Глава 414

Примерно дважды в месяц, а иногда и чаще, если выдавалось свободное окно, Такума захаживал в обеденный перерыв в Центральную больницу Мито в Конохе. Там работали Ай и многоуважаемый доктор Оиши, и именно Ай, с ее неуемной энергией, настояла на том, чтобы они обедали вместе хотя бы раз в две недели – «для поддержания дружеских связей и обмена последними сплетнями», как она выражалась. В эту же самую больницу его, полумертвого, привезли после того неудачного, почти фатального покушения, и именно здесь, в этих стенах, пропахших лекарствами и антисептиками, он провел долгие, мучительные месяцы реабилитации и медленного, болезненного восстановления. Каждый коридор, каждая палата вызывали у него сложные, противоречивые чувства.

Поэтому его до глубины души, до скрежета зубовного, взбесило, когда он совершенно случайно обнаружил, что Якуши Кабуто – тот самый Кабуто – тоже работает в этой самой больнице. Под боком у Ай.

Первое, что он сделал, едва оправившись от шока и ярости, – это навёл справки, где этот тип живет и кем конкретно числится в больнице. В местоположении дома Кабуто не было ничего из ряда вон выходящего – обычный район, ничем не примечательная квартира. Но Такуму до дрожи беспокоил сам факт, что этот скользкий тип отирается так близко к людям, которые были ему по-настоящему небезразличны.

Кабуто, как оказалось, появился в больнице через несколько месяцев после того, как Такума отправился на войну. Судя по официальным документам, которые Такуме удалось раздобыть через старые связи, он незадолго до этого завершил медицинское обучение где-то за пределами Деревни Скрытого Листа, получил официальный статус ирьё-нина и, пройдя все необходимые проверки, был принят на работу. С тех пор он также успел поучаствовать в экзамене на чунина, но, по невыясненным причинам, снял свою кандидатуру прямо перед финальным раундом. Еще одна странность в копилку этого типа.

Такума стоял в дальнем конце больничного коридора, залитого тусклым светом люминесцентных ламп, и, стараясь не привлекать внимания, наблюдал, как Ай оживленно, со смехом, болтает с Кабуто у сестринского поста. Со стороны этот Якуши казался совершенно обычным, даже милым и обаятельным молодым человеком – вежливая улыбка, мягкие манеры. Но Такума, знающий его истинную, змеиную сущность, видел в нем лишь серьезную, смертельную угрозу, затаившуюся в самом сердце их мирной жизни.

Лицо его непроизвольно дернулось от гнева и бессильной досады. Ему отчаянно, до боли в кулаках, хотелось подбежать, грубо оттащить Ай от этого типа и строжайше, под страхом всех мыслимых кар, запретить ей даже приближаться к нему. Но он понимал – или, скорее, заставлял себя понимать, – что прямой конфронтации с таким опытным шпионом, как Кабуто, следует избегать любой ценой. Это могло спугнуть его, насторожить, а то и вовсе спровоцировать на непредсказуемые действия. Поэтому Такума терпеливо ждал, стиснув зубы, и подошел к Ай лишь тогда, когда их разговор закончился и Кабуто, одарив ее очередной своей фальшивой улыбкой, удалился вглубь коридора.

— Ну наконец-то! Я уже умираю с голоду! — Ай энергично потерла руки, с неподдельным интересом косясь на бумажный пакет с обедом в руке Такумы. Ее щеки слегка порозовели от смеха.

— Кто этот… парень? С которым ты только что разговаривала? — как можно небрежнее, словно между прочим, спросил Такума, стараясь, чтобы голос не выдал его напряжения.