Том 1 Глава 131

Спасибо Наталье и Софии за кофе 3

Слова Лагриса, прозвучавшие в ответ на сердитый вопрос Каинуса, были полны горечи. Маг медленно прикрыл глаза руками. Его склонённая голова, весь его вид были полны грусти.

— Ты солгал мне, что Элиза мертва. Но она ведь всё ещё жива…

Выражение лица Императора быстро смягчилось, когда он услышал слова Лагриса. Он бесстрастно склонил голову. Лагрис, тем временем, продолжил:

— Ты забрал у меня моего сына, солгав, что он мёртв. Использовал его в качестве объекта эксперимента и, в конце концов, просто выбросил, — мужчина степенно поднял склонённую голову и посмотрел на Каинуса. В его холодном взгляде не осталось и следа нерешительности или привязанности. — Ты обманывал меня со самого конца.

— Что? Так ты что-то выяснил? — беспечно ответил Император, несмотря на отчаяние, сквозившее в словах Лагриса. Он спокойно пожал плечами.

Маг стиснул зубы, увидев, что он ведёт себя так, словно у него не было другого выбора. Словно он не мог поступить иначе.

— Я предельно ясно тебе всё объяснил. Не заставляй меня убивать тебя.

— Ох, так это ты всё сделал. Ты создал Лесир?

— Да.

— А ведь ты почти всегда делал, что я велел, — Каинус и подумать не мог, что Лагриса можно заставить кого-то выслушать. Он дотронулся до своего подбородка и начал смеяться. Да, это тоже было по-своему весело. Однако всё пошло не совсем так, как ему хотелось. — В конечном итоге, никто не делает меня таким счастливым, кроме вас, ребята.

Какой придумать способ? Как обмануть его, заставить улыбнуться, а потом ударить по затылку? Теперь, когда всё дошло до этого, это было неизбежно. Каинус зашёл слишком далеко и не мог надеяться на большее. Мужчина рассмеялся, а его разум очистился, мысли упорядочились.

Для него всё это было просто игрой. Такой же игрой для него было и его восхождение на престол. Ему не нравилась мысль, что у первенца Императора есть что-то такое, чего он не мог иметь. Каинусу было интересно, каково это — сидеть на императорском троне. Вот почему ещё в двенадцатилетнем возрасте он со всем разобрался.

— Мне любопытно, как ты использовал колдовство, если тебе не подвластна алхимия?

— Ты подарил мне глаз Элизы. Я не мог просто его выбросить, поэтому обработал и составил алхимическую формулу. Это было нетрудно.

— Вот как? А я бы не назвал вас с Элизой умными. Мне не следовало отдавать его тебе. — Император прищёлкнул языком, поняв, что совершил ошибку.

Что сделано, то сделано. Он отдал его, чтобы придать убедительности своим словам, но не знал, что это приведёт его к провалу…

«Значит, именно тогда ты начал меня подозревать».

Потому что именно после этого начали появляться первые Лесир.

Каинус слегка пошевелил мечом в своей руке и с улыбкой на лице оттолкнулся от пола, прыгнув прямиком к Лагрису. Совершенно не заботясь о том, что происходит снаружи, он подлетел к магу и приставил свой меч горизонтально к его шее.

Как будто Лагрис ожидал такого развития событий, он быстро выхватил свой посох и блокировал удар меча. Раздался глухой, но не резкий звук. Император увернулся от следующего выпада и нанёс ответный удар по посоху Лагриса.

— …Этот меч. — пробормотал Лагрис.

— Он специально зачарован, чтобы уничтожать магию. — Каинус мягко улыбнулся.

Не могло быть такого, чтобы он, работая с алхимиками и волшебниками, забыл о подобной мере предосторожности. Кроме того, он никогда не знал, когда Лагрис решит нанести ему удар.

— Я действительно расстроен, Лагрис.

— …Неужели так же сильно, как и я?

Они скрестились в дерзком словесном поединке, но вместе с этим не забывали наносить удары своим оружием.

— Я хотел жить с тобой долго-долго. Даже подумывал о том, чтобы уступить трон Милроду. Мы бы втроём отправились в путешествие… Все вместе, — Каинус вздохнул с искренним сожалением. — Но теперь это невозможно. Так что просто умри, Лаг.

— Тебе не интересно, почему Элиза всё-таки прекратила это исследование? — спросил Лагрис, изо всех сил стараясь блокировать стремительные удары меча.

Даже участвуя в серьёзном поединке, Каинус, казалось, не прилагал особых усилий. Он слегка огляделся и прищёлкнул языком при виде своего разрушенного дворца.

— Ну…

— Даже если не захочешь, тебе придётся достаточно скоро это узнать.

Держа посох в одной руке, Лагрис свободной рукой достал из ножен кинжал и воткнул его в бок Каинуса. Мужчина просто наблюдал за его действиями, но даже не потрудился остановить его.

Кинжал пронзил его плоть. Раздался мерзкий чавкающий звук, однако выражение лица Каинуса не изменилось ни на йоту. Он просто опустил взгляд, посмотрел на лезвие, торчащее у него из бока, оскалил зубы и рассмеялся.

— И что, Лесир, которых ты сюда притащил, действительно так опасны?

— Верно.

— То, как ты небрежно топчешь других ради собственной мести, невероятно жестоко. Конечно, именно это мне нравилось в тебе больше всего. — сказал Император с невинным, даже детским выражением лица и таким же голосом. Ему правда нравился Лагрис, потому что он не стеснялся быть жестоким, когда это было необходимо.