Глава 230

Это имело ужасающий смысл. Почему их учитель защищал старого военного ястреба, когда тот переступал черту, почему он всегда держал его рядом, несмотря на то, сколько раз он действовал за спиной Хокаге и Совета. Он организовывал множество незаконных мероприятий, проводил многочисленные операции без разрешения или ведома Хокаге.

Различные акты откровенного предательства, которые Хирузен оставил без внимания или просто наказал его пощечиной.

«Однажды он даже пытался убить меня».

Цунаде и Джирайя замолчали.

«И это проклятое гендзюцу», — его руки крепко сжимали простыни. «Просто заставило меня предупредить его. В течение многих лет он пытался свергнуть меня, делал все возможное для достижения своих собственных целей, утверждая, что это было сделано для «защиты деревни». Но этот человек всегда заботился только об одном — о себе».

Сандайме ворчал, откинувшись на подушку: «Напрашивается вопрос, что он делал, пока я был его маленькой марионеткой». Хирузен усмехнулся, а затем успокоительно вздохнул: «Я хочу, чтобы командир Фокс и АНБУ обыскали каждый уголок деревни. Не оставляйте ничего на волю случая, проверьте каждое здание, парк, тренировочные площадки, святилища и замок Кикё. Я хочу, чтобы все места, которые он использовал, были найдены, проверены и уничтожены».

«Последняя часть — это уже слишком, не находите, сенсей?» Джирайя вопросительно поднял бровь; «Если ничего другого не остается, мы могли бы использовать…» Он замолчал, встретив взгляд Хирузена. Он хорошо запомнил выражение лица Хирузена, когда понял, что попал в настоящую беду.

«Коноха достаточно долго терпела пятно от махинаций Данзо. Любое наследие, созданное этим человеком, будет сожжено дотла, пока он сам не будет похоронен в земле!» прорычал пожилой мужчина.

«Мы уже опросили клан Шимура, — добавил Джирайя, — они ничего не знают о его нынешнем местонахождении, и я склонен им верить». Данзо долгое время жил отдельно от остальной семьи. Даже его сын не выглядел удивленным, когда мы рассказали ему о его поступке. Они явно ничего от него не скрывают».

Цунаде скрестила руки под бюстом: «Мы можем позволить Фоксу и АНБУ разобраться с этим. Твое здоровье важнее сенсея». Хирузен ворчал, но не отвечал: «После этого останется вопрос преемственности, и я возьму на себя ответственность».

«Это мы можем убрать с дороги». Сандайме перевел взгляд на дверь; «Игуру!» Один из охранников АНБУ быстро вошел и с поклоном опустился на колени; «Принесите мне мою шляпу».

«Есть!» Без лишних вопросов АНБУ исчез через шуншин.

Саннин и одинокий доктор вопросительно переглянулись, пока Игуру не вернулся с шапкой Хокаге и не передал ее Хирузену. Вскоре пожилой каге приказал Сенджу подойти ближе. Медленно повинуясь, Цунаде подошла к своему сенсею, чтобы он надел шляпу ей на голову.

«Теперь ты Годайме Хокаге. Удачи.»