Глава 56. Там, где нет солнца

Наруто предстал перед главнокомандующим Ямамото с докладом о последних событиях.

— За полгода? А старик-то думал, что ты справишься быстрее, — спокойно произнес главнокомандующий Ямамото.

Наруто склонил голову.

— Впрочем, ты превзошел мои ожидания, достигнув такого уровня. Наруто, ты поистине достойный капитан, — продолжил главнокомандующий. — Возвращайся и передай Саджину — пусть готовится принять должность капитана девятого отряда.

— Разве не нужно проходить аттестацию? — удивленно спросил Наруто.

— А разве она уже не пройдена? — парировал главнокомандующий.

— Капитаны Рецу, Сюнсуй и Шиба дали положительные отзывы.

— Неужели ты, как главный экзаменатор, недоволен результатами Саджина?

Наруто покачал головой. Он, безусловно, признавал способности Саджина Комамуры, который прекрасно справлялся как с отрядными делами, так и демонстрировал выдающиеся личные навыки. Просто он не ожидал, что главнокомандующий воспримет его предложение как прямую оценку готовности Саджина Комамуры к должности капитана.

«Вот он, уровень мышления главнокомандующего?» — подумал Наруто, отмечая для себя еще один урок.

Когда Наруто передал новости Саджину Комамуре, тот искренне обрадовался. Девятый отряд стал для него настоящим домом — там служил его первый друг, Тоусен Канаме, который теперь исполнял обязанности лейтенанта отряда.

Семь лет спустя наконец определились с кандидатурой на пост капитана второго отряда. Им стала Сой Фон из клана Фон, младшей дворянской семьи, подчиненной клану Шихоин. Должность капитана двенадцатого отряда занял бывший третий офицер и заместитель руководителя Научно-исследовательского института Маюри Куроцучи.

Этот человек совершенно не нравился Наруто. Хотя Киске Урахара высоко его оценивал, называя гением, уступающим в уме только себе, от Маюри исходила зловещая аура. Его взгляд на Наруто ничем не отличался от взгляда на исследовательские материалы на столе. Впрочем, так он смотрел на всех, кроме Киске Урахары — одинаково холодным, оценивающим «исследовательским» взглядом. Неудивительно, что его заключили в «Гнездо личинок» — тюрьму для тех, кого признали потенциально опасными для Сейрейтея.

Бьякуя Кучики занял пост третьего офицера шестого отряда, где капитаном служил его дед, а лейтенантом — отец. Его ровесник и равный по таланту, Гин Ичимару, уже стал лейтенантом пятого отряда. Ходили слухи, что оба начали изучать банкай, готовясь к будущей должности капитана.

К этому времени инцидент с «пустофикацией капитанов» был почти забыт. Хотя Наруто, преследовавший преступников Киске Урахару и Йоруичи Шихоин, имел все основания расследовать правду об этом деле, Совет сорока шести всячески препятствовал этому. Каждая попытка Наруто изучить документы и провести расследование пресекалась их категоричным приказом.

Наруто продолжал наблюдать и за Соске Айзеном, но тот ничем не выделялся. Айзен оставался все тем же добрым человеком — заботился о подчиненных, усердно выполнял обязанности, и даже став капитаном, не забыл о договоре с директором академии: каждый год лично присутствовал на церемонии поступления новичков, выступал с речью и поздравлениями. По сравнению с ним лейтенант пятого отряда, один из друзей Наруто, Гин Ичимару, больше походил на закулисного злодея.

Прошло двенадцать лет в Обществе душ. В воздухе кружились лепестки сакуры. Наруто проснулся и открыл глаза — он находился уже не в казармах седьмого отряда, а снова в той самой гостинице. Карин спала на кровати неподалеку.

— Что такое, Наруто? — сонно пробормотала она, потревоженная его движением.

— Ничего, просто закончил тренировку, — ответил он.

Карин что-то невнятно пробормотала и снова погрузилась в дрему.

Сложив печати, Наруто создал теневого клона.

— Я ненадолго выйду. Клон защитит тебя, — сказал он.

Клон приветливо помахал рукой, а Наруто исчез в шунпо.

Ему нужно было вернуться в Коноху. Не потому, что он все еще что-то чувствовал к этой деревне — просто вспомнил о генине по имени Рок Ли. Тогда его навыков исцеляющего кидо не хватало, но после двенадцати лет обучения у капитана Уноханы в Обществе душ его целительские способности значительно улучшились. Теперь должно получиться.

Наруто не стал скрывать своего присутствия и открыто вошел в Коноху, направляясь прямо в больницу. Анбу тут же забили тревогу — возвращение джинчурики не предвещало ничего хорошего. Ведь уходя днем, он собственноручно убил двоих и пригвоздил их тела к главным воротам Конохи. Это был недвусмысленный сигнал о нападении.

Кто-то пытался следить за ним, но не мог угнаться за его скоростью. Информация молниеносно достигла резиденции Хокаге, а оттуда попала к Джирайе и Какаши.

У входа в больницу Конохи стремительно приземлились две фигуры.

— Точно известно, что цель Наруто — здесь? — Джирайя поднял голову, глядя на бойца Анбу на крыше.

Тот не успел ответить — золотая вспышка, и Наруто появился перед ними, используя шунпо.

— Наруто, — тихо произнес Какаши.

— Почему ты вернулся? — Джирайя натянуто улыбнулся, стараясь говорить непринужденно. — Передумал?

— Просто вспомнил, что не закончил одно дело, — ответил Наруто. — У меня появились идеи насчет травм Рок Ли, хочу попробовать его исцелить.

Какаши вздрогнул, его медленно поднимавшаяся рука вдруг опустилась. Значит, он пришел спасти ученика Гая. А он-то думал… Наруто не враг.

Лицо Джирайи тоже немного расслабилось:

— Все еще заботишься о друзьях, да? На самом деле, Наруто, ты ведь тоже не можешь отпустить Коноху, верно? Кохару и Хомура пообещали мне, что они…

Наруто покачал головой и тихо усмехнулся. В Обществе душ тоже есть тьма, но там хотя бы есть солнце — главнокомандующий Ямамото. Где солнце Конохи?

Он повернул голову и поднял руку. Чакра хлынула потоком, золотая цепь вырвалась из его ладони, ударила в тень, захватила человека и с силой швырнула его на землю.

Джирайя и Какаши обернулись, их зрачки расширились от удивления. Хотя незнакомец внешне почти не отличался от обычного члена Анбу, с первого взгляда было ясно — этот шиноби, чья маска отличалась от стандартных звериных, принадлежал к «Корню». Он был частью сил того человека.

— Если действительно обещаете, то докажите свою искренность, — Наруто придавил ногой все еще пытавшегося вырваться человека, его чакра хлынула мощным потоком, парализуя противника.

Склонившись, он одним движением сорвал с пленника маску, заставил открыть рот и вытащил его язык. На нем отчетливо виднелась печать в виде двух знаков «гуа».

— Выдадите мне этого человека, чтобы я с ним разобрался? — Наруто поднял голову, пристально глядя на обоих.

Было очевидно, что под «этим человеком» Наруто подразумевал вовсе не шиноби, чей язык он держал. Он говорил о том, кто послал этого члена Корня, о том, кто использовал технику печати. О главном зачинщике, который среди бела дня отправил безликих шиноби преследовать и останавливать Наруто.

Джирайя открыл рот, но не смог произнести ни слова. Какаши затаил дыхание.

— Если не можете этого сделать, не бросайтесь такими высокопарными словами, как «обещание», — Наруто отбросил человека и прошел между ними. — Без решимости стать солнцем не обманывайте других, заставляя их верить, что вы — солнце.