Глава 669

Глава 672. Отчаяние перед лицом истинной мощи

— Превращайся, противник крайне опасен, — быстро скомандовал Сарутоби Хирузен.

Энма мог обеспечить максимальную эффективность взаимодействия, лишь превратившись в Алмазный Посох-Желание, создавая эффект, где один плюс один гораздо больше двух. Понимая серьезность ситуации по лицу Хокаге, Энма без лишних слов принял форму посоха.

Хирузен перехватил оружие и нацелил его в верхнюю часть тела Макото.

Шух!

Почти мгновенно Алмазный Посох-Желание удлинился, вонзаясь в сторону Соускэ. Однако, когда кончик посоха оказался всего в трех сантиметрах от тела Макото, он перестал расти.

Выражение лица Хирузена не дрогнуло. Крепко сжимая посох, он влил в него чакру и с силой толкнул вперед. Но Алмазный Посох по-прежнему застыл в трех сантиметрах перед Макото, будто вся приложенная сила Хирузена была поглощена неким таинственным присутствием.

«Вокруг него невидимый щит?»

Убедившись, что тайдзюцу тоже едва ли принесет результат, Хирузен лихорадочно начал обдумывать дальнейшую тактику. С этим ниндзюцу Соускэ было невероятно трудно совладать: оно идеально блокировало и техники, и физические атаки — это было за гранью разумного. К тому же абсолютное спокойствие Соускэ не давало Хирузену понять предел прочности этой защиты.

В этот момент из Алмазного Посоха внезапно высунулись две руки Энмы, яростно потянувшись к Макото. Хирузен же отпустил посох и стремительно сложил печати, готовясь наложить гендзюцу.

Он был шиноби, развитым во всех направлениях, и владел множеством иллюзий. Метод атаки гендзюцу был специфичен: он воздействовал напрямую на пять чувств врага, а значит, должен был обойти физический щит Соускэ.

— Демоническая иллюзия…

Но как раз в тот миг, когда Хирузен готов был выпустить технику, перед его глазами произошло нечто невообразимое.

Золото. Правый глаз Соускэ внезапно вспыхнул захватывающим дух золотым светом! Левый же глаз превратился в до боли знакомый Хирузену Бьякуган.

— Дайкокутэн!

Хирузен даже не успел удивиться, как над ним возник огромный черный куб.

Шух!

Оказавшись в густой тени, Третий Хокаге без колебаний бросил попытку наложить гендзюцу. Выплеснув чакру, он использовал Технику Телесного Мерцания, чтобы уйти с траектории удара.

БАБАХ!!

Массивный куб рухнул на то место, где мгновение назад стоял Хирузен, покрыв землю сетью глубоких трещин. Тот даже не взглянул на куб — его разум разрывался от загадки происходящего.

Что это за золотой глаз, Хирузен не знал, но левый глаз Соускэ… это же был Бьякуган их собственной Конохи! Но как обычный глаз может превратиться в Бьякуган?

В отличие от Шарингана, который в неактивном состоянии ничем не отличается от обычного глаза, Бьякуган всегда выглядит иначе. К тому же Соускэ не принадлежал к клану Хьюга. Бьякуган можно получить только пересадкой, и даже тогда контролировать его включение и выключение практически невозможно.

— Бьякуган… Но как это возможно? — Митокадо Хомура тоже застыл в недоумении. Каким образом здоровые глаза вдруг превратились в Бьякуган?

Хомура несколько раз проверил свою систему циркуляции чакры, чтобы убедиться, что не попал в иллюзию. Это была реальность. Даже Орочимару не смог сдержать изумления. Если бы у Соускэ просто был Бьякуган, он бы удивился, но не сильно — глаза Хьюга иногда утекали из деревни. Но вот такая форма — глаз, выглядящий как обычный до момента активации — об этом Орочимару никогда не слышал.

— Откуда у него Бьякуган?! — джонины Конохи впали в коллективный ступор. Они не ожидали увидеть наследственную черту своего клана у врага.

Взоры джонинов невольно обратились к одному человеку в их рядах. Среди охранников, выбранных Хирузеном, как раз был ниндзя из клана Хьюга — Хьюга Хизаши. Почувствовав на себе взгляды коллег, Хизаши лишь покачал головой. Он, как член клана, понимал в ситуации не больше их. Роду Хьюга уже больше тысячи лет, но Хизаши мог поклясться: он никогда не слышал о Бьякугане, который скрывается под маской обычного глаза.

«Золотой глаз…» — в отличие от остальных, Шисуи больше беспокоил правый глаз Соускэ. Бьякуган был известным додзюцу, но правый глаз лидера Ниншу не вызывал у Шисуи никаких ассоциаций.