Глава 663

Глава 663

=

Оперативники подорвались на ноги с первыми, еще робкими лучами солнца. Тесная конспиративная халупа мгновенно наполнилась привычной, грубой полевой суетой, запахом оружейной смазки и мужского пота.

Пара бойцов уже отчаянно гремела посудой на крошечной кухоньке, соображая на всю ораву нехитрый, но сытный завтрак из концентратов и яиц. Остальные хмуро топтались в коридоре, ожидая своей очереди в душ. Три убогие, заплесневелые кабинки на такую толпу вооруженных до зубов лбов — это даже не смешно.

— Десять минут на рыло, мать вашу! — рявкнул на весь этаж Прыгун, раздраженно тыча мозолистым пальцем в Язо и пару его парней. — На крыше есть кран со шлангом и бочка! Чешите мыться туда, моржи недоделанные! И чтоб до прихода Ласки все были выбриты, в полном параде и в снаряге!

Такума как раз дежурил по кофе. Он сосредоточенно колдовал над медной туркой на плите, следя за поднимающейся пенкой, когда рядом, совершенно бесшумно, выросла высокая фигура.

Он скосил глаза: Зимородок. Лейтенант АНБУ, а значит — самый старший по званию в этом здании прямо сейчас. Мужик с холодными глазами носил волосы цвета жженой карамели, туго стянутые в низкий хвост на затылке. Под его жестким началом ходило целое штурмовое подразделение, включая элитный отряд из одних чунинов (которые сейчас тоже хмуро терлись по углам квартиры), и еще три группы специально натасканных генинов. Зимородок по праву считался одним из самых смертоносных и доверенных лиц Ласки в структуре АНБУ.

Обычно шишки такого ранга, вроде того же лейтенанта Барбари, штаны в пыльных полевых операциях не протирают. Раз уж Зимородок лично приперся в Фунэ, значит, Итачи воспринимает эту заварушку с максимальным градусом серьезности.

— На вчерашнем брифинге ты был не особо разговорчив, Медоед, — негромко, но веско прервал молчание лейтенант.

— Да как-то не о чем было попусту трепаться, — пожал плечами Такума, снимая турку с огня.

— Да неужели? — скептически хмыкнул Зимородок. — Обычно те следаки и разведчики, с кем мне доводится работать в связке, только и ищут повода вставить свои пять копеек и поучить штурмовиков жизни.

Оно и понятно. Специфика штурмовых групп такова, что они всегда вваливаются в дело с ноги на самом финальном этапе, когда кто-то другой уже проделал месяцы львиной, грязной детективной работы. При этом тактический контроль над полевой фазой по уставу переходит именно к командиру штурмовиков, что дико бесит оперативников-следаков, считающих дело «своей личной добычей». Мериться эго в таких ситуациях — заезженная классика жанра.

— Если бы я увидел, что план откровенно смердит и мы строем идем на верную смерть — я бы рот открыл, не сомневайся, — спокойно ответил Такума, разливая густой, черный как смола кофе по кружкам. — Не парься, мы путаться под ногами не будем. Если понадоблюсь — командуй мной и моими людьми, как своими парнями. У нас одна цель.

В конце концов, у штурмовиков практического опыта в таких кровавых замесах было на порядок больше. А учитывая, какие ставки висели над ними невидимым топором, мотивации сделать всё хирургически чисто у Зимородка хватало с лихвой.