Глава 373 — Сын важнее

Махачи бросил взгляд на подчинённых, сражающихся с преступниками. Среди них был его сын, Нозан. Он не собирался вмешиваться, пока им не будет грозить реальная опасность. «Как они научатся и вырастут, если я буду делать всю работу за них?»

Внезапно что-то привлекло его внимание — сверху летел град кунаев с трепещущими на них взрывными печатями.

— Берегитесь! Атака сверху! — крикнул он.

Рука Махачи на мгновение замерла на рукояти меча, прежде чем молниеносно выхватить его и выпустить полдюжины ударов. Тончайшие серпы чакры рассекли каждую взрывную печать, обезвредив их. Сами кунаи продолжили полёт, но предупреждение позволило и подчинённым, и преступникам уклониться.

— Отец, ты в порядке?! — крикнул Нозан, на секунду отвлекшись от противника. Тот немедленно воспользовался ситуацией и бросился в атаку, которую Нозан едва успел блокировать и уклониться.

— Следи за своим боем! — рявкнул Махачи. Его сыну всё ещё не хватало опыта во многих аспектах, что постоянно беспокоило его и как отца, и как командира.

Проследив траекторию кунаев, Махачи остолбенел, увидев мужчину и женщину в серо-зелёной экипировке с масками, идентичными описанным его женой. Они готовились метнуть ещё одну, более крупную волну помеченных кунаев.

Холодная ярость затопила его вены, когда он снова взялся за меч. Его движение было настолько стремительным, что никто не успел уследить. Удар, лишённый прежней точности и изящества, был чистой мощью — порыв ветра оказался таким сильным и неистовым, что остановил кунаи в воздухе, заставив их взорваться.

Махачи не остановился и перешёл на двуручный хват — что делал только в серьёзных схватках. Эти люди в масках посмели тронуть его жену, и он хотел, чтобы они почувствовали боль.

Вбив ногу в пол и черпая силу из нижней части тела, он нанёс ещё более мощный удар. Видимая волна тёмно-синей чакры сорвалась с лезвия меча. В один миг стена стояла целой, в следующий — взорвалась, словно на ней детонировала сотня взрывных печатей одновременно.

Удар кендзюцу не только разрушил стену, но и обрушил значительную часть потолка на противоположной стороне здания. Взрыв был настолько мощным, что остальным самураям и преступникам пришлось прекратить бой, защищаясь от летящих обломков.

— Отец! — воскликнул потрясённый Нозан.

— Выходите и примите свой приговор, — объявил Махачи, когда чакра вокруг его меча стала больше и яростнее, заставляя остальных отступить от чистого страха — казалось, будто что-то режет их кожу от одной близости к клинку.

Амами стояла на металлическом коридоре, готовясь метнуть последнюю волну помеченных кунаев, когда огромные куски стены полетели ей в лицо, а пол под ногами обрушился.

Удар Закахиры Махачи был настолько молниеносным, что она буквально не успела среагировать. «Повезло, что кендзюцу не разрезало меня пополам», — пронеслось в голове.

«Нет, это не везение», — подумала Амами, — «старый самурай не хотел нас убивать».

Рухнув на землю, она немедленно подняла руки, защищая голову от падающих обломков стены. Удары сыпались по всему телу, но этого было недостаточно, чтобы вывести её из строя.

Амами понимала — их убьют, как только самурай получит желаемое. Нужно было немедленно бежать, если они хотели выжить. Она вспомнила, что АНБУ-нин Леопард обещал их вытащить в случае провала, но это могло занять время — время, за которое всё могло пойти не так.