Глава 649

Глава 649

Букидзюцу славилось эффективным расходом чакры и низким требованием к печатям — отличный плюс для тех, кто не хотел жечь резервы на каждый чих. Однако оно часто деформировало стиль боя: оружие становилось абсолютным центром техники, а всё остальное — подстройкой под него. В этом не было ничего критичного, если боец осознавал это и закрывал свои слабости заранее.

Проблема в том, что многие так не делали.

Многие думали, что освоили оружие — и всё, этого достаточно. А потом получали в челюсть именно в тот момент, когда у них не было времени размахнуться.

Такума не хотел, чтобы Масааки угодил в эту ловушку. Он слишком хорошо помнил, как работает система отбора в Коноху. В Академии Шиноби Скрытого Листа каждому давали шанс проявить себя перед джонином — любому, даже троечнику. А вот из других академий, разбросанных по Стране Огня, на финальный экзамен в деревню отправляли только лучших. Лучших из лучших.

Конкуренция для «чужаков» была дикой.

И хотя об этом не принято было говорить вслух (а джонины и вовсе отнекивались, если их спрашивали напрямую), предвзятость в пользу выпускников местной академии была налицо. Никто не признавался, но все это видели.

Глупо было бы спорить: местная академия была лучшей. Топовые учителя, ресурсы, связи. Плюс в каждом классе была куча клановых детишек, которые уже с пяти лет знали, что такое чакра и как её применить так, чтобы кто-то пожалел.

Неудивительно, что наставники хотели учеников покруче. А именно так и воспринимались дети кланов: как «круче по умолчанию».

Многие джонины использовали этот шанс, чтобы наладить связи с влиятельными семьями. Получить выход на Хьюгу, Акимичи, Нару, Ямана ку — это была валюта. В итоге джонины крайне редко брали команды «со стороны», если только не видели в генине действительно уникальный талант или не получали прямой приказ.

Масааки, Ай и Нэнро были талантливыми ребятами. Очень талантливыми. Но они пострадали из-за этой кривой системы — и это было несправедливо настолько, что Такуме иногда хотелось что-то поломать.

По его прогнозам, Масааки максимум через пару лет должен был получить звание чунина. Стать чунином до двадцати — огромное достижение, которым могли похвастаться далеко не все выпускники Листа. Даже клановые.

— Ты не первый, кто заводит этот разговор, — хмыкнул Масааки.

Такума не удивился. Если уж он об этом заговорил, то кто-то из клана Акимичи — спонсоров Масааки — наверняка уже поднял эту тему. Скорее всего, не раз. Интереснее было другое: почему друг до сих пор цепляется за кастеты, раз разговор уже был?

Упрямство? Или что-то ещё?

— Не вижу смысла менять.

Масааки опустил руку под стол, и через секунду вытащил её обратно — уже с надетым на кулак кастетом. Металл блеснул тускло, но угрожающе, будто молчаливое напоминание о том, чем может закончиться спор.

— Да, мои пальцы зафиксированы. Но разве с другим оружием не так? — Он покрутил кулаком, демонстрируя. — Сжимаешь рукоять меча — заняты пальцы. Держишь древко шеста — тоже. Крутишь цепь нунчаков — одна или обе руки. Чем это отличается от моих кастетов?