Глава 680

Глава 683. Вступление в должность

Шестнадцатое октября для Конохи должно было стать самым обычным днём. Однако после этого года всё изменится — возможно, кто-то спустя много лет вспомнит, что именно в этот день, шестнадцатого октября, Четвёртый Хокаге вступил в свои права.

— Да не толкайтесь вы, меня уже почти в саму Резиденцию вжали!

— Назад, примите немного назад! А то пропустим всё и не увидим Помощника Макото… Ой, то есть Четвёртого-сама!

Перед Резиденцией Хокаге собрались толпы ниндзя и простых жителей, с нетерпением ожидая завершения официальной части. Сама церемония вступления в должность Хокаге проходила на крыше здания. Из соображений безопасности и из-за ограниченного пространства наверх допустили лишь малую часть элитных джонинов.

Остальным шиноби и жителям оставалось только ждать внизу. По традиции, когда действующий глава передаёт преемнику символическую шляпу Хокаге, новый лидер выходит к самому краю крыши, чтобы произнести перед народом краткую инаугурационную речь. Здание Резиденции было высоким, так что, чтобы хорошо рассмотреть Макото, нужно было занять правильную позицию — не слишком близко, но и не слишком далеко. Лучшие места были нарасхват, поэтому в толпе то и дело возникала давка.

К счастью, вокруг было полно ниндзя, так что до несчастных случаев не доходило — если кто-то спотыкался, стоящие рядом шиноби тут же реагировали.

В отличие от шумной площади, на крыше царила тишина. Никто не проронил ни слова. Слышны были лишь приглушённые голоса снизу да шелест одежды от порывов прохладного осеннего ветра.

Сарутоби Хирузен стоял в самом центре площадки. Макото стоял прямо напротив него, на расстоянии около трёх метров. Позади Хирузена замерли советники — Митокадо Хомура и Утатане Кохару. Рядом с Хомурой стоял Ягура Каратачи, прибывший как посланник от Киригакурэ.

Чуть дальше полукругом расположились прославленные джонины Конохи: Орочимару, Цунаде, Чен-сенсей, Намикадзе Минато. В этом же ряду стояли главы влиятельных кланов и руководители ключевых отделов, такие как Нара Шикаку, Акимичи Чоза и Учиха Фугаку.

Помимо должностей и заслуг, на место в первом ряду давал право и особый статус. Например, Кушина, хоть и не обладала такой славой, как Минато, и не возглавляла клан или подразделение, была джинчурики. Она стояла в первом ряду прямо рядом с мужем.

Рядом с ними, во втором ряду, расположились ветераны вроде Мимуры Хамаки, а за ними — «молодая кровь»: Обито, Шисуи, Какаши. Рин по статусу не должна была здесь находиться, но как ученице Макото ей сделали исключение. Было бы неловко, если бы её товарищи по команде наблюдали триумф учителя с крыши, а она — снизу, наравне с Ямато, который ещё даже не был ниндзя.

Сарутоби Хирузен пристально смотрел на Макото. Тот уже облачился в белоснежную мантию Хокаге, и до завершения образа не хватало лишь одного последнего штриха — шляпы.

Макото удивительно шла эта одежда. Казалось бы, простой белый плащ, но на Макото он смотрелся необычайно ярко и свежо. Глядя на него, Хирузен невольно почувствовал укол зависти. Его собственная церемония когда-то была донельзя упрощённой из-за экстренных обстоятельств военного времени. Формальность, которую провели просто потому, что так надо. Было жаль, что такой ритуал, бывающий раз в жизни, у него прошёл «кое-как».

Подумав об этом, Хирузен глубоко вдохнул, снял шляпу Хокаге и бережно взял её обеими руками. Он не мог вернуться в прошлое и изменить свою церемонию, но он сделает всё, чтобы вступление Макото в должность прошло идеально и без сожалений.

Топ. Топ.

Хирузен торжественно и медленно направился к Макото. Каждый его шаг гулко отдавался в тишине.

«Когда-нибудь я тоже хочу, чтобы Макото-сенсей вот так передал шляпу Хокаге мне!» — глядя на это, Обито почувствовал, как в груди вскипает небывалый азарт. Со времён поступления в Академию он через многое прошёл и сильно изменился, но его мечта осталась прежней: он станет Хокаге! Тем, кто искоренит войны и сделает жизнь в Конохе лучше для каждого!

Раньше Обито терпеть не мог книги и засыпал над ними в первую же минуту. Но осознав, что без знаний ему не стать хорошим лидером, он начал заставлять себя учиться. Теперь даже учебник по математике, его старый ночной кошмар, не вызывал у него ни капли сонливости.