Будто он очутился в глухой тьме, давящей со всех сторон, и выхода из неё не существовало.

С огромным трудом разлепив веки, он увидел рядом женщину в белом кимоно. Она сняла с его лба мокрое полотенце и привычным движением заменила его на новое.

В затуманенном взгляде Саске мелькнуло: на белоснежной ткани в районе её живота проступало розовое пятно — вновь разошёлся шов на ране.

— Прости, — пробормотал он в полубреду, впервые извиняясь перед ней.

Женщина на миг замерла.

А потом он почувствовал, как его заключили в объятия — тёплые, лёгкие.

И совсем рядом зазвучал знакомый голос:

— Неважно, что бы ты ни сделал… я всё равно прощу тебя.

В тот же миг мрак, окружавший его, прорезала тонкая полоска света. Саске хотел протянуть к ней руку, но сознание вновь погрузилось во тьму.

***

Очнулся он от жара.

Тело казалось тяжёлым, но, приоткрыв глаза, Саске увидел: Харуно Сакура уснула, склонившись к нему на грудь. Рядом стояла миска с водой и стопка полотенец, которые она успела несколько раз сменить.

Он протёр глаза, взглянул в окно — уже утро. Вспомнив про занятия, он осторожно выбрался из-под одеяла. Немного поколебавшись, снова аккуратно накрыл им Сакуру.

И всё же Учиха Саске в тот день опоздал.

Ровно через минуту после звонка он появился у дверей класса.

Ирука посмотрел на него, и в глазах мелькнула тревога, но голос прозвучал мягко:

— Заходи.

Саске, как всегда безучастный, прошёл на своё место.

— Саске-кун сегодня ещё красивее! — мечтательно вздохнула Ино, подперев ладонями щёки и глядя на его спину.

— Врёшь! Учиха Саске всегда невероятно красивый! — вспыхнула девочка с длинными тёмно-зелёными волосами, тоже не сводя глаз с него.

— Аюно, ты тоже влюблена в Учиху? — удивилась Ино.

— Ч-что тут такого… — девочка залилась краской. — Саске-кун красивый и талантливый… Разве не нормально восхищаться им?

Шёпот, взгляды, перешёптывания за спиной — Саске к этому привык. Но именно сегодня он ощущал на себе чей-то другой, необычный взгляд.

***

Последний урок отменили, и учеников отпустили домой раньше.

Саске немного потренировался и пошёл домой. На улице уже сгущались сумерки, людей становилось всё меньше. Лишь одна девчонка у обочины оживлённо зазывала прохожих:

— Ладан! Домашний ладан! Успокоит дух, принесёт мирный сон!

Учиха Саске знал: для шиноби посторонние запахи — табу. Но почему-то сейчас ему вспомнилось, как Харуно Сакура по ночам вскакивает от кошмаров, вся в холодном поту.

И он неожиданно сам для себя подошёл к лавочке и под прищуренной улыбкой продавщицы купил две коробочки ладана.

Уже собирался уходить, как вдруг за спиной раздался знакомый голос:

— Эй! Подожди!

Саске неторопливо убрал покупку в сумку и обернулся.

Перед ним стоял мальчишка с золотыми волосами, голубыми глазами и тремя усами-шрамами на щеках.

Самый худший ученик в классе.

Если одноклассники сторонились Учихи Саске из-за имени и холодного характера, то от Узумаки Наруто шарахались по куда более простой причине — отвращения.

Но Саске это было безразлично. Он не ненавидел кого-то особенно — потому что презирал всех одинаково.

— Ты… — Наруто остановился прямо перед ним, замялся, глядя в его холодное лицо, и не решился договорить.

Саске отвернулся, собираясь идти дальше.

«У тебя дома, случайно, не прячется невероятно красивая сестра?!»

Увидев, что он собирается уходить, Узумаки Наруто, зажмурившись, наконец выкрикнул это вслух.

…Саске слегка замер, затем внимательно всмотрелся в мальчишку перед собой. На его щеках с «усами» вдруг проступил румянец, и от этого взгляд Саске стал ещё холоднее. Его детский голос прозвучал с явным раздражением:

— Тебя это не касается.

Но, услышав ответ, Наруто вовсе не смутился. Наоборот — его глаза вспыхнули, и он почти подпрыгнул от радости:

— Тогда… я могу её увидеть?!

«Тебя это не касается» — именно так он собирался ответить. Но на губах сами собой сорвались другие слова:

— Нельзя.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Наруто.

Не только он — сам Саске удивился собственному ответу. Но внешне никак этого не показал: нахмурился и, с прежним бесстрастием, продолжал смотреть на Наруто.

Тот сжал кулаки и упрямо спросил:

— Почему нельзя? Эта красивая сестра тебе кто?

Саске снова запнулся, а потом, не раздумывая, повторил первое, что пришло в голову:

— Тебя это не касается.

…Теперь Наруто и правда разозлился. Но всё, что он сделал — пару раз зло сверкнул глазами на Саске, после чего развернулся и убежал.

***

Когда Саске вернулся домой, Харуно Сакура как раз развешивала бельё.

Он заметил, что на ней новое белое кимоно. А то, что раньше было залито кровью, теперь висело выстиранное и аккуратно развешанное на бамбуковой жерди.

Не оборачиваясь, она сказала:

— Ты вернулся.

…Он молча снял обувь на крыльце и ничего не ответил.

— Саске, — мягко напомнила она, защёлкивая прищепкой край рукава. — В такие моменты надо говорить: «Я вернулся».

Лишь тогда она обернулась — и увидела, что его лицо стало ещё мрачнее, чем обычно.

Она подошла ближе:

— Сегодня что-то случилось?

— Нет, — ответил он.

Как и ожидала, Харуно Сакура больше не стала спрашивать. Лишь перевела разговор:

— Тогда пошли ужинать. Мне кажется, сегодня особенно вкусно получились помидоры.

— Ты всё ещё не вспомнила прошлое? — вдруг спросил Саске.

Она посмотрела на него несколько секунд и тихо сказала:

— Разве ты не обещал больше не спрашивать о моём прошлом?

***

Да, совсем недавно, во время дневного сна, её снова разбудил кошмар. Она бормотала сквозь сон: «Прости» и «Не оставляй его». Именно тогда Саске пообещал, что больше не станет касаться её прошлого.

Кулинария Харуно Сакуры действительно становилась всё лучше, но даже этот ужин показался Саске пресным и безрадостным.

После еды она ушла мыть посуду. А он взял ладан и вошёл в её комнату. В тусклом свете свечи зажёг благовоние в форме сердца — струйки дыма растворились в воздухе, оставив тёплый и умиротворяющий аромат.

Затем он задул свечу и вышел.

Он не знал, что всё это время напротив, под навесом, стояла Харуно Сакура.

Она молча наблюдала за каждым его движением.

Вдруг разразился ливень. Потоки воды скрыли всё вокруг, делая картину расплывчатой. Сакура прижала к груди снятое с верёвки бельё и, глядя на Саске, улыбнулась лёгкой, тихой улыбкой.