Часть 447

Глава 447.

В тюремной камере открылись чёрные врата Ёмоцу Хирасаки, и из них вышел Данзо.

В коридоре несколько шиноби Конохи, услышав шум, направились проверить, что происходит. Всё-таки в блоке для особо опасных преступников редко содержались пленники уровня Каге, поэтому к охране относились с особой тщательностью. Обычно таких заключённых отправляли в Замок Хозуки.

Однако сейчас Коноха пребывала в полном неведении относительно произошедшего между Акацуки и Селением Дождя, и желала выведать информацию от Орочимару — единственного, кто мог что-то рассказать. Зная его характер и нрав, было понятно, что если давить силой, то даже десять Морино Ибики не вытянут из него ни слова.

Поэтому Джирайя решил действовать через эмоциональную связь — они выпили вместе, а затем договорились, что завтра он принесёт закуски, и они продолжат посиделки. Как только Джирайя ушёл, Данзо, ждавший этого момента, проник внутрь.

Хоть он и не особенно преуспел в гендзюцу, но справиться с мелкой сошкой проблем не составляло. Двое чуунинов, только что подошедшие к камере Орочимару, застыли с пустыми взглядами, словно попав под технику обездвиживания.

«Скажи мне, на каком этапе всё пошло не так?» — спросил Данзо, паря перед Орочимару.

Тот беспомощно развёл руками и, не скрывая ничего от своего хозяина, ответил: «Я недооценил Второго Хокаге, он разгадал технику Эдо Тенсей. После этого все призванные вышли из-под контроля».

Услышав это, Данзо понимающе кивнул. Если бы кто-то другой потерял контроль, это было бы не так страшно — просто ещё один сильный ниндзя уровня Каге. Но неуправляемый Хаширама Сенджу — это катастрофа вселенского масштаба. Во всём мире шиноби только он сам да Учиха Мадара могли противостоять Хашираме.

«А что с Десятихвостым?»

Данзо бросил Орочимару перехваченное донесение, в котором подробно описывалось, как Селение Дождя взорвалось изнутри после чудовищного всплеска чакры, превратившись в руины и огромную воронку. О том, как проходило сражение, никто не знал, ведь все шпионы Пяти Великих Селений погибли от ударной волны божественной битвы.

«Перед тем, как я покончил с собой, я видел, как Обито сложил печать и поглотил половину Десятихвостого», — Орочимару рассказывал об этом с явным потрясением в голосе.

Он-то полагал, что после пересадки клеток Хаширамы и обретения Мангекё Шарингана, отражающего его душевный мир, если и не станет непобедимым, то как минимум войдёт в высшую лигу шиноби. Кто же знал, что Хаширама Сенджу одним движением руки раздавит все его силы, козыри и духовную сущность.

«Как думаешь, сможешь сбежать отсюда?» — спросил Данзо, активировав Бьякуган и оценив усиленную в несколько раз охрану, среди которой было немало элитных АНБУ, подчинявшихся лично Хирузену Сарутоби.

«Это новое тело содержит лишь базовую жизненную материю. Без твоей помощи мне понадобится месяц, чтобы накопить достаточно сил», — ответил Орочимару.