Часть 228

Глава 228.

Новый год.

Данзо, лидер деревни, облачённый в прошлогоднее кимоно «Четыре благородных мужа», своим примером демонстрировал бережливость и скромность, прививая эти ценные качества своим подчинённым и всей деревне.

С самого утра в резиденцию клана Шимура стекался нескончаемый поток посетителей. Первыми прибыли старые товарищи: Митокадо Хомура, Утатане Кохару и Акимичи Чойза.

«Не хватает только Сарутоби», – заметил после пары чашек чая дородный глава клана Акимичи. Выражение лица Данзо осталось неизменным, но он, взяв свою чашку, дал понять, что аудиенция окончена.

Первым делом по возвращении в деревню Данзо снял Сарутоби Хирузена с должности советника. Похоже, тот предвидел подобный исход и не стал спорить, безмолвно затворившись в собственном доме, словно добровольно заключив себя под домашний арест. Такая покорность, напротив, связала Данзо руки. Он ограничился лишь отправкой двух отрядов Анбу для символического наблюдения за бывшим Третьим Хокаге.

Стоит отметить, что из-за миссии по поимке Орочимару некоторое время не было никаких вестей о Юхи Куренай и Митараши Анко, и их судьба оставалась неизвестной. Это привело к взрыву эмоций у юного бунтаря Сарутоби Асумы. После ссоры с отцом он под покровом ночи покинул деревню и отправился в столицу Страны Огня.

Позже, когда обе девушки были возвращены, Асума уже вступил в ряды Двенадцати Стражей-ниндзя и, найдя себе занятие по душе, решил не возвращаться. Будь то кто-то другой, его бы немедленно объявили ниндзя-отступником.

Однако Асума происходил из влиятельной семьи, был учеником Данзо и вырос под присмотром двух советников. Поскольку все члены совета решили закрыть глаза на эту ситуацию, имя Асумы словно исчезло из списков шиноби Конохи.

Мятеж сына окончательно подкосил и без того уставшего Сарутоби Хирузена. Согласно докладам Корня, его волосы полностью поседели, а лицо покрылось старческими пятнами, словно он был на пороге смерти.

После визита старых друзей настала очередь глав кланов и джонинов.

«В новом году нам всем нужно сплотиться, чтобы восстановить деревню», – обратился Данзо к собравшимся. Он сидел во главе зала, а по обе стороны от него, на татами, расположились главы кланов и элитные джонины: Учиха Фугаку, Хьюга Хиаши, Нара Шикаку, Абураме Шиби и другие.

После обмена формальными любезностями все, словно сговорившись, покинули резиденцию до обеда.

«Наруто!!» – раздался разъярённый крик. С лестницы стремительно спустилась стройная женщина с длинными чёрными волосами и красивым лицом. Она схватила светловолосого малыша, который едва держался на ногах, и принялась его отчитывать.

«Это… внук Хо… Хокаге?» – неловко поинтересовался Яманака Иноичи, глядя на плачущего ребёнка с усами, нарисованными сливками, и остатками молочной каши на щеках, руках и одежде. К счастью, Нара Шикаку вовремя наступил ему на ногу, и тот поспешно исправился.

«Как ты смотришь за ребёнком? Вечно он у тебя чумазый», – Данзо, услышав шум, вышел из зала. Увидев Кушину, применившую хенге, он нахмурился и сделал ей замечание.

Её сендзюцу было далеко от совершенства, и каждую неделю ей приходилось посещать пещеру Рьючи, чтобы три Принцессы помогли ей сбалансировать природную энергию. В её отсутствие за Наруто присматривала Пакура, у которой было больше свободного времени. В результате ребенок относился к матери с явной настороженностью. Кушина же, боясь, что сын будет голодать в её отсутствие, постоянно перекармливала его по возвращении. Порции были настолько огромными, что даже взрослому Данзо казалось это чрезмерным. Оставалось лишь гадать, как маленький Наруто умудрялся всё это съесть.