Глава 213. Банкай и Пантера

Наруто и Курама внимательно наблюдали за происходящим со стороны. Они следили не только ради безопасности Ичиго, но, и чтобы самим научиться чему-то новому. Несмотря на то, что они уже тренировались в достижении банкая вместе с Бьякуей и Гином Ичимару, им ни разу не доводилось видеть материализацию чужого занпакто. После того, как два Девятихвостых назвали истинное имя и слились воедино, стало необходимым попробовать достичь банкая не только с клинком «Курама», но и со своим собственным мечом. Такой наглядный опыт мог оказаться бесценным.

На тренировочной площадке Ичиго без колебаний вонзил меч в «Тэншинтай».

— Но сейчас у нас нет другого выбора, верно? — произнес он решительно. — Я не хочу, чтобы меня кто-то защищал.

Реяцу хлынула потоком, и меч в его руках раскололся, рассыпавшись на черные нити, которые растянулись вверх и вниз. Из этих нитей возникла темная фигура и метнулась к Ичиго.

— У тебя очень твердые убеждения, Ичиго, — произнес глубокий, уверенный голос.

Перед ними предстал зрелый мужчина с серьезным лицом, в защитных очках и черном плаще.

Ичиго Куросаки обернулся: — Дядя Зангецу.

— Ты все слышал? — посмотрела на него Йоруичи.

— Разумеется, — кивнул «Зангецу».

Йоруичи переместилась мгновенным шагом к Наруто: — Сражайся как хочешь, начинаем прямо сейчас.

Реяцу расстилалась вокруг, превращая пространство во владения «Зангецу». Наруто склонил голову, пристально разглядывая фигуру в черном плаще. Ему показалось, что тот только что обратил на него особое внимание. К тому же эта реяцу немного отличалась от обычной силы шинигами — она напоминала то, что было у них с Девятихвостым, словно «иная сила» трансформировалась в «силу шинигами».

— Так вот она какая, материализация, — проворчал Курама, устроившись на плече Наруто. — А я-то думал, будет что-то более эффектное.

— Источник силы явил себя.

— Тогда это…

— Мы с самого начала были такими.

— Наруто, ты уже освоил банкай?

Что касается банкая, Курама тоже кое-что понимал — это было одним из немногих предметов, которые он изучал с особым усердием. Битва и «подчинение» были не единственным путем; примирение тоже могло стать решением. Если раньше об этом говорить было рано, то теперь, когда он назвал Наруто свое имя, это, без сомнений, можно было считать истинным примирением.

— Нет, — покачал головой Наруто.

Курама удивленно покосился на него.

— Сейчас я уже могу использовать всю твою силу, — Наруто отвел взгляд, наблюдая, как Ичиго терпит поражение за поражением в бою с «Зангецу». — Если идти дальше… возможно, и твоя сила, Курама, должна продвинуться дальше.

Он не договорил, но Курама задумчиво произнес: — Так вот почему ты спрашивал, можно ли их привести — тоже ради банкая?

Он прекрасно помнил, что сам рассказал об этом Наруто. Все хвостатые звери черпали силу из «божественного древа». Значит, чтобы продвинуться дальше, нужно было вернуться к истокам и попытаться получить силу божественного древа?

Наруто кивнул.

— Можно попробовать, — отозвался Курама с ухмылкой. — Звучит занятно.

Наруто продолжал наблюдать за Ичиго Куросаки. Этот юноша был поистине талантлив. Поначалу он не мог держать удар, но после нескольких попыток уже сражался на равных, а за день достиг такого уровня, что не отставал, временами даже загоняя «Зангецу» в угол. Вот только меч раз за разом ломался, из-за чего все попытки оставались безрезультатными.

— Не подчинение, а поглощение, — Курама, похоже, заметил суть проблемы и погрузился в размышления.

Наруто кивнул: — Похоже, ситуация у Ичиго примерно, как у нас.