Часть 391
Глава 391.
«После того, как я поглотил Кушину, всё действительно изменилось».
Раньше когда Данзо использовал Силу Небесной Руки, каждое применение съедало десятую часть его чакры. В битве с Пейном, чтобы разрушить Чибаку Тенсей и создать совершенного Сусаноо, даже с помощью богини Тагори-химе, которая помогала преобразовывать чакру в сен-чакру, он едва не исчерпал все свои силы до дна. Но теперь расход на Силу Небесной Руки не достигал даже одного процента.
Лишь формирование совершенного Сусаноо заставило его почувствовать небольшое уменьшение собственной чакры.
«Объём чакры, заключённый в Теле Отшельника, просто до абсурда огромен».
Вспомнив, что у маленького Наруто в четыре-пять лет запас чакры уже превосходил Какаши, Данзо на мгновение озарило пониманием. Если бы он знал, что ощущение бесконечного источника чакры настолько великолепно, то забрал бы всё у Кушины сразу же, как только Орочимару закончил разработку теории.
Тем временем лицо Учихи Мадары напротив потемнело настолько, что, казалось, вот-вот начнёт капать водой.
«Чьи Шаринганы эволюционировали в твои глаза?»
Раньше он не задумывался об этом, но увидев, что противник также может использовать совершенного Сусаноо, он наконец понял. Если его Ринненган эволюционировал из собственного Шарингана, соединённого с клетками Хаширамы, то глаза Данзо, очевидно, прошли тот же путь.
Видеть, как чужак использует родовой Кеккей Генкай на таком уровне, достигнув предельной эволюции, которую сам Мадара завершил лишь перед смертью, приводило высокомерного Учиху, признававшего только Хашираму, в неимоверную ярость.
«Это были глаза моего близкого друга, Учихи Кагами».
«Того предателя клана, который унижался перед Тобирамой!»
Когда только основали Академию ниндзя, Кагами, будучи членом клана Учиха, не только присоединился к ней, но и стал учеником Тобирамы Сенджу — это было неслыханно. Мадара не имел ничего против школы, но глубоко ненавидел Второго Хокаге. Любой, кто был близок к Тобираме Сенджу, вызывал его неприязнь — за исключением Хаширамы.
«Кагами — герой клана Учиха. Если бы не его ветвь, возможно, между деревней и твоим кланом давно бы возник конфликт с непредсказуемыми и серьёзными последствиями».
Это была правда. Если бы не Кагами, а затем Шисуи и Итачи — люди с ясным умом — Данзо давно бы безжалостно устранил эту потенциальную угрозу.
«Молодой похититель силы Учих, ты действительно разгневал меня».
Учиха Мадара теперь был по-настоящему взбешён. Вся его ярость — от поражения от руки Хаширамы, ненависть к Тобираме и десятилетия глухого гнева, накопившегося за время скрытного существования — сейчас вырвалась наружу.
Божественный воин Тенгу поднял свой тёмно-синий стометровый клинок и обрушил его на изумрудного воина под ногами Данзо.