Глава 32

В понедельник состоялось очередное заседание руководства компании.

Линь Цянь прибыла довольно рано. Некоторое время менеджеры различных отделов и руководители компании просто сидели в зале, готовясь к будущему мероприятию и негромко переговариваясь между собой.

За окном падал крупный снег, и вскоре изображение извне превратилось в размытое былое пятно. Зал заседаний был ярко освещен, и сейчас в нем царила приятная, спокойная атмосфера. Новогодние украшения, свисающие с потолка, еще не успели снять, и сейчас они добавляли пространству теплых и радостных цветов. На время были забыты все несчастья и неудачи, пережитые в прошлом году, все присутствующие улыбались, тепло приветствовали друг друга и наслаждались легкой, шутливой атмосферой.

Это бывало достаточно часто. Пока отсутствовал «большой босс», зал заседаний был полон жизни и суетливой деятельности.

Линь Цянь была самой молодой женщиной в этой комнате. Но она оказалась не по возрасту здравомыслящей, всегда знала, когда нужно отступить, а когда взять на себя  инициативу. Это позволило ей завести легкую импровизированную беседу с несколькими менеджерами среднего возраста, выходцами из производственного отдела, сидящими рядом с ней, и, казалось, им удавалось неплохо поладить.

В принципе, здесь все недурно ладили друг с другом.

Но очень неплохо сказалось на этом процессе то, что Линь Цянь привезла из Америки изысканные подарки, и первым же делом этим утром попросила подчиненного распределить их по каждому отделу. Формальности – штука необходимая, никто никогда не отказывался от подарков подобного рода. Тем, кому не хватало опыта или благосклонности начальства, могли компенсировать это, устанавливая связи таким нехитрым способом.

Дверь зала заседаний открылась в самый разгар беседы. Ли Чжи Чэн, в своем строгом деловом костюме и с несколько неестественной, слишком прямой осанкой, вошел внутрь, храня на лице спокойное выражение. За ним следовал тепло улыбающийся Цзян Юань, новый секретарь директора Ли.

В зале тот час же воцарилось почтительное молчание.

Ли Чжи Чэн занял место во главе стола. Цзян Юань положил перед ним блокнот, поставил большой военный термос, а затем направился к заднему ряду, усевшись неподалеку от Линь Цянь.

Определенно выглядевший как «большой босс», Ли Чжи Чэн положил на стол одну руку, поднял голову, чтобы окинуть всех присутствующих долгим, внимательным взглядом. Линь Цянь, отделенная от него десятками людей, могла лишь смотреть на него издалека, но даже на таком расстоянии она ощущала ставшую уже такой привычной его сильную и холодную ауру.

Она не видела его уже несколько дней. И сейчас, в средине дня, под яркими лампами, в окружении такой внушительной толпы, он казался иным, совершенно незнакомым.

Его черный костюм был стильным и отлично подчеркивал как широкие плечи, так и довольно тонкую талию мужчины. Белая рубашка, темно-синий галстук, блестящие запонки и массивные кисти рук, лежавших на столе, очень гармонировали с его интровертной, но сильной и волевой натурой. Один только взгляд темных, глубоких глаз позволял сразу понять, насколько уникальным духом обладал этот необычный человек.

Линь Цянь вынуждена была признать, что один лишь взгляд на него заставлял ее сердце биться чаще. Это ощущение оказалось неожиданно приятным.

Она догадывалась, что многие в этой комнате разделяют схожие чувства. Когда Ли Чжи Чэн молча оглядывал комнату, все присутствующие притихли и выглядели даже в какой-то мере загипнотизированными.

— Как провели Новый год? — спросил он. Голос звучал низко и холодно, но в темных глазах явно виднелось тепло и неожиданно приятный свет.

И тут же все начали улыбаться. Сидящий справа от него первый вице-президент Лю Тун ответил первым.

— Я – неплохо. Вся семья ездила в наш родной город. Я привез несколько местных блюд, чуть позже их раздаст мой секретарь.

— Да!

— Ооо… Отлично!

— Спасибо, вице-президент Лю!

Возгласы одобрения послышались сразу со всех сторон.

Гу Янь Чжи, сидевший слева от директора Ли, тоже улыбнулся.

— Новый год, новая атмосфера. Во время праздника наш президент Ли был исключительно занят, он даже ни разу не присел.

Присутствующие с любопытством переглянулись. Ли Чжи Чэн отреагировал лишь едва заметной улыбкой, но ничего к этому не добавил.

Линь Цянь, сидевшая на некотором расстоянии от него, вдруг ощутила, как встрепенулось ее сердце. Неужели это она виновата в том, что он «ни разу не присел»? Или это был сарказм? Тонкий намек на то, что он успел встрять всюду, куда только можно?

Она не смогла сдержаться и кинула быстрый взгляд на Гу Янь Чжи. Однако выражение его лица было совершенно обычным, и в ее сторону он даже не смотрел.

Ну что ж, это к лучшему. Ей и вправду было интересно, расскажет ли директор Ли Гу Янь Чжи о том, чем он был так занят в новогоднюю ночь. Если бы он сказал, то ей было бы несколько неловко. Пришлось бы столкнуться с лукавой старой лисицей в облике в общем-то привлекательного директора Гу.

В этот самый момент, девушка вдруг заметила, что Ли Чжи Чэн поднял голову. Выражение его лица тоже было совершенно естественным и спокойным, но взгляд, обращенный к ней, словно сочился напряжением и возбуждением.

Линь Цянь ощутила, как краснеет ее лицо, и тут же отвела взгляд.

Этот мужчина…

Даже если он и не собирался ей ни на что намекать, этот взгляд определенно имел какое-то скрытое значение.

Линь Цянь механически подняла чашку с чаем и сделала глоток. Сидящий рядом мужчина что-то произнес, она так и не уловила, что именно, но все вокруг рассмеялись, и она подключилась тоже, стараясь не выделяться из толпы. Несмотря на то, что она отвернулась в сторону, девушка была почти уверена, что его сияющие глаза все еще обращены к ней. Хотя, возможно, это лишь ее встревоженный разум творит с ней подобные неприличные штуки.

Это чувство … Почему это так напоминает служебный роман?

Хотя… это довольно захватывающе…

Между тем, Ли Чжи Чэн, окруженный большим количеством подчиненных, с интересом наблюдал за одной симпатичной дамочкой, которая изо всех сил пыталась вести себя максимально естественно, но при этом почти ничего не смогла противопоставить очаровательному румянцу, проступившему на ее нежных щеках.

Хотя с момента их последней встречи прошло уже несколько дней, воспоминание о прекрасной женщине, прячущейся в объятиях его рук той ночью, было столь же ярким, как и прежде.

Сначала выступали представители отдела маркетинга, рассказавшие о ситуации последних нескольких дней. Речь шла о тех самых государственных проектах, которых не так давно энергично добивались Ли Чжи Чэн и Гу Янь Чжи. Похоже, что старт нового года вполне заслуживал эпитетов «процветающий» и «успешный». Хотя проект еще не был доработан, оба директора поддерживали постоянный контакт с президентом Кан и его более старшим деловым партнером. Похоже, новые партнеры надеялись, что «Ай Да» представит подробное проектное предложение как можно скорее, и пригласили Ли Чжи Чэна лично обсудить все подробности, после согласования соответствующих разделов. Они явно казались очень заинтересованными.

Эти новости взволновали всех присутствующих. Линь Цянь также оказалась приятно удивлена. Она, как и большинство людей в комнате, смотрела на Ли Чжи Чэна с искренним восхищением. Как раз сейчас он слушал отчеты сотрудников других отделов, уперев красивый подбородок в скрещенные руки. Его взгляд был полон сосредоточенности. Иногда мужчина брался за ручку и делал некоторые быстрые заметки. Когда он задавал вопросы, его холодный голос был тихим и резким. Люди, которых он расспрашивал, отвечали с особой осторожностью, и всегда глядели ему в глаза с надеждой, что найдут там какой-то намек на одобрение.

Наблюдая за этим, Линь Цянь вдруг подумала, что сегодняшний день – новая и явно положительная страница в истории компании.

Она вспомнила, как Ли Чжи Чэн впервые провел важную встречу. Тогда речь шла о том, чтобы разработать план сражения, воскресить компанию. И атмосфера была совершенно иной, чем сейчас. Все были настроены критично и не особенно рассчитывали на таланты этого бывшего солдата, который воспринимался скорее как наследник второго поколения, чем достойный руководитель.

А сейчас?

После полного переворота и реконструкции компании, в «Ай Да» теперь насчитывалось более тысячи сотрудников, десять линеек продукции, несколько сотен физических витрин и так далее.

Он обзавелся словно бы совершенно новым набором подчиненных, которые с радостью последуют любым его указаниям.

После того, как соответствующие отделы закончили сообщать краткую информацию о положении в той или иной сфере, настало время для отчета дочерней компании «Вин Да», которая находилась под управлением трех руководителей главе с Сюэ Мин Тао. Однако его отчет прервала странная реплика Гу Янь Чжи.

— К сожалению, в компании возникли некоторые сложности, к рассмотрению которых мы должны перейти как можно быстрее. Так что, вице-президент Сюэ, давайте пока просто кратко озвучим основные моменты.

В тот момент, когда были произнесены эти слова, выражение лица Сюэ Мин Тао стало мрачным. Линь Цянь вздрогнула. Она вернулась в город лишь вчера вечером, а этим утром уже была в компании, так что эти новости обошли ее стороной.

Лицо же Ли Чжи Чэна было словно лишено любых эмоций.

Сюэ Мин Тао коротко сообщил о показателях продаж «Вин Да» за последнее время, сравнил отчеты за периоды до и после нового года. Навскидку цифры казались обнадеживающими. Но затем мужчина произнес нечто, что полностью изменило атмосферу.

— Однако, согласно достоверным источникам, «Сы Мэйцы» готовиться к выпуску вспомогательной линейки товаров, аналогичной нашей. И это произойдет уже в этом году. В то же время их крупномасштабный ассортимент продуктов среднего класса будет выпущен на рынок с серией агрессивных рекламных и торговых мероприятий.

Дав немного времени, чтобы слушатели переварили полученную информацию, он вскоре продолжил:

— Кроме того, другие компании, занимающие высокие позиции на рынке, также намереваются выпускать похожую продукцию, естественно сопровождаемую активной онлайн-рекламой, распродажами и акциями. Борьба за место на рынке – нормальная часть здоровой конкуренции, но нельзя не признать, что эти события наверняка повлияют на рост и развитие «Вин Да», сократив нашу долю на рынке.

Весь зал заседаний молчал, погруженный в напряженную тишину.

Некоторое время спустя Лю Тун вытащил сигарету и почти безэмоционально произнес: