Глава 51

— Что ты… — удивлённо пробормотала я.

— Я здесь, чтобы поблагодарить тебя за рождественский подарок, — перебил меня Нора.

Моё сердце сжалось от нежности. Я всегда ценила доброту, даже если это не было реальной помощью, а в подобной ситуации такое отношение было особенно ценным.

— Я забеспокоилась, когда не увидела тебя на рождественском банкете.

— Посетить столь благородное место… не думаю, что это хорошая идея.

Я глянула на смотревшего под ноги Нору и заметила на его щеке покрасневший след, похожий на синяк, который медленно заживал в течение нескольких дней.

Кто посмел сотворить такое с наследником дома Нюрнберг?

— О, Боже, что это…

— Неважно. Это пустяки. В любом случае я слышал, что медленный львенок избил лисьего наследного принца до полусмерти. Прости, если бы я был там, я бы заступился за тебя.

Удивительно. Он казался таким расслабленным, словно ничего не произошло. Какое-то время я тупо смотрела на его лицо, но все же последовать его примеру и ответила:

— Это было бы захватывающее зрелище. Но все же, что с твоей щекой? Ты поссорился с наследным принцем?

— Я бы предпочел сказать, что это след славы, но мне нечем хвастаться. Я поспорил с отцом.

— Нора…

Я растерялась и не знала, что сказать. Маленький волчонок смотрел на меня с грустью, а затем спросил, играя с пальцами:

— Сури, не хочешь убежать со мной?

— Что…

Я не знаю точно, каким было выражение моего лица в тот момент, но оно было очень говорящим.

— А-ха-ха-х, только посмотри на себя!

Вы гляньте на этого мальчишку… Была ли это действительно шутка? Она была бы забавной, если бы он не дразнил взрослого человека.

— Это же просто классика жанра — романтика бытия рыцарем. Куда бы ты хотела сбежать?

— Наверное, об этом задумывался каждый хотя бы раз в жизни. Но я знаю, что ты не из тех, кто убегает от проблем.

Возможно, Нора увидел что-то на моем лице, и это его в чем-то убедило. Я же задумалась над его вопросом. Если бы я могла отвернуться от трудностей и сбежать, я бы сделала это давным-давно.

Маленький волчонок рассмеялся, а затем вскочил, словно собираясь уйти, но замешкался и посмотрел на меня. Его голубые глаза, что до этого сияли чистой радостью, потемнели, и от этого мне стало грустно.

— Уже уходишь?