Часть 177
Глава 177.
Итачи был вполне доволен своим новым домом.
Хотя он находился на самом краю деревни, вдали от её центра, здесь располагался священный храм Нака — место, откуда начиналась история клана Учиха. Но больше всего радовало Итачи другое: из-за удалённости от основной части деревни местность была окружена густыми лесами, а значит, ему больше не приходилось беспокоиться о поиске подходящего места для тренировок.
Кроме того, если пройти ещё немного дальше, можно было пересечь границу деревни. Клан Учиха обладал контролем над этой частью защитного барьера, и Итачи мог выходить за пределы Конохи, чтобы исследовать окружающие леса, полные тайн и испытаний.
Но что ещё важнее, это место казалось ему идеальным для Саске — тихим, красивым, словно созданным для того, чтобы его младший брат рос в мире и гармонии.
По крайней мере, сам Итачи так считал.
Однако взрослые, похоже, думали иначе.
С того момента, как было принято решение переселить их клан в эту часть деревни, всё чаще к отцу приходили молодые, полные негодования шиноби.
Подозрения.Преследование.
Наблюдение.
Дискриминация.
Произвол.
Эти слова, окрашенные гневом и отчаянием, звучали в доме всё чаще, разносясь эхом из комнаты отца.
Итачи прекрасно понимал, почему взрослые были недовольны.
Хотя нападение Девятихвостого давно закончилось, руководство деревни подозревало, что к нападению мог быть причастен кто-то из Учиха. По приказу Пятого Хокаге их клан был переселён на самую окраину Конохи, и при этом им даже не дали возможности оправдаться.
Он понимал гнев старших.
Но что теперь поделаешь? Решение уже принято. Разве не разумнее было бы направить силы на обустройство новой жизни, вместо того чтобы тратить их на бессильное негодование?
После нападения Кьюби вся деревня была в руинах. Почему взрослые думают, что страдания коснулись только их клана?
Столько людей потеряли семьи, столько остались без крова. По сравнению с теми, кто оказался вынужден скитаться, клан Учиха хотя бы получил место для переселения, пусть и не самое удобное. Разве это не повод быть благодарными?
Но взрослые не желали видеть ничего, кроме обиды и гнева.