Глава 632

Применяя Мусо но Хитотати, он намеренно немного сместил удар, поэтому Ягура Каратачи остался жив, хотя и получил тяжелейшие ранения.

Впрочем, Ягура оказался единственным выжившим — остальные шиноби Киригакурэ, бежавшие вместе с ним, были мертвы. Обито и другие ученики не имели возможности сдерживаться в пылу сражения и бились насмерть, поэтому неудивительно, что им не удалось взять никого живьем.

— Командующий Макото, это… Ягура Каратачи? Вы его живьем взяли? — поспешно спросил Мимура Хамаки, глядя на тяжелораненого врага, которого Макото держал в руке.

Захватить в плен настолько сильного шиноби было задачей запредельной сложности. Ниндзя уровня и статуса Ягуры, как правило, владели множеством тайн Киригакурэ и в большинстве случаев предпочитали погибнуть в бою, нежели сдаться вражеской деревне. Ведь то, что ждало их в плену, могло оказаться в десятки раз мучительнее смерти.

Но невероятная сложность сулила и колоссальную выгоду. Захватив Ягуру Каратачи, Коноха могла как выбить из него секреты Тумана, так и использовать его в качестве мощнейшего козыря на будущих переговорах.

— Да, — лаконично кивнул Макото.

Поскольку Мимура Хамаки уже видел, как Макото в одиночку разгромил тысячную армию, сейчас он не так сильно удивился, лишь в очередной раз убедившись в надежности своего командира.

«Даже если бы он взял с собой всего сотню человек, исход этой битвы, скорее всего, остался бы неизменным», — мысленно вздохнул Мимура Хамаки. Отправляясь в путь, он полагал, что Макото ничего не смыслит в тактике, но после боя осознал, что это он сам ничего не смыслил в истинной силе Макото…

Подавляющее большинство ниндзя Тумана валялись на земле без сознания, а их лидер был захвачен. Нервное напряжение, сковывавшее войска Конохи, наконец-то сменилось ликованием. В самом начале, когда они только увидели армию Киригакурэ, превосходящую их числом почти вдвое, у некоторых шиноби Конохи чуть ли не вся жизнь перед глазами пронеслась.

«Кем приходится господин Макото Первому Хокаге? Дальним родственником?» — некоторые ниндзя не могли удержаться и то и дело бросали на Макото украдкие взгляды, пытаясь найти в нем черты Сенджу Хаширамы. Пусть Макото и не носил легендарную фамилию, нельзя было исключать, что его предки по материнской линии были связаны с кланом Сенджу.

Тот же Мокутон и столь сокрушительная мощь в таком юном возрасте — трудно было не провести параллели с Богом Шиноби. Это казалось пришествием нового Сенджу Хаширамы. Конечно, дальше шепота и догадок дело не шло — вслух никто не решался задавать такие вопросы.

Спустя некоторое время на место прибыли отряды Чен-сенсея. Они неслись во весь опор, готовые в любую секунду вступить в кровопролитную схватку. Чен-сенсей, подавая пример своим людям, вырвался вперед с помощью Техники Телесного Мерцания, но вместо ожесточенной битвы увидел лишь валяющихся повсюду врагов и спокойных ниндзя Конохи, зачищающих поле боя.

Чен-сенсей остолбенел. «Какого черта? Разве здесь не должна была развернуться битва не на жизнь, а на смерть? Где кризис высочайшего уровня?» — мелькнуло у него в голове. Он-то уже морально приготовился вместе с Майтом Гаем прорубать путь сквозь вражеское оцепление, а в итоге увидел эту мирную картину.

Войска Чен-сенсея тоже пребывали в растерянности. Некоторые из них участвовали в предыдущей неудачной кампании и решили, что в этот раз они снова угодили в какую-то изощренную ловушку. Вслед за этим Чен-сенсей обратил внимание на странность: повсюду виднелись деревья неестественных форм и невероятно толстые, длинные лианы, не вписывающиеся в обычные законы природы.

«Это же ниндзюцу Стихии Дерева Первого Хокаге!» — в памяти Чен-сенсея начали всплывать смутные воспоминания о первых годах существования Конохи. Он был намного старше Мимуры Хамаки и в свое время собственными глазами видел, как сражался Сенджу Хаширама. Хоть масштаб и уступал тому, что сохранилось в его памяти, сомневаться не приходилось — это, без сомнения, был Мокутон!

— Прошу прощения, заместитель командующего Чен, в этот раз я неверно оценил расклад сил. Нам ничто не угрожало, армия Киригакурэ уже разбита, — неловко объяснил Мимура Хамаки. Тогда, увидев выбегающих из засады шиноби Тумана и неподвижно стоящего Макото, он в панике приказал запустить сигнальную ракету. Он никак не ожидал, что сила Макото настолько превосходит любые расчеты.

— Но вы прибыли как нельзя вовремя. В этот раз мы захватили огромное количество пленных. Нам потребуется интеграция всех сил, чтобы надежно их контролировать.

Строго говоря, сигнальную ракету все равно пришлось бы запускать, просто Хамаки ошибся с типом сигнала.

— Кто-то применил Мокутон? — Чен-сенсей обвел взглядом поле боя и остановил взор на Макото, который как раз о чем-то беседовал со своими учениками. Хоть Макото никогда раньше не демонстрировал владение Стихией Дерева, среди всех присутствующих лишь он обладал достаточной силой для создания техники такого масштаба.

— Да, это дело рук командующего Макото, — подтвердил Мимура Хамаки. — В том, что мы одержали победу, почти целиком его заслуга. Он в одиночку одолел большую часть ниндзя Киригакурэ, а также взял живым их командира — Ягуру Каратачи.

Чен-сенсей с искренним изумлением уставился на Макото. Даже догадываясь о подобном, слышать подтверждение было поразительно. Кеккей генкай самого Бога Шиноби… неужели он вот так, без лишнего шума, возродился?