Часть 7

За столом повисла тишина. Спустя мгновение Инари спросил:

— Тогда почему Учиха-сан не вышла, когда Наруто-нисан и остальные сражались? Почему только после?

В голосе мальчика звучало лишь любопытство, ничего больше.

Но Сакура замерла, услышав слова «Учиха-сан». Должно быть, он назвал её так потому, что был с ней не близко знаком. Если бы ближе, наверняка сказал бы «Сакура-сан». Поэтому она на миг растерялась, не зная, что ответить.

Её молчание показалось Тазуне и Аяно чем-то вроде замешательства и согласия. Старик поспешил неловко сменить тему, но Наруто вдруг встрял:

— Наверняка потому, что красивая сестричка подоспела уже к концу боя!

Сакура очнулась, взглянула на него и встретилась с его открытой, тёплой улыбкой. Невольно и сама улыбнулась:

— Да, именно так.

— Но ведь ты обещала… — раздался вдруг ровный голос.

Саске отложил палочки, не глядя на неё:

— Ты ведь обещала, что не придёшь.

Сакура резко обернулась к нему.

— Думаешь, я не справился бы сам? — продолжил он.

Она не успела ответить, потому что Наруто уже вмешался:

— Саске, да что ты такое говоришь! Она же просто переживала за нас!..

— Я не переживала, — мягко перебила Сакура, бросив Наруто успокаивающий взгляд. Но глаза её снова вернулись к Саске, и в них было столько тепла.

Да, это упрямство и безмерная гордость — всегдашняя слабость Учиха Саске.

Она посмотрела на него и улыбнулась — невольно, с нежностью и лёгкой заботой:

— Я никогда не думала, что ты не справишься. Я просто боюсь, что ты можешь быть ранен. Потому что, если я вижу тебя израненным… мне больно.

И снова за столом воцарилось странное молчание. Даже Наруто, обычно несдержанный, остолбенел. Какаши, Тазуна и Инари густо покраснели.

Что это вообще было? Какое ещё «родство» — сестра, тётя? Их взгляды, её голос, полный нежности и снисходительности, — всё выглядело ненормально. Это было не похоже на заботу взрослой о ребёнке. Это было похоже… на чувства между влюблёнными.

— Глупости, — холодно бросил Саске, будто привык к таким словам. — Всё это пустые слова.

А Сакура лишь мягко улыбнулась.

После ужина Какаши и Сакура вышли прогуляться, к мосту, которому в будущем предстояло носить имя Наруто. Ветер с реки трепал волосы.

— Так всё-таки… почему? — спросил Какаши.

Она взглянула на него.

— Я про вопрос Инари, — пояснил он. — Почему ты не вышла во время боя, а только после? Не говори, что подоспела в конце. Я-то знаю: ты следила за нами с самого начала. Именно поэтому я не вмешался. И не говори, что испугалась — я слишком хорошо знаю, что ты не из таких.

Сакура провела рукой по волосам, убирая их за ухо, и слегка улыбнулась:

— Но вы ведь тоже знаете, Какаши-сан… Это была не опасность, а редкая возможность. Опыт, который они должны были пройти сами.

Наруто и Саске — оба имеют слишком сильное желание стать сильнее.

***

Позже Сакура пришла в комнату Саске. Он уже собирался ложиться, выглядел уставшим.

— Что-то случилось? — приподнялся он.

— Нет, — покачала головой она. — Просто хотела спросить: почему за ужином ты сказал, что меня зовут Учиха Сакура?

На лице юноши сразу проступило раздражение.

— Без причины.

— Скажи мне, — её взгляд стал серьёзным. — Иначе я сегодня не засну.

Он нахмурился, потом нехотя ответил:

— Ты всё это время живёшь у меня. Я смог придумать только одно объяснение. Наверное, тебя кто-то преследует. Какое-то лицо или организация.

Сакура растерялась.

— Раз уж так, — продолжил он, — скрываясь, тебе не стоит называть настоящее имя. Или… может, «Харуно Сакура» вообще не твоё настоящее имя? Впрочем, неважно. Если хочешь, можешь пользоваться фамилией Учиха. Если не боишься, что она принесёт тебе неприятности.

— Вот как, — тихо сказала она, с лёгкой насмешкой опустив взгляд. — Спасибо.

— Если вопросов больше нет — иди спать, — отрезал он.

— Ладно. Спокойной ночи.

Позже, после душа, Сакура подошла к зеркалу. Женщина, что смотрела на неё, казалась чужой. Ей стало холодно.

Она заметила это ещё на второй день, когда оказалась здесь: что-то было с ней не так.

Пять лет назад Тсунаде учила её не только медицине тела, но и психики. И теперь Сакура ясно понимала: она изменилась.

Прежняя — живая, открытая, горячая.

Теперешняя — спокойная, сдержанная, скрывающая мысли. Но позволяющая себе то, на что раньше не осмеливалась.

Быть убитой рукой любимого, а потом воскреснуть за десять лет до того, когда он ещё ребёнок… и снова влюбиться в него? Даже для неё самой это было слишком тяжело.

Иногда, глядя на лицо Саске, она вспоминала пронзившую её боль и холодный, жестокий его взгляд. И ей становилось страшно.

А иногда — лишь то, как сильно она его любит.

Сакура понимала: это ненормально. Болезнь. Она может лечить других, но никто не в силах вылечить её саму.

Она сжалась, спрятав голову между коленями, как пойманный зверёк.

Если так будет продолжаться… однажды я сойду с ума.